Серплы
Шрифт:
– Похоже, ты случайно обнаружила капсулу с ядом, – произнес Кейл. Казалось его глаза смеются.
Я убила его?! Ничего похожего на угрызения совести, ничего, кроме мысли, что возможно, эта случайность спасла нам жизни.
– Должна признать, что сейчас ты сделала что-то стоящее, – Анна нервно подернула плечами, трогая пальцем остывающее тело Джануса, – кто-нибудь поможет мне вынести мусор?! – спросила она. Кейл без слов подошел к нейману и принялся развязывать веревки.
Эмма застонала. Она сидела так тихо все это время, что я совсем позабыла о ней.
– Как
Она устало смотрела на меня.
– Слишком много событий для одного дня.
– Поехали сегодня ко мне, – мне не хотелось оставлять ее одну.
– Если ты отвезешь меня домой будет лучше всего, – Эмма зевнула, – казалось, еще немного, и она упадет, то ли от стресса, то ли от усталости.
– Как скажешь, – ответила я.
– Радуйтесь, что все так удачно сложилось и он не побежал о вас докладывать, – Анна и Кейл заканчивали упаковывать тело Джануса.
– В госпитале!!! – опомнилась я, – там осталась вся информация о тебе и Эрике. Нужно попасть туда и все уничтожить.
Анна подняла руки.
– Тише, тише. Вы сейчас отвезете Эмму домой. Маркус поедет с вами. А я отправлюсь в госпиталь и сделаю всю работу, – она сидела сверху на брезенте с телом и быстро выискивала информацию о госпитале. Над ее коленями высветилась карта здания. Анна повернула ее и растянула до нужной величины прокладывая путь.
– Отлично, – произнесла она, – в этом госпитале есть круглосуточное отделение скорой помощи. Я беспрепятственно смогу попасть внутрь.
– Давай я сломаю тебе ногу, – серьезно предложила я. Анна посмотрела на меня из-под длинных ресниц.
– Ты явно переоцениваешь себя, – ответила она.
– И Джанус так думал…
– Гммм, – то ли засмеялся, то ли прочистил горло Кейл. Я бросила на него взгляд, но вместо ожидаемого раздражения, ощутила удивление. Каждое движение Кейла было выверенным и четким. Он двигался словно киборг.
– Я поеду с тобой, – сказал он Анне, – Одна ты не справишься.
– Конечно не справлюсь, если даже тощий карлик угрожает мне! – голос девушки прозвучал беспомощно. Актрисулька!
Я повернулась к ней открыв рот, собираясь воскликнуть: «Это я тощий карлик?»
– Кейт, – отвлек меня Кейл, – его, по-кошачьи зеленые, глаза смеялись, – покажи нам ее офис на карте.
Я выдохнула сквозь зубы и присела рядом, бесцеремонно втиснувшись между Кейлом и Анной.
– Вот сюда, – я провела пальцем по карте прокладывая путь.
– Мне кажется, так будет быстрее, – Кейл нашел альтернативную дорогу, – и здесь мы обойдем пост охраны.
Анна одобрительно кивнула.
– Готов? – спросила она Кейла. Я заметила, что когда Анна смотрит на него, ее синие глаза мерцают золотистыми всполохами, совсем, как у брата.
Кейл с Анной ушли «выносить мусор», а мы с Маркусом отвезли Эмму домой – в центр третьего округа. Стеклянная башня в которой жили Эрик с Эммой напоминала хрустальную иглу, шпиль которой терялся в тучах углубившихся над ней, словно угольная пыль.
Когда мы приехали, Эмма почти спала. Зевая,
С триста двадцать первого этажа Обливион был, как на ладони. Справа вилась спираль первого фривея, переливаясь от непрерывного потока глайдеров. Внизу, словно осколки стекла, сверкали здания и крыши комплексов. На севере, грозовые тучи напоминали каменные громады, затмевающие собой горизонт. Тусклые звезды мерцали с востока: там где открывался кусочек неба, но так безжизненно, словно умирающие светлячки. Они вспыхивали на темно синем куполе неба и тут же меркли.
Окна были от пола до потолка, поэтому, казалось, что между Маркусом и ночным Обливионом нет никаких преград. Он облокотился о стекло окна прикрыв глаза. Его ресницы трогательно подрагивали в такт глубокому дыханию.
Я обвила свои руки вокруг него, словно удерживая. Казалось, еще шаг и он сорвется вниз, в пропасть мегаполиса с миллионами жителей, среди которых почти не осталось людей, только безликие тела, проживающие свои жизни, полные ненависти друг к другу.
Щекой прижавшись к груди я слышала его сердце сквозь тонкую хлопковую ткань майки. Что-то волшебное было в этом звуке, что-то родное.
– О чем ты думаешь? – спросила я.
– Грядет война, – тихо прошептал Маркус. Он всматривался в ночь, в Обливион, который никогда не спит. На секунду мой взгляд сфокусировался на его отражении – каждая черта лица, каждая линия была идеальной. Отблески огней ночного города попадавшие на гладкую кожу едва заметно мерцали, от этого казалось, что она светится. Его глаза, отражавшиеся в стекле, словно две синих планеты сверкали в небе Обливиона.
– Тебе нужно поспать, – прошептал он поцеловав меня в лоб. Его теплые губы хранили любовь.
Я подняла голову вверх, подставляя свои губы ему и прошептала прикрывая глаза:
– Останься со мной, – его губы были жаркими и сладкими, а кожа словно горела под моими пальцами, когда я провела руками вверх по его спине, шее, ныряя пальцами в волосы. Мы вдохнули дыхание друг друга, ощущая что-то вроде легких электрических импульсов на губах.
Chapter fourteen
Shadows
Мой телефон коротко пиликнул оповещая о новом сообщении. Приоткрыв глаза я осмотрелась, привыкая к темноте, по началу не узнавая где я, а потом, наконец, вспомнила – угольно серый потолок глянцевым блеском похожий на покрытое нефтью озеро принадлежал Эмме. Облегченно выдохнув я потянулась к телефону.
Кейл. Мое сердце подпрыгнуло к горлу. Три часа утра. Первая мысль, что-то случилось с ним и Анной.
Было напечатано мое имя.
– Кейт.
Я незамедлительно ответила.
– Кейл, ты в порядке?
– Нет, – после недолгой паузы ответил он. Я вскочила с дивана, стараясь не делать много шума.
Маркус мирно спал раскинув руки. Одна свисала вниз касаясь светлого стеклянного пола, другая – лежала на подлокотнике поверх его головы.
– Где ты? – только и смогла набрать я.