Серый ангел
Шрифт:
В Москве они провели неделю.
После похорон, как часто бывает, стало немного легче. Еще легче стало после девяти дней. И хотя скорбь никуда не делась, все понятнее становилась утешающая пословица — жизнь продолжается.
Перед отъездом Аня зашла в несколько магазинов, купила в подарок Аринай модные весенние сапоги, Саше металлическую флягу для коньяка, обтянутую крокодиловой кожей, Тане Толстопопику орхидеи в цветочных горшках, а ее мужу Якову охотничий нож с серебряной рукояткой — в коллекцию.
Григорий
Утром, в день отъезда, Аня увидела на шее и груди несколько прыщиков. Она вспомнила предупреждения Геннадия о слишком раннем отъезде из Топи. Мама на прыщики внимания не обратила, просила остаться Аню еще на два-три месяца, но Анна чувствовала подступающую слабость. Она, не отдавая себе отчета, старалась воздействовать на маму, «убирая» то аритмию после многих часов слез, то нервную бессонницу. И теперь сказались затраты энергетики.
— Мне необходимо ехать, мама. И самой здоровье восстановить, и Гришу держать. Без меня он сопьется.
Мама, как все мамы, поняла и отпустила Аню.
Следующий год прошел без особых событий. Только жить с Григорием становилось все труднее. Его запои растягивались на недели, а ревность стала болезненной. Он ревновал Анну к своему заместителю Саше, к Геннадию, к молодым лейтенантам, к Аристарху и особенно к Лёнчику.
За последний год Григорий сорвал себе печень, стал седеть и лысеть. Он рыдал в медблоке у Геннадия, подозревая, что у него началась лучевая болезнь и скоро он заработает лейкемию. Стала падать потенция, и он мучил Анну, выдумывая новые позы и способы достижения оргазма.
Геннадий злился, устав убеждать Григория, что дело не в радиации, а в алкоголизме. Анна терпела все выходки мужа, хотя стала ежедневно задерживаться на работе.
Григорий пил не один. В собутыльниках ходили его заместитель Александр, начальник хозяйственной части Яков Котелевич, а также все желающие.
Доходило до того, что Таня Толстопопик пешком приходила на КПП и требовала вызвать ей мужа.
Впервые за пять лет замужества Таня испугалась, что потеряет мужа. Она выходила замуж не за Яшу Котелевича, а за начальника хозяйственного отдела в звании подполковника. Ей нравилась любовь такого человека.
У Тани, девушки крайне влюбчивой, романов случалось много. Она сама первой давала знать понравившемуся мужчине, что готова любить его всю оставшуюся жизнь. Чаще всего парень, поначалу обрадованный повышенным к себе вниманием и страстью ненасытной Тани, месяца через три уставал «любить навсегда» и тихо линял, прячась от Тани по знакомым, задерживался на работе, придумывал сверхурочные.
Но
После каждого разрыва Таня решала, что жизнь кончена. Три раза она пыталась пить таблетки, один раз резала вены, два раза прыгала из окна. Железное здоровье и низкая этажность поселка не давала ей шанса уйти из жизни. Аринай каждый раз ругала Таньку, била по щекам и вправляла мозги, заставляя пить лечебные настои.
Таня и Аринай воспитывались в одном интернате. Родители Аринай кочевали с оленями и забирали дочь на два летних месяца. С каждым годом девочке все сложнее было привыкать к отсутствию цивилизации в стойбище, и она знала, что не будет жить жизнью родителей-коряков.
Танина мама наезжала иногда по два раза в месяц, иногда пропадала по полгода. Она работала поварихой при бригадах на лесозаготовках. От кого забеременела, она и сама не знала. Каждый год у нее случался новый роман, и она забывала о дочери до очередного разрыва, после чего заваливала Таню подарками и сладостями. Затем новый сезон лесозаготовок, и новая влюбленность.
Семьи всех детей, живших в интернате, искренно думали, что воспитывать ребенка два месяца в год — это нормально. Дети находились на попечении государства, их самих так воспитывали, только чаще мучили уроками по истории партии.
Суетливая Танька не знала, кем ей стать: ее бросало от рисования картинок к желанию ухаживать за больными старушками. Еще она любила возиться на кухне и шустро бегала от кастрюль в кладовку, подтрясывая круглым задком.
Танька была похожа на персидскую кошку, толстую и плосколицую. Аринай больше походила на худющую и длинноглазую, с вкрадчивыми движениями кошку-«сфинкс». Но при всем внешнем несходстве они внутренне существовали на одной волне, полностью друг друга понимая.
Танька постоянно горела новыми идеями, предлагая подруге то уехать в Москву и там устроиться в богатый дом няней, а потом стать женой олигарха, то наняться на золотые прииски, найти кучу золота и разбогатеть. А уж при деньгах-то они всегда найдут красивого мужа. Еще Таня подумывала о карьере стриптизерши, менеджера крупного банка или врача-стоматолога. Но, как неожиданно выяснилось, для получения всех этих профессий нужно иметь специальное образование и учиться после интерната еще лет пять-семь. Даже на стриптизершу. Кто же это вытерпит?
Для своей будущей карьеры Аринай не делала ничего. Она тихо работала в интернатовской библиотеке и писала рефераты в заочный институт. Она ждала принца и не сомневалась в его появлении.
Сердобольная повариха Юлия Юрьевна оформила Таньку работницей по кухне и посоветовала учиться в кулинарном техникуме. И всегда сыта, и у женщины, умеющей хорошо готовить, всегда будет мужчина.
Танька тетю Юлю послушалась и поступила в техникум.