Сестра мертвых

Хенди Барб

Вот только рассказать тетке Бее всю правду Магьер не могла.

Ни о том, что весь конец лета и начало осени она и Лисил провели, сражаясь с вампирами – не мифическими злыми духами, а самыми настоящими кровососами. Ни о том, что сама она, Магьер, происходит от этих самых Детей Ночи, которые пьют кровь смертных. И уж конечно, не о том, как она много лет зарабатывала себе на жизнь – и даже отсылала часть денег в деревню, – обманом выуживая у крестьян их жалкие сбережения, бесстыдно пользуясь их суеверным страхом.

– Мы с Лисилом пополам владеем

таверной… впрочем, об этом позже, – торопливо добавила она. – А эльфы, между прочим, действительно существуют, хотя видеть их доводилось не всякому. Мать Лисила была одной из тех немногих эльфов, которые живут среди людей. Что касается всего остального… Я даже не знаю, с чего начать.

Бея смерила взглядом Лисила. Судя по выражению ее лица, она до сих пор еще не была уверена, что ее драгоценная племянница не спятила.

– И как же ты познакомилась с этим… эльфом?

– Я не эльф, – пробормотал Лисил.

– Он пытался очистить мои карманы, – не подумав, честно ответила Магьер, и тетка вновь воззрилась на Лисила с откровенной неприязнью.

– Да совсем не так все было! – вспыхнул Лисил. – Ну… то есть не совсем так.

Магьер глубоко вздохнула и осторожно вынула из теткиных пальцев нож. Если не все, то кое-что ей придется рассказать.

ГЛАВА 4

На следующее утро Лисил проснулся в выстывшей комнате – огонь в очаге за ночь погас. Полуэльф продрог до костей, да к тому же его леденило тягостное предчувствие. Сегодня им с Магьер предстоит поход в замок, где умерла ее мать.

Магьер проснулась рядом с ним на земляном полу хижины и решительно откинула общее одеяло. Та же решимость читалась на ее лице, но в глазах все равно тлел едва заметный огонек страха. Чем скорее они покончат с этим делом, тем скорее уедут прочь из этих мест.

Все время завтрака, более чем умеренного, она молчала, и это тревожило Лисила, как никогда прежде. Быть может, потому, что в прошлом Магьер оставалось еще столько нераскрытых загадок, в том числе и таких, о которых он прежде не подозревал. Тем не менее тетка Бея, которая уже вполне уверилась, что Лисил не лесной бес-подменыш, который зачаровал ее племянницу, охотно поболтала с ним, рассказав все, что могла, о местных делах и порядках. Зупан, приставленный надзирать за замком, появлялся там не раньше середины дня. Он был хоть и зупан, но такой же крестьянин, как все, ему нужно было работать на полях и трудиться по хозяйству, а потому он предпочитал разбираться с удельными делами после обеда, а посетителей и вовсе принимать ближе к вечеру.

– Удельными делами? – переспросил Лисил. – А чем, собственно, он занимается?

Бея улыбнулась:

– Нам, знаешь ли, больше повезло, чем многим другим кланам. Каделл сам ведет все счета и проверяет, как идут дела во всех зупанестах, которые входят в удел. В одной только зупанесте нашего клана целых пять деревень. Если в какой-нибудь деревне случается мор или неурожай и она не может в срок заплатить налоги, Каделл сам оправдывается перед мытарями дома Энтов.

Лисил все больше проникался теплыми чувствами

к тетке Бее, хотя порой она его почти пугала. Здравомыслящая и стойкая, она обладала развитым умом, хотя и всю жизнь была чудовищно суеверна. После вчерашнего недоразумения Лисил понял еще одно: вспыльчивый характер и стремление во что бы то ни стало защитить своих близких были у женщин этой семьи наследственными.

– Что ж, – сказал он, – если мы сможем пойти в замок только после обеда, чем бы нам заняться сейчас? Если нужно, так я весьма поднаторел в починке крыш и старой мебели.

– Я кое-что поняла из вашего разговора, – заявила Винн, собирая со стола миски. – Если у нас и впрямь свободное утро, я бы хотела кое-что постирать. А ты, Магьер?

Та кивнула и, встряхнув густыми черными волосами, принялась плести косу.

– Да, займемся насущными делами, пока позволяет время. Кто знает, когда еще нам выпадет такой случай?

– Дай-ка я тебе косу заплету, – предложила Бея, подходя к племяннице со спины.

Магьер оцепенела, но тетка уже ладонью бережно отвела с ее лба непослушные черные завитки. Тогда Магьер расслабилась и притихла, с наслаждением ощущая, как проворные пальцы Беи разбирают, расчесывают и сплетают прядь за прядью.

Лисил старался не глазеть на них, но все равно то и дело не мог удержаться. Бея заплетала косу медленно, словно вознаграждая себя за все те годы, когда не могла заботиться о своей племяннице. В груди у него предательски заныло, и полуэльф поспешно встал из-за стола, чтобы выйти во двор.

Все утро они занимались стиркой и заново укладывали вещи. Лисил наколол дров и сложил поленницу рядом с хижиной. С местными жителями они старались не сталкиваться, да и те усердно обходили домишко Беи стороной. Словом, первая половина дня прошла мирно, если не считать того, что Малец все время вертелся, ерзал и царапался в дверь. Правда, всякий раз, когда Лисил выпускал его наружу, он лишь озирал тоскливым взором деревню и начинал жалобно скулить.

– Да что это с ним стряслось? – спросил Лисил у Винн.

Та попробовала поговорить с Мальцом с помощью эльфийских письмен, но очень скоро покачала головой:

– Он все повторяет: «Кони» и «Путь». Он хочет уехать отсюда.

Лисил потрепал пса по голове:

– Завтра и уедем, если повезет. Завтра.

Мальца эти слова только еще больше раздражили. Зарычав негромко, он опять уполз в дальний угол и, положив голову на передние лапы, сумрачно наблюдал за своими двуногими спутниками. Лисил уже и не знал, как его утешить.

После обеда Магьер поглядела в окно хижины, выходящее на деревенскую улицу, тяжело вздохнула и, решительно поджав губы, обернулась к Лисилу:

– Пора.

Он кивнул и покосился на свои клинки, которые лежали в углу, поверх груды мешков и тюков. Их листовидные лезвия плавно сужались с обеих сторон по дуге к крестообразной рукояти, так что ими можно было и рубить, и колоть в выпаде; кроме того, из нижней части рукояти, продолжая изгиб, вырастал узкий длинный клинок, прикрывающий предплечье и чуть заходящий за локоть. Лисил сам придумал для этих клинков специальные ножны – чтобы их можно было носить у бедра.