Серое Братство

Шелонин Олег Александрович

Он нашел его буквально в двух шагах от клумбы, изрытой сапогами графа, ботинками Вита и туфельками сестры, аккуратно открыл калитку и присоединился к своим друзьям, ноги которых торчали из сугроба.

– Ну, вот… – скрепя сердце, Олет бросил закуску с выпивкой в снег и начал извлекать шефа, сестренку и графа из снежного плена.

– Что дальше? – поинтересовался он, как только трясущиеся от озноба спасенные приняли вертикальное положение с правильной ориентацией головы относительно ног в пространстве.

– Ищ-щ-щем следы прест-т-тупления, –

отстучал зубами Вит. – Сразу, как только выпьем для сугрева. Господа, в-в-вам не кажется: что-то стало холодать?

– Кажется. – Олет выдернул из снега штоф и пустил его по кругу.

Пили жадно, долгими глотками, в ожидании заветного тепла. И оно пришло. Старое испытанное средство не подвело. Подвела закуска. Она так подмерзла, что не желала грызться. Последний глоток достался новому хозяину замка. Он допил штоф и начала обратно оседать в сугроб.

– Олет! Чего смотришь? Не видишь, клиента теряем?

Олет проявил класс. Он поднырнул под безвольное тело графа, вскинул его на плечо.

– Бутылку-то отдай, – Вит выдернул из руки слабо трепыхавшегося графа штоф, понял, что он пустой, и с досады запустил его в сторону леса, почти вплотную подступавшего к стенам графского парка. Штоф обо что-то звучно шмякнулся, и из кустов послышался нечеловеческий вой.

– У-у-у!!!

– Что это? – сжалась в комок Ксанка.

– Я думаю, – подал голос граф с плеча Олета, – это воет проклятие рода Баскервилей.

– Позвольте, – пьяно мотнул головой Вит, – причем здесь Баскервиль? Вы же Амстервиль.

– Это девичья фамилия моего предка, – выдал граф, закрыл глаза и забылся в блаженном сне.

– Ладно, – принял решение Вит. – С сексуальными пристрастиями его предка разберемся позднее. А сейчас у нас появился шанс завершить расследование одним махом! За мной!

И глава сыскного агентства с криком «ура!» помчался в сторону кустов, откуда раздавался вой. Ксанка и Олет с графом на плече поддержали атаку, мотаясь за спиной своего ученика.

– Я вижу: там что-то между кустов мелькает! – радостно проинформировал Вита Олет.

– Берем его с двух сторон! Ксанка, обходи, обходи!

То ли эта короткая пробежка, то ли чисто женская природная осторожность, то ли что-то еще, но в затуманенном винными парами мозгу Ксанки возникла удивительно здравая мысль.

– Господа, а вам не кажется, что это слегка опасно – гоняться за белым Гримом без оружия? Да подожди ты, Вит! – Девушка резко затормозила. Внимание ее привлекла сухая, замысловатая коряга, чем-то напоминающая посох ведуна, лежащая рядом с разбитой бутылкой. Ксанка подняла ее, начала задумчиво вертеть в руках.

– Почему это без оружия? – Вит поднял с земли останки разбитого штофа. – У меня «розочка» есть.

– А у меня граф, – гордо сказал Олет.

– Причем здесь граф? – нахмурилась Ксанка.

– В случае чего собаке его отдадим, и дело точно будет завершено.

– Болван! А кто тогда наши счета оплачивать будет? – Ксанка, похоже, все больше и больше приходила в себя.

– Верно.

Графа отдавать не будем. – С Вита тоже начал сходить пьяный угар. – А с одной «розочкой» против снежной своры…

Тут и до Олета дошел весь дебилизм ситуации.

– Предлагаю вернуться в замок, – внес предложение он.

– Правильно, – согласился с ним Вит, – на экстренное совещание. Буду делать доклад. А вы пока обдумывайте тезисы. Разведку боем мы провели успешно…

Из леса вновь послышался душераздирающий вой.

– …а потому теперь не стыдно и свалить отсюда от греха подальше!

Вит развернулся, и первый рванул в замок на экстренное совещание. Следом неслась его верная команда. Ксанка, в благодарность за этот идиотский рейд, на бегу пыталась достать главкома увесистым тезисом, роль которого выполнял найденный посох. В ее до конца не протрезвевшем мозгу ни разу даже не трепыхнулась мысль, что идея по пьяни заняться делом целиком и полностью принадлежала лично ей, белой и пушистой. И в чем-то она были права. Раз назвался главой сыскного агентства, отвечай, зараза, за все! Даже за дебильные действия своих подчиненных.

28

Вит проснулся от глухих мощных ударов, сотрясавших замок графа Амстервиля до основания. Юноша подпрыгнул на кровати, с трудом разлепил глаза, но толку от этого было мало. Он оказался в кромешной темноте. Лишь из-за неплотно прикрытой шторы сочился слабый, призрачно-голубоватый свет. Юноша добрался до окна и распахнул штору. На графском дворе была ночь и опять светила практически полная луна. На ней появилась лишь маленькая щербинка, говорящая о том, что полнолуние уже позади.

– Нет, что за дела? – возмутился юноша. – Не замок, а дурдом какой-то! Только успел задремать – и на тебе!

Юноша нащупал на спинке кровати свои штаны, камзол, натянул все на себя и начал искать ботинки. Нашел, но радости ему это не принесло, так как сразу обнаружил недостачу. Один ботинок бесследно исчез.

– Та-а-ак, вот теперь кто-то у меня точно огребет по полной программе. Шутники долбаные!

Он выскочил в коридор с ботинком наперевес и грозно заорал в темноту.

– Пурго-о-он!!! Скотина ты этакая! Где мой башмак!!? – Это был глас вопиющего в пустыне. Гулкое эхо, прокатившись по каменным галереям, вернусь к юноше возмущенным воплем и пошло дальше гулять по замку. – Ну, все. Я иду зверствовать. Кто не спрятался, я не виноват.

И Вит, шлепая босыми ногами по каменному полу, пошел зверствовать вдоль стеночки, руками, на ощупь, находя дорогу в абсолютной темноте.

– Козлы, хоть бы один факел запалили ради прикола. Надо сказать графу, чтоб уволил всю прислугу к чертовой ма… Ой!

Юноша споткнулся обо что-то жесткое, перекатился через это что-то и сел на пятую точку, тихонько подвывая и баюкая зашибленный палец ноги. Пол под ним дрогнул. БУМ… БУМ… БУМ… Замок вновь затрясся.

– Черт! Что-то здесь нечисто. И не видать ни хрена. Эх, был бы я магом…