Серые братья
Шрифт:
– У меня теперь нет родителей. Я теперь тоже стану Серым братом, и вырасту, и спасу Маргариту, сестру. Вы можете сказать мне ваше имя?
– Могу. Меня зовут мастер Альба.
– Хорошее имя, – одобрительно сказал мальчик. – А меня теперь зовут принц Сова.
Путешествие трубочистов
– Мастер! – сказал старик. – Мастер. Что ты скажешь, если я преложу тебе взять мальчишку… то есть, принца – с собой? Сам видишь, нам предстоит
Мастер Альба в эту секунду был занят. Он, присев, обхватил Волка за шею и прижался к его уху щекой. Потом отвёл лицо, оказавшись со зверем буквально нос к носу. Что-то негромко сказал. Волк, оскалив клыки, заскулил (вот, были в его роду и собаки!).
Потом Альба встал и сказал старику:
– Ладно, возьму. – И улыбнулся: – какой же мастер без ученика?
– Мне идти с тобой? – спросил, осторожно приближаясь к нему принц, и, покосившись на Волка, потёр покрытую синяками ручонку.
– Если захочешь, – по-взрослому серьёзным тоном ответил Альба.
– А ты научишь меня приносить Теней?
– Если захочешь, – снова повторил мастер.
Он поднял взгляд на стоявших в свете костра Серых братьев.
– Принца я заберу, отведу в надёжное место. Но тогда у вас будет ещё одна непростая забота: вынести из замка девушку. Есть ещё опытные пеленальщики?
– Трое, – сказал, мотнув седой бородою, старик. – Прибудут в замок под видом бродячих музыкантов: на них, по случаю похорон Кагельберга, будет спрос.
– Хорошо. Оставьте её с кем-нибудь здесь, на поляне. Пусть живёт в лесу дней семь или восемь. Я вернусь за ней, как только устрою жизнь принца.
И, отступив на шаг, поклонился. Серые братья ему поклонились в ответ, а Волк зарычал. Зарычал так же тот, кто недавно был Тенью, а теперь сидел, связанный, возле костра и раскачивался из стороны в сторону.
И мастер, и принц покинули таинственную поляну.
– Ты, значит, хорошо видишь в темноте, – утвердительным тоном спросил Альба.
– Да, – сказал принц. – Я тебя первым заметил.
– Значит, ждать рассвета не будем. Тогда за ночь мы доберёмся до места, где совершим превращение.
– Мы будем превращаться?
– Да.
– А в кого?
– В трубочистов.
– В тех чёрных людей, которые чистят трубы?
– Да, в тех.
– Для чего?
– Хороший вопрос. Для того чтобы ходить по дорогам и посещать города, не отвечая на ненужные вопросы подозрительных стражников. Никогда трезвый стражник не спросит дорожных бумаг у встретившегося ему трубочиста.
– А пьяный?
– А пьяный – тем более. Нет, всё, что им будет нужно от трубочиста – это испачкать пальцы о чёрную
– Зачем?
– Считается, что к таким пальцам чаще прилипают денежки. А стражникам денег никогда не хватает.
– А как мы превратимся? Просто переоденемся?
– Главное – не переодеться, а переменить мысли. Вот что по настоящему важно. Тебе придётся забыть, что ты когда-то был принцем. Забыть навсегда.
– Оказывается, это не трудно, – вздохнул шагающий по ночному лесу ребёнок. – Я уже начал забывать.
– Это нужно для того, чтобы не попасть в руки к стражникам. Если ты выглядишь, как сын трубочиста, то и жить должен, как трубочист. А если ты станешь требовать, чтобы стражник приветствовал тебя подобострастным поклоном – это будет выглядеть странно. И нас тогда схватят.
– Что значит подобострастным?
– Очень почтительным.
– Ну, поклоны мне не нужны. Я смогу выглядеть, как трубочист.
– Но выглядеть трубочистом мало. Нужно на самом деле стать им. Влезать в закоулки старых печей, где полным-полно чёрной сажи. Выгребать её голыми руками, дышать ею. И вообще делать всякую грубую и нечистую работу.
– Я много дней убирал лошадиный навоз! – гордо заявил мальчик.
– Прекрасно! Значит, при необходимости ты сможешь превратиться и в конюха.
– Это важно?
– Да, важно. Чем больше ты способен совершить превращений – тем легче тебе прятаться.
– От кого?
– Ото всех.
– А зачем?
– Затем, что самое главное занятие в жизни охотников за Тенью – это прятки.
– Какая интересная у них жизнь.
Визит в Груф
Через три дня, вечером, шагающие по безлюдной и пыльной дороге молодой трубочист и его маленький сын увидели замок, стоящий на невысоком холме.
– Это – Груф, – сказал Альба. – А вот там, как помнится, должна быть река.
– Мы пойдём к реке?
– Да. Там мы напьёмся и отдохнём.
– Но мыться не будем!
– Конечно. Не зря ведь мы жгли костёр и мазали золой одежду, лица и руки! Смотри, как хорошо вышло.
Они спустились в лог, – и точно, перед ними заблестела река.
– Вечер скоро, – сообщил мальчик. – Если мы поспешим, то успеем войти, пока ворота открыты.
– Напротив, спешить мы не будем. Отдохнём до темноты, а ночью войдём.
– Как войдём?
– Через один тайный вход. Если только он за тридцать лет не зарос и не забился песком.
– Ты не был здесь тридцать лет?
– Почти тридцать.
– Но ты помнишь, где этот вход?
– Я помню главное: в Груфе очень много печей. Так что я буду весьма удивлён, если завтра нам не обрадуются.