Серый
Шрифт:
шесть?
– Она всегда была диковата.
– Может и так.
– Да и я сама избаловала ее хуже некуда. Это моя вина, - Камилла смахнула с глаз
выступившие слезы.
Элайза присела на угол кровати и усадила сестру рядом. Та и не думала
сопротивляться. Как в детстве, Элайза приобняла Камиллу за плечи и прижала к себе,
вновь ощущая себя тринадцатилетней.
– А теперь возьми себя
по пустякам. Твоя дочь выходит замуж, а не уходит в монахини. А если уж тебе так
хочется оплакивать уязвленное самолюбие, то будь добра не прикрывайся именем своей
дочери.
Камилла отстранилась от нее. Даже с красными от слез глазами и испорченной
прической она была прекрасна.
Мне никогда такой не стать, подумала Элайза, испытав при этом разочарование и
облегчение одновременно. Их отец называл Камиллу ледяной змейкой.
– Ты оплакиваешь дочь, которую хотела иметь, а не Морт, - сказала Элайза, поднимаясь.
– У тебя же есть девочка, Эмроуз, вот и займись ее воспитанием. Морт не твоя, и пора
бы уже смириться с этим, для твоего же блага.
Камилла слабо улыбнулась:
– С чего это ты вдруг вспомнила, что ты старшая сестра?
– С того, что ты снова ведешь себя как ребенок.
Камилла поняла, что нужно срочно сменить тему.
– Ты уже решила, куда отправишься?
Элайза покачала головой:
– Еще нет, но у меня есть парочка идей. И тебе бы предложила отправиться со мной, но тебе и здесь есть чем заниматься.
– Я нужна лорду-мужу.
– И, боюсь, в скором времени понадобишься ему еще больше.
Элайза спохватилась, но было уже поздно. Камилла накинулась на нее, как кошка на
птичку.
– Ты знаешь что-то такое, чего не знаю я? Говори, ну же. Говори!
– Последнее время мне сняться нехорошие сны, но ты ведь все равно не веришь в них,
сестрица. Просто верь, что я в очередной раз ошиблась.
– Если выясниться, что ты что-то знала и отказалась говорить...
– То, что будет?
– Мы обе сегодня наговорили лишнего, - она смущенно опустила глаза, но на ее лице
не было видно румянца, как, впрочем, и вины.
– Первая здравая мысль за сегодня. Пойду-ка я собирать вещи.
Элайза уже преодолела половину пути до двери, когда Камилла окликнула ее.
Женщина
– Ты уверена, что хочешь уехать именно сейчас?
– А с чего мне ждать? Я и так пробыла здесь слишком долго. Твой муж уже должно
быть возненавидел меня.
– Не говори так, мы всегда рады тебе.
– Говори прямо: вы всегда рады, когда тетушка уезжает.
– Ты просто невыносима.
– Ну, должно же у нас быть хоть какое-то семейное сходство.
Пейн
– Замечательно, сначала медведь, затем зашитые, а теперь еще эти странные трупы, -
проворчал Пейн.
– Интересно, что будет дальше.
– Черных нет, - голос Ареса звучал глухо.
От неожиданности Пейн остановился:
– Что ты сказал?
Его напарник нетерпеливо дернул плечами, смотря себе под ноги:
– За последние шесть дней я ни разу не встречал ни одного черного, и ни один мейстр, которого я знаю, тоже. Они все будто испарились.
– Попрятались в свои норы, чего уж там.
– Меня больше волнует причина. Либо они наконец-то решились на какой-то серьезный шаг...
– Либо то, что рыщет здесь по ночам, добралось и до них, - договорил Пейн.
– Сколько
трупов было обнаружено за последнее время?
– Семь, нет восемь, сегодня утром доставили еще один.
– И сколько из них были черными?
– Практически половина. Плюс еще один мейстр и четверо серых.
– То есть твари все равно кого брать.
– Ты говоришь это таким тоном, словно уверен в том, что в городе поселился огромный червь. Сомневаюсь, что это какое-то животное, иначе бы мы уже давно обнаружили его. А на сегодняшний день у нас ни единой зацепки. Ни следов крови, ни ДНК, вообще ничего.
– Ну да, а трупы появляются на улицах волшебным образом.
– Могло ли это быть работой зашитых?
– Могло, но это не похоже на их работу. Они обычно высушивают своих жертв, а из
восьми тел только одно было обескровлено. Кстати, те пареньки, которых мы обнаружили на прошлой неделе, загадочным образом куда-то исчезли. К тому моменту, как
несколько отрядов мейстров добрались до места, там не осталось ничего, кроме обломков и раритетной мебели, хоть прошло всего несколько часов.
– Машины они взяли с собой?