Серый лис Империи

Ви Мари

— Эса Айрис, — обратилась ко мне Амиса, даже голову склонила. — Доброй ночи.

Я всё еще ухмылялась, наблюдая за ней. Но, не ответив, решила идти дальше. Амиса скопировала моё движение и заглянула мне в глаза.

— Могу я поговорить с тобой?

— Знаешь, после последнего разговора — нет, — потешалась я, снова пытаясь снова её обойти.

— Пожалуйста. Я больше не стану вести себя как полная стерва.

— А, то есть это так работает, — я не сдавалась.

— Я заслужила твое недоверие, пренебрежение и даже чего похуже, —

легко признала она. — Но это очень важный разговор. Пожалуйста. Это касается Мара.

Я скривилась, сложив руки на груди. Порыв холодного ветра взметнул полы наших плащей.

— Быстрее, мне надо возвращаться, — рявкнула я ей.

— Спасибо, — поблагодарила Амиса, посветлев. — Ты уже знаешь о нападении. Но это лишь одно из планируемых.

— Ты это мне говоришь, чтобы я, как птичка, несла эту весть Мару? Или что?

— Нет. — Глаза Амисы были большими и умными. Хитрыми. — Попроси его вернуть меня.

Мои брови ползли наверх, пропорционально этому улыбка рисовалась на моём лице.

— То есть, дайка кое-что прояснить: сначала ты приходишь ко мне и бьешь лежачего, уничтожая под чистую веру в людей, а теперь ты просишь моей же помощи?

Я рассмеялась. Амиса нервно вздохнула.

— Признаю: я стерва. И я хороша в этом. За это Мар держал меня на моём месте. Для этого я была нужна.

— Ну, больше не нужна, — хмыкнула я жестко.

Амиса нетерпеливо вздохнула, а потом заметила мою реакцию.

— Ты не подумай, я злюсь только на себя, — заверила она, видимо испугавшись. — Послушай, я понимаю, как это всё выглядит. Ты мне не доверяешь, это понятно. Но сейчас, особенно в такой ситуации, я нужна Мару.

— Это, всё, конечно, хорошо, радостно и почетно, но причем здесь я? Иди к Мару.

— Тебя он послушает, — объяснила Амиса. — Я поняла это по глазам. Ты ему дорога.

— Ну это ты загнула, — фыркнула. — Разве ты не узнала Мара за десять лет достаточно, чтобы помнить: мы ценны для него, пока у него на нас серьезные планы.

— Тем не менее, он прогнал меня из-за тебя, — напомнила Амиса.

— Значит, таков был план.

— Ты не понимаешь или не хочешь признавать… Может быть, дело во мне, я понимаю. И я теперь поняла. Он относится к тебе по-другому. Какие это чувства, я сказать не могу, и не собираюсь тебя уверять в его любви. Но я знаю точно: если ты попросишь, он меня простит.

— Ты совершенно переоцениваешь мои силы, — покачала головой. — Я всего лишь инструмент.

— Инструмент, который он целовал, — заключила Амиса.

Поскольку я уже получала удар от неё по чувствам, все мои реакции сработали одинаково: защищаться.

— Откуда ты знаешь? — Скривилась я.

— Ты мне сказала, — внезапно сообщила Амиса, и я чуть не задохнулась от возмущения.

Хотела обойти девчонку, но она снова преградила мне путь.

— Я ведь могу тебя и подвинуть, знаешь, — жестко заметила я.

— Знаю. Прости. Я не хотела тебя обижать.

—

Теперь, — хмыкнула. — Когда от меня вообще что-то зависит, так ведь?

— Я прошу тебя выслушать меня. Только послушать. Потом ты будешь принимать решение сама. Пожалуйста. Я знаю, что не заслужила. Но ты ведь не такая, как я.

— Думаешь, я уши развешу и буду сопли-слюни разводить? — Покачала головой.

— Я серьезно, — настаивала Амиса. — У тебя есть все основания не доверять мне, я понимаю. Но мне, правда, больше некуда идти.

— Так я последняя надежда.

— Единственная. Никто в этот мире мне больше не сможет помочь. Какая ирония.

— Таков был план, — заметила я многозначительно.

Амиса напряженно кивнула и снова сделала глубокий вздох.

— Пожалуйста. В твоих руках будет моя судьба. — Просила она.

Я ухмыльнулась и снова покачала головой.

— Я позволю тебе обнажить твою душу только лишь ради того, чтобы знать: куда ударить побольнее.

— Справедливо, — даже не поморщилась Амиса. Но она так же понимала, что на слово я ей не поверю. — Я… действительно эса. Я родилась в доме министра по торговым отношениям. Как ты знаешь, в его руках много власти, он один из самых почитаемых людей Империи. И, конечно же, моя судьба, как его дочери, была решена.

— Мне было всего восемнадцать, когда я влюбилась. Так сильно, как никто и никогда не мог. По-настоящему. Но в слугу. Как ты понимаешь, это было недопустимо. Мы долго скрывали наши отношения, но затем отец пожелал выдать меня замуж. Я воспротивилась, отец быстро понял, что-то не так. Он узнал о связи и на следующий день заявил, что прогнал мою любовь из дома, надеясь, что я ничего не сделаю.

— Но я всегда была непокорной. И я сбежала за ним. Чтобы узнать, что отец не просто прогнал его. Он подстроил несчастный случай и лишил его жизни.

— И всё из-за слуги? — Повела бровью.

— Ты бы удивилась, на что мой отец способен, — мрачно заметила Амиса. — Но я не об этом. Ты можешь не верить мне, но… Фаис был моей любовью. Единственный. Той самой, о которой столько спето песен, написано столько рассказов. Я была безутешна, но домой не вернулась. Осталась жить в городе. Выживать. Да, было сложно поначалу, но я смогла. И через время я стала хозяйкой дома наслаждений. Через очень короткое время. Тогда-то меня и заметил Мар. Взял меня в Гильдию. С тех пор я служила ему.

— Но всё испортила какая-то девчонка, которую ты приревновала к Мару, — подытожила я. — Как же ты так опростоволосилась? Раз так любила своего Фаиса, что же ты подставилась?

— Все десять лет Мар относился ко мне по-особенному, — продолжала Амиса. — Я занимала особое место, многие говорили мне: «Как тебе повезло, сам Глава Темной гильдии влюблен в тебя». Самое обидное заключалось в том, что эти отношения были для всех других. Но он ко мне никогда не прикасался.

— А как же твои заверения, будто вы спали вместе?