Серый кардинал
Шрифт:
Им пришлось ждать больше часа. Наконец, с западной стороны послышался ровный гул. Похоже, звук все услышали: двери ангара медленно раскрылись, оттуда выехал тягач, два погрузчика, появились еще люди. Всего Клюев насчитал человек пятнадцать. Вооружены были очень немногие. Очевидно, они здесь чувствовали себя в полной безопасности.
Самолет сделал два круга и пошел на снижение. Далеко справа на взлетно-посадочной полосе показалось его тупое рыло, подсвеченное снизу светом аэродромных огней. Вот тяжелая махина подкатила на уровень аэродромных построек, остановилась. Лопасти пропеллеров еще крутились, образуя в свете прожекторов фантастические серебряные блюдца, колышущиеся среди
На пути у пришельцев случайно оказались трое из охраны, они отлетели в стороны, словно тряпичные куклы. Никто толком не успел понять, что же происходит, как на охранников в упор глянули дула автоматов и гранатометов.
— Ребятки, — негромко, но отчетливо произнес один из ворвавшихся в самолет, черноусый, смуглолицый, — одно неверное движение с вашей стороны — и мы все вместе взорвемся к чертям собачьим. Так что давайте без дураков. Кладите оружие на середину и бегом на выход.
Неизвестно, что сыграло решающую роль: то ли очень убедительное обещание взорвать самолет к чертям собачьим, то ли то, что охранники приняли их за чеченцев из какой-то враждебной группировки. Поди разберись, они тут все воюют. Наверное, аэродром захватили, а может быть и весь этот район.
Кроме того, неизвестные, ворвавшиеся в самолет, заняли очень удобные позиции: никто из них не стоял в проходе, у каждого за спиной оказался либо ящик, либо контейнер. Попробуй стрельнуть — взлетишь высоко-высоко, а назад опустишься по частям.
Охранники бросали автоматы и выбегали по трапу наружу. Один из пилотов открыл дверь, и тут же в подбородок ему уперся ствол автомата. Мгновенно в кабине оказалось четверо крепких парней, готовых изрешетить летчиков в любое мгновенье.
— Отцы-командиры, — сказал один из них. — Полет продолжается. Если вы хотите остаться в живых, конечно.
— Кто вы такие? — попытался выяснить командир корабля, плотный мужчина лет сорока, одетый в пятнистую форму с тремя темно-зелеными звездами на погонах. Мощный удар под дых заставил его сначала согнуться, потом упасть на колени. Второй пилот, схватившийся было за кобуру на поясе, получил ощутимый тычок стволом автомата в шею.
— Мужики, — зловеще-укоризненно произнес черноусый главарь террористов, — давайте без дураков. Заводите мотор по новой. Летим.
— Куда летим? — вполне деловитым тоном осведомился третий пилот, еще не подвергшийся физическому воздействию, но видевший, что произошло с его коллегами.
— На юг летим, командир, строго на юг. Минут через десять после взлета на радиомаяк пойдете.
Тем временем остальные террористы успели поднять люк-трап, задраить другие люки.
Все находившиеся на аэродроме ошеломленно наблюдали, как вновь начинают вращаться винты, как тяжелая машина разворачивается и ползет к началу взлетно-посадочной полосы. Растерянность и непонимание обстановки сыграло свою роль — первые выстрелы послышались только тогда, когда самолет отрулил на несколько сотен метров.
Только когда самолет оторвался от бетонной полосы, Клюев испытал нечто, похожее на чувство облегчения. Не пешком же отсюда было выбираться, в самом деле. Перевалы тут высокие, и хотя люди Гвирии хорошо знали маршрут, «прогулку» в Грузию легкой нельзя было назвать.
— Мы уже из коридора вышли, — в голосе командира корабля слышалось презрительное превосходство специалиста над
— Не звезди, мудлон! — оборвал его Клюев. — Из коридора ты вышел, когда не в Моздок полетел, а в Чечню. Мне помнится, отсюда последний российский офицер год назад вышел. Вам-то что здесь делать? Вы какому царю, какому отечеству служите?
Полковник промолчал.
Командование округа, казалось, не проявляло никакого интереса к судьбе исчезнувшего транспортного самолета.
— Наш самолет был захвачен в Моздоке террористами, — повторял полковник Симонов — так, оказывается, звали командира.
— В таком случае очень странно, что вас заставили лететь не в Грозный, а сюда, на территорию суверенной Грузии, — ответил ему человек, представившийся полковником информационно-разведывательной службы республики.
— Мы обманули их, пролетели Грозный.
— Послушайте, но это же смешно. Либо они никогда в жизни не летали, ни на каких воздушных средствах, либо плохо учили географию еще в средней школе. Так плохо, что не знают расстояние от Моздока до Грозного. Кроме того, у нас есть достоверные сведения о том, что ваш самолет совершал посадку в Чечне, на аэродроме южнее Грозного.
Проходило время, но, хотя дело и получило широкую огласку — информационно-разведывательная служба устроила брифинг для всех иностранных журналистов, аккредитованных в Грузии — официальные круги России никак не комментировали это происшествие. Ясно, шестерни государственной машины крутились вовсю. О «заблудившемся» самолете наверняка знали на Смоленской площади, знали в Белом доме, знали в Кремле. Несколько депутатов Верховного Совета выступили с заявлением, обвиняя военное командование в коррупции, в разворовывании имущества. Но не последовало никаких официальных протестов в адрес Грузии по доводу захвата самолета террористами, не раздавалось никаких требований о выдаче угонщиков. Создалось впечатление, что о самолете и его экипаже просто забыли. Как забыли и об оружии, которое откуда-то и куда-то направлялось.
Клюев ожидал, что теперь-то сместят кого-то из высших чинов хотя бы той армии, которой принадлежал угнанный самолет. Нет, глухо. Никаких упоминаний фамилии Павленко, командующего армией. Как всегда события развивались, повинуясь логике абсурда. Был самолет и не было самолета. «Самолет был обстрелян и удалился в сторону океана» — так прокомментировали официальные масс-медиа события десятилетней давности. Но то происходило во времена дремуче-тоталитарные, сейчас же Клюева вдохновляли последствия дерзновенного перелета и не менее дерзкой посадки Руста — тогда Соколов буквально на следующий день был смещен с поста военного министра генсеком Горбачевым. Конечно, по масштабу данный инцидент, возможно уступает приземлению «Сессны» на Красной площади, но ведь времена теперь изменились в сторону гласности. Уже выступил по «Свободе» Тенгиз Гудава, уже умный и острый на язык Михаил Соколов прокомментировал на тех же волнах реакцию Москвы на случай с «ничейным» транспортным самолетом. Но власти, что называется, не подтверждали и не опровергали все, что говорилось и писалось об этом событии.
Разумеется, информационно-разведывательная служба Грузии не стала слишком долго удерживать экипаж самолета. Офицеров депортировали в Россию. Можно было бы ожидать, что хотя бы командование округа, в составе которого находилась армия, в которой, в свою очередь, числился транспортный самолет с оружием, по неофициальным каналам попытается получить свое имущество обратно — хотя бы машину, без груза. Ничего подобного не случилось.
Полковник Гвирия только пожимал плечами. Что же, затраты на операцию по захвату самолета окупились более чем с лихвой.