Сестры Марч (сборник)
Шрифт:
– Добрый вечер, Джо! Как там идут дела у Эми? – дружелюбно обратилась к ней в этот момент Мей, показывая, что она способна проявить благородство.
– Почти все распродала. Теперь развлекает гостей. Ты правильно заметила, что цветочный столик особенно привлекает мужчин.
Мей так безропотно проглотила колкость, что Джо раскаялась в своих словах и принялась хвалить большие вазы, все еще никем не купленные.
– А скажи, осталось еще что-нибудь из рисунков Эми? Я хочу купить для папы, – Джо намеревалась выяснить, где припрятаны
– Все, что дала Эми, давно уже продано. Мы пригласили ценителей ее таланта и выручили приличную сумму, – ответила Мей, которая, как и Эми, в тот день немало потрудилась над своим характером.
Обрадованная, Джо поспешила к цветочному столику давать отчет, и Эми осталась очень довольна рассказом о том, как вела себя ее противница.
– А теперь – марш к тому столику! – скомандовала Эми, отсылая от себя «банду Тедди», как она называла приятелей Лори.
– Да, именно так! Простим лукавство и почтим искусство! – провозгласила Джо, отсылая неустрашимых бойцов на поле брани.
– Охотно повинуюсь, хотя продолжаю думать, что март прекраснее мая, – сострил малыш Паркер, намекая тем самым на фамилию Марч и имя Мей.
– Мал да удал! Для начала совсем неплохо, – обескуражил его Лори, отечески поглаживая по голове.
– Вазы… Купи вазу, – шепнула ему Эми, желая отплатить добром за зло.
К удовольствию Мей, Лори не только купил сразу две вазы, но и расхаживал с ними по залу, показывая всем. Другие юноши тоже накупили вееров, тетрадок, восковых цветов и других столь же «полезных» и «ценных» вещей и теперь не знали, как от них избавиться.
Тетушка Кэррол тоже появилась на ярмарке, была всем довольна, а затем, поглядывая на Эми, что-то шепнула на ухо миссис Марч. Марми просияла от гордости за свою младшую дочку, хотя, впрочем, к этой гордости примешивалось некоторое беспокойство. Затем между ними произошел короткий разговор, содержание которого несколько дней хранилось в тайне.
Благотворительная ярмарка прошла, по общему признанию, успешно. Мей, пожелав Эми доброй ночи, не стала, по своему обыкновению, изливать чувства – лишь нежно поцеловала ее и как бы сказала взглядом: «Прости и забудь». Эми этого было вполне достаточно. Обрадованная, она побежала домой.
На каминной полке ее уже дожидались купленные у Мей вазы, наполненные цветами. «Великодушной Марч – за заслуги перед отечеством!» – провозгласил Лори, широким жестом указывая на свой подарок.
– Ты и в самом деле великодушна, и у тебя есть принципы. Эми, милая, как же я тебя недооценивала и как теперь уважаю! – сказала Джо, когда они поздно вечером сидели у зеркала и расчесывали волосы.
– Да, я тоже люблю Эми за то, что она умеет прощать, – поддержала сестру Бет. – Она столько трудилась и хотела сама продать свои работы. Ей этого не дали, но она все простила. А я не смогла бы!
– Что вы, милые! Я совсем не заслужила таких похвал. Я просто поступила с Мей так, как я хотела бы, чтобы поступали со мной. Вот вы смеетесь,
Эми говорила так серьезно и с таким чувством, что Джо бросилась ее обнимать:
– Да, я теперь понимаю, что ты имеешь в виду, и я больше никогда не буду над этим смеяться. Я теперь сама хочу учиться у тебя обхождению и такту, которым ты знаешь цену. О, я уверена, за это ты непременно будешь вознаграждена, и я буду радоваться вместе с тобой!
Так вышло, что спустя неделю Эми и в самом деле получила свою награду, однако Джо оказалось трудно заставить себя радоваться вместе со счастливицей.
Миссис Марч принесли письмо от тети Кэррол, и она читала его с таким радостным выражением на лице, что сидевшие рядом Джо и Бет стали наперебой просить показать им его или вслух прочесть, что пишет тетя.
– Через месяц она едет в Европу и хочет…
– Чтобы я сопровождала ее! – воскликнула Джо, в восторге вскакивая со стула.
– Нет, дорогая, не ты. Эми.
– Мама, нет! Она ведь еще маленькая, она успеет… А мне это принесло бы столько пользы, ты же знаешь. Попроси за меня!
– Нет, Джо. Тетя и так оказывает нам любезность, какое у нас право диктовать ей свои условия?
– Но почему так? Почему все удовольствия Эми, а вся черная работа мне? Как меня убивает эта несправедливость! – со всею страстью выкрикнула Джо.
– Мне жаль, но боюсь, что тебе следует прежде всего пенять на себя. Я уже давно слышу жалобы на твой строптивый характер и резкие манеры. Вот послушай, что пишет тетя Кэррол: «Сначала я собиралась пригласить Джо. Но ее, видите ли, «угнетает опека» и она «терпеть не может французский», поэтому я передумала и выбрала Эми. Она будет хорошей компаньонкой мне, надежной подругой Фло и, конечно, будет благодарна за ту пользу, которую несомненно извлечет для себя из этого путешествия». Ты поняла?
– О, мой ужасный язык! Почему я не могу держать его за зубами? – простонала Джо и честно, во всех подробностях, рассказала матери о тех злосчастных визитах.
– Поверь, мне очень жаль, что так получилось. Я знаю, как тебе было бы хорошо теперь развлечься и отдохнуть. Но на этот раз ты сама себе все испортила. Перенеси это мужественно и попытайся не испортить Эми удовольствие от подарка, не заставляй ее мучиться.
– О, я постараюсь! – опустившись на колени, Джо стала собирать нитки-иголки, которые высыпались из корзинки, когда она в напрасной радости вскочила со стула. – Да, мне многому надо учиться у Эми. Я постараюсь не только казаться, но и быть радостной. Только поверь, что мне это будет очень нелегко.