Сестра ветра
Шрифт:
Этот прямой, выразительный взгляд. Стальной, решительный блеск глаз, редкого, зеркального цвета, упрямо сжатые, тонкие губы.
В полумраке пещеры безупречное лицо племянницы совсем детское, беззащитное. Губы Аэлло дрогнули и на щеках заиграли ямочки.
Келена отшатнулась. Сквозь синяк на щеке Аэлло внезапно проступил огненный знак: круг с кожистым крылом посередине.
Старая гарпия помотала головой, словно пытаясь проснуться. На ее глазах огненный круг растаял. Вместе с ним исчез и синяк.
– Что ты, тетя? – нахмурившись, спросила
– Померещилось, – пробормотала Келена и снова помотала головой.
– Познавшему ветер известно все! – звонко, нараспев воскликнула принцесса.
– Познавшему ветер известно все, – повторил хор гарпий за Аэлло. А лицо тетки посветлело, точно вспомнила что-то важное.
– Н-не забывай хорошо питаться! И вовремя!
– Тетя!
– Обещаешь?
– Обещаю, – твердо сказала Аэлло.
Чмокнув Келену во влажную пухлую щеку, она не оглядываясь, протиснулась сквозь прутья решетки.
– Легких крыльев, – прозвучало вслед.
Глава 2
Строфадские, «парящие» острова раскинулись ярким, многонитьевым Ожерельем над бушующими водами Жемчужного моря. С древних времен гарпии селятся в их пещерах – бусины островов внутри полые, с одной или несколькими пещерами, настолько просторными, что по иным коридорам передвигаются по воздуху.
Когда-то Аэлло Великая вместе с тремя сестрами Келено, Окипет, Подаркой вытеснила с островов грифонов: наполовину орлов – наполовину львов. На месте обитания чудовищ образовала первое поселение гарпий.
Справившись с внешней угрозой, тут же взялась за внутреннюю: вызвала единокровных сестер на поединок, одержала блестящую, безоговорочную победу, гордо взошла на Жемчужный трон, присвоив титул королевы – Правящего крыла гарпий.
Аэлло – прямая преемница – даже по меркам гарпий, что мельче, изящнее человека, всегда была маленькой, щуплой. Но на Жемчужный трон смотрела не иначе, как с достоинством.
А сейчас худоба и вовсе сыграла на руку, позволив протиснуться между прутьями решетки. Захватчики-нефилимы, пришедшие черным грозовым облаком со стороны западных облаков, согнали уцелевших гарпий в один остров.
Распахнув крылья, Аэлло зависла в воздухе, и пристроилась на каменной приступке. Завертела головой по сторонам, и увидела, что соседний остров венчают две исполинские тени.
Не смотрят сюда, не допускают мысли, что кто-то из гарпий может вырваться на свободу.
Мощные атлетические спины синего цвета, кожистые и черные, как у летучих мышей крылья. Черные же гривы волос, и хоть нефилимы далеко, Аэлло помнит, какие страшные, свирепые у них лица.
Если заметят… Тяжелым, неповоротливым, им нипочем не угнаться за вихреподобной гарпией, но проклятые захватчики стреляют огненными стрелами. А еще они дольше не устают в полете.
Сердце поднялось к самому горлу и его нервный стук мешает дышать. Что делать? Пока она не двигается, светлая фигурка теряется на фоне серой каменистой породы. Но стоит
Теперь уже никогда не забыть застывших глаз сестер… И как мечется по тронной пещере толстая, неповоротливая королева-регентша… Тетка отважно метает в синих воинов стальные маховые перья, и они разят, разят! Оставляют ошметки от кожистых крыльев, а кого-то и пробивают насквозь! Но вот мощные, все в буграх мышц, синие руки хватают тетку за крыло и с размаху бьют об пол…
Как же быть? Она больше не выдержит ожидания!
– Не выдержу, не выдержу, – повторяют обескровленные губы.
Грозовое небо оглушительно треснуло. Синие лица нефилимов поднялись к тучам, а Аэлло, сложив крылья за спиной, камнем упала вниз.
Юркой молнией гарпия сделала вираж у самой воды, зажмурилась от соленых, холодных брызг.
– Духи воды, будьте милосердны! – шепнула гарпия и понеслась над самой поверхностью, надеясь слиться с белыми верхушками.
Только не намочить крылья!
Сердце, не желающее возвращаться в грудь, кажется, сейчас выпрыгнет прямо из горла. Или она задохнется. Или ее накроет волной. Намокнут перья, она упадет. Она обязательно упадет.
Всплеск! Стрела нефилима! Погоня!
Вот сейчас, сейчас, ее настигнет следующая стрела. Пробьет насквозь. Пусть. Она упадет прямо в море. И станет пищей для рыб. Пусть. Она не достанется звероподобному Анакиму.
Где же стрела? Почему они медлят?! Она не дастся, не дастся живой!
Сердце стучало, как бешенное. Аэлло долго не решалась обернуться, а когда, наконец, взлетела повыше и перевернулась на спину, увидела лишь синюю гладь неба, да россыпь Ожерелья у горизонта. Его почти не видно из-за грозы.
Как только Аэлло поняла, что за ней никто не гонится, крылья налились свинцовой тяжестью, и гарпия спикировала на скалистый островок.
Ее затрясло.
– Ушла от погони… Неужели…
Оттолкнулась ногами от скалистой породы, гарпия взмахнула крыльями и взмыла в воздух, нацеливаясь на следующий остров.
– Иди по островам, – пробормотала Аэлло и уверенно двинулась на юг, не позволяя себе задерживаться надолго ни на одном из них.
Время и пространство слились в единую нитку бус, где бусины – клочки тверди, что упрямо возвышаются над бушующими волнами, а нить – попутный ветер.
Оборвать бусы не решилась даже на ночь. Было нестерпимо жалко себя, и больно, и тяжело. Но сердце, наконец, спустившееся в грудь, грозилось подняться опять, и Аэлло летела.
Пока летела над лазурными водами, от острова к острову, охотилась на жирную семгу. Сырую рыбу пришлось есть впервые, но разжигать огонь не решилась потому, что нельзя задерживаться на одном месте.
К вечеру следующего дня впереди обозначилась полоска земли.
Заночевала Аэлло в раскидистой роще, прямо на берегу. А еще посчастливилось поймать крупного краба. Тут уже развела костер, постирала одежду.