Серплы

Старк Акси

– Ага, слишком агрессивно и вульгарно, – промычала я и тут заметила, что Эмма смотрит совсем не на девушку.

Впереди показалось огромное серое здание из стекла и стали, словно окаменевший амонит. Плавные формы казались идеально гладкими с отполированными до блеска деталями. На самом верху, там где вспыхивали ориентировочные огни для глайдеров скорой помощи, возвышались массивные серебристые буквы: «Госпиталь Гранд Пацифик».

– Как точно ты подметила, – сказала она.

– Ты архитектор, тебе виднее, – пожала я плечами. Мне

все госпиталя казались уродливыми, хотя бы потому, что почти в каждом я бывала по несколько раз и причины моих визитов всегда были однозначными.

Улыбнувшись Эмма прошла через главный вход, напоминавший терминал крупного аэропорта. Я последовала за ней ускоряя шаг. Девушка в униформе поприветствовала нас жестом, проверяя на специальном мониторе наличие опасного содержимого. Я задержала взгляд на ее черных глазах немного дольше, чем того требовали приличия. Она ухмыльнулась и отвернулась.

– Не могу поверить, что это происходит, – прошептала Эмма снова прикусывая свою нижнюю губу. Глаза ее сияли. Она схватила меня под руку и прижалась теснее.

– Что? – захлопала ресницами я все еще поглядывая на девушку. – Да, да, я тоже.

Прежде, чем дверь лифта захлопнулась за нами, я в последний раз взглянула на девушку, может пытаясь найти подтверждение тому, что я всего-лишь параноик и у большей части населения карие или черные глаза. Это нормально, ведь так?!

– Кейт, – хохотнула Эмма, – кажется ты волнуешься больше чем я.

– Точно, – я смахнула воображаемые капельки пота со лба, – словно это я беременная супер ребенком.

Эмма захохотала так звонко, как смеются дети, что у меня все растаяло внутри. Я выдохнула и расслабилась.

– Двести первый этаж, – улыбнулась я стараясь скрыть свое напряжение, – серьезно, тут теперь гнездятся хорошие гинекологи?

– Она лучшая, – почти взвизгнула Эмма уже перед кабинетом. На двери висела табличка доктор Агнета Дрекслер.

Я задохнулась от неожиданности, как только мы вошли внутрь. В приемной стояла женщина лет пятидесяти, с седыми коротко стриженными волосами и бледным лицом. На маленьком остром носу лежали очки в черной элегантной праве. Они не скрывали глубоко посаженные черные бусины глаз.

Одна из них?! – кольнуло внутри. Только кто они – я не знала. В голове зашевелилась мысль, которая все время ускользала и я не могла ее поймать. Что-то важное…

– Добрый день, – произнесла доктор дежурно улыбнувшись. Я застыла пялясь на нее, как на экспонат музея. Что-то отталкивающее было в ее голосе.

– Добрый, – Эмма со смехом пожала руку докторше и толкнула меня в бок. Я только и смогла, что кивнуть. Сказать Эмме о своих предчувствиях я не могла, если Агнета серпл, а она определенно не человек, она услышит мой шепот даже в соседней комнате, не то что в паре метров.

– Это честь для меня, – церемонно ответила Агнета, – Проходите, пожалуйста, – Дрекслер указала жестом на кабинет под номером 2 окинув нас заинтересованным взглядом.

Что же, мы странная парочка, Эмма очевидный серпл, я очевидный человек. МЫ никогда не поддерживаем близких отношений, сторонимся друг друга и часто открыто враждуем, а тут

вместе пришли на прием к гинекологу. Наверное выглядит более чем противоестественно.

– Сегодня мы запишем ваши данные, сделаем кое-какие тесты и, конечно, познакомимся с вашим малышом, так сказать, воочию, – заулыбалась Агнеса во весь рот и вышла из кабинета.

– Все в порядке? Ты словно чудовище увидела?

Я нервно хихикнула бросив беглый взгляд на доктора. Она что-то объяснила своей ассистентке.

– Я плохо спала, – ответила я. Не хватало еще, чтобы из-за моей паранойи Эмма лишилась хорошего врача.

– Ну вот, все готово, – вернулась Дрекслер, – если вы закончили с анкетами можно приступать.

Сначала шли стандартные процедуры. Эмма зашла в круглую стеклянную камеру, где ее измерили. Зеленый луч спустился сверху вниз и компьютер вынес ее данные на дисплей. Вес, рост, объемы. Затем сделали необходимые тесты и анализы. Все это заняло не более десяти минут.

– Превосходно, – произнесла доктор делая пометки в своем девайсе, – результат будет через пять минут, – затем она посмотрела еще раз в свои записи, что-то сравнила и подняла глаза на Эмму, – последний день вашего цикла был когда?

Эмма еще раз взглянула в анкету.

– Я написала верно.

Доктор улыбнулась, а глаза ее остались холодными.

– Окей, сейчас посмотрим, – она повела нас в другую комнату и положила Эмму в большое кресло-кровать, – так, – протяжно сказала она прилепив к животу маленькую присосочку, затем хлопнула в ладоши и произнесла, – Доктор Агата Дрекслер, код 2640.

Перед нами возникло большое изображение, почти на всю стену, а на нем маленький Алан. Никогда не видела такого прежде. Мы с Эммой пер еглянулись.

Малыш был перед нами в своей маленькой удобной колыбели, маленький и смешной: с большой головой, пузатенький. Алан играл со своей пуповиной. Изображение было настолько реально, что казалось, мы в утробе вместе с ним. Эмма погладила животик и Алан едва заметно улыбнулся.

После ряда измерений Агнета встала со стула.

– Я оставлю вас на минуту – мне нужно кое-что перепроверить, – в ее черных глазах, гармонирующих с серебристыми волосами и белым костюмом, блеснула сталь. Сердце мое превратилось в льдинку.

– Что-то не в порядке? – Эмма взволнованно приподнялась.

– Не волнуйтесь раньше времени, – Агнета усадила ее назад легко похлопав по плечу, – Давайте закончим все исследования, хорошо?

Не дожидаясь ответа она поспешно вышла из комнаты. Эмма побледнела и прислонилась к стене, вот-вот рухнет в обморок.

– Даже не думай паниковать, – я взяла ее за холодную руку.

Дверь осталась приоткрытой и я видела, как Агнета дала указания ассистентке, села в свое кресло и торопливо вывела данные на Эмму, затем мелькнуло лицо Эрика. Дрекслер отодвинулась от стола и озадаченно посмотрела на монитор. Ее ассистентка произнесла что-то одними губами не переставая смотреть на данные. Я ее практически не видела, не то что бы слышать. А вот Эмма точно бы расслышала. Я повернулась к ней, жестами спрашивая о том, что она могла расслышать.