Сестра мертвых
Шрифт:
– Перестань, – прошептала Магьер, повернувшись к Лисилу и прижав ладонь к его груди. – Успокойся… все в порядке.
Она только сейчас заметила Винн, которая пряталась за спиной Лисила. Девушка по-прежнему держала холодную лампу, и ее округлившиеся глаза ловили каждое движение… нет, не старика в маске, а Ворданы. Магьер тоже тревожило, что Вордана, разлагавшийся на глазах, тем не менее не был уничтожен, как полагала Винн.
– Почему он еще держится? – спросила она, обращаясь к Убаду и показывая на мертвеца-чародея.
Убад
– Я чарами принуждаю мертвых служить мне и за долгую жизнь научился многому. Вордана – верный слуга… и к тому же полезный. Он воззвал ко мне о помощи, и я сохранил его.
– А если я прямо сейчас снесу ему голову с плеч? – вкрадчиво осведомилась Магьер. – Он останется все так же полезен?
Вордана вздрогнул так, что складки его мантии громко зашелестели. То ли предположение Магьер всерьез испугало его, то ли он не был уверен в исходе такого опыта. Что по этому поводу думал Убад – понять из-за маски было сложно, но его сухие морщинистые губы сжались.
– Ты явилась сюда затем, чтобы обсудить здоровье моих слуг? – спросил он и, не дождавшись ответа, почти сразу продолжил: – Как ты вообще нашла меня? Вордана лишь недавно узнал, что ты вернулась в эти края.
Магьер не считала себя обязанной отвечать на вопросы Убада, но ответить на этот вопрос она поклялась жизнью Лисила.
– Нас направила сюда Оскелина.
«Моя ученица?!» – вскрикнул в сознании Магьер голос Ворданы.
Похоже, Оскелина была прочно связана не только со своим «хозяином», но и с Ворданой.
– Неожиданно, – проговорил Убад, словно и не заметив несдержанности своего слуги. – Впрочем, нам еще о многом надо поговорить и я многое должен тебе показать.
– Кто мой отец? – спросила Магьер. – Вельстил Массинг?
– Не так быстро, не так близко, – отозвался Убад, покачав головой, и, развернувшись, заскользил к расположенной посреди пещеры гранитной плите. – Я все покажу тебе, а потом… потом ты еще поблагодаришь меня за то, что я развеял фальшивую личину, которую ты носила до сих пор. Тебе уготована иная, куда более великая судьба.
– Отвечай и не вздумай лгать! – жестко бросила Магьер. – Мне не нужны и не интересны твои лживые россказни о моем прошлом. Я им не поверю.
Убад остановился, по-прежнему спиной к ней.
– А своей матери ты поверишь?
У Магьер перехватило дыхание.
– Мороками ты меня не обманешь! – процедила она сквозь зубы. – Твой дохлый прислужник уже пытался это сделать.
– Ты меня неверно поняла, – сказал Убад. – Я не чародей и не занимаюсь магическими трюками. Я работаю с мертвыми, а мертвые – это прошлое… и порой будущее. Именно прошлое ведет нас к будущему, а так ли это – спроси у вот этой ученой малютки и у пса. Гляди же, дитя мое, вот оно – твое прошлое.
С этими словами он взялся за край белого атласа
На гранитной плите лежали тщательно собранные в скелет кости, почти такие же белые, как полотно, которое было под ними расстелено. Череп, повернутый вправо, был аккуратно насажен на позвонки и начищен почти до блеска, словно драгоценная реликвия. Скелет был человеческий, кости – тонкие, женские.
У Магьер перехватило дыхание.
Малец бросился вперед, рыча и скаля зубы. Проскочив сквозь призраков, которые толпились на его пути, он вздрогнул и отшатнулся в сторону. Развернулся вправо, описал круг и снова двинулся к Убаду.
– Нет… нет… – шептала, как в забытьи, Винн. Убад не обратил на Мальца никакого внимания, зато Вордана тут же впился взглядом в пса, и в сознании Магьер зазвучал гулкий монотонный речитатив заклинания. Она не успела даже шагнуть к Вордане, а Малец уже отпрыгнул назад, и рычание его оборвалось. Пес резко встряхнулся и прыгнул. Приземлившись в двух шагах от чародея, он разразился яростным лаем.
Вордана остался стоять на месте, но Магьер успела заметить, как его передернуло, – и чародейский речитатив оборвался.
– На сей раз ты нас врасплох не застанешь, – сказал Лисил. – Да и на Мальца, похоже, твои чары больше не действуют.
Магьер неотрывно глядела на скелет, лежащий на гранитной плите.
– Это не моя мать, – прошептала она. – Моя тетя сама хоронила ее, и в детстве я часто ходила на ее могилу.
– А ты используй свои умения, – с вызовом бросил Убад. – Коснись этих костей – и сама увидишь, кому они принадлежат.
– Она умерла не здесь, так что этот прием не сработает… и ты, сдается мне, прекрасно это знаешь! – отрезала Магьер. Чем сильнее разгорался в ней гнев, тем острее становилось отчаяние.
Убад покачал головой, едва слышно вздохнул:
– Это не совсем так. Она твоя мать, плоть от плоти твоей… кость от кости, если уж на то пошло. Коснись ее – и увидишь.
Не в силах оторвать взгляд от плиты, Магьер сделала шаг вперед. Лисил схватил ее за руку.
– Это обман, – сказал он. – А если и нет – вспомни, что я сказал тебе тогда на кладбище. Ты не хочешь это увидеть. Ты не хочешь увидеть, как она умирает на твоих руках.
Воздух вокруг Магьер вдруг резко забурлил, разметав ее волосы, и призрачный солдат бросился на Лисила.
Его прозрачный кулак ударил полуэльфа в висок, насквозь пронзив череп. Лисил скрючился от боли, выкатив глаза, а вокруг Магьер творилось уже самое настоящее буйство.
Призраки носились кругами, словно клочья изорванного ветром тумана, но Магьер они даже ни разу не задели – все набрасывались на Лисила. Винн пятилась к выходу в коридор, когда двое стремительно летящих призраков туманными стрелами пронзили ее грудь. Девушка, даже не вскрикнув, рухнула на пол пещеры, и холодная лампа выпала из ее рук.