Сергей
Шрифт:
«Особенно вот эта стажерка-помощница, что с нее взять?» — Сергей мазанул взглядом по девушке. Молоденькая. Очевидно, недавняя студентка. Ну, может чуть старше. Скорее всего ей двадцать пять, как и ему сейчас. Она, наверное, пока вряд ли много чего умела и знала, но вероятно планы и рвение на карьерный рост имела. Вероятно…
— Останься, — попросил.
Руководить не просто, особенно когда толком еще не знаешь, что и кто находится в твоем подчинении. Чем и как управлять — за раз не разберешься, не вникнешь. Столько всего…
Сергей
— Так! Иди сюда, — подозвал он девушку. — Мне нужны будут кое-какие цифры… Посмотреть… — Сергей стал перечислять самое основное, в курс чего он хотел бы войти в первую очередь. Параллельно, чтобы девушка не забыла, размашистым почерком дублировал требуемые пункты на чистом листке бумаги.
— Эти данные в экономическом отделе, — быстро сообразив, отчеканила, как отрезала, стажерка.
Рука Сергея замерла, он покосился:
— Хорошо. В экономическом, — кивнул и продолжил писать, — вот там и возьмешь эти данные, значит.
— Я бухгалтер, — заявила она, — а не экономист.
Сергей нахмурился и выпрямился. Пристально осмотрел девушку, не понимая, что могло ей позволить так бесцеремонно пререкаться с начальством. Блат или дурость?
— Ты пока еще не бухгалтер. Ты стажер, — напомнил он ей.
— Помощник бухгалтера, — поспешила она исправить.
— Вот именно, помощник, — Сергей бросил ручку на стол, сунул ей листок и вышел. На ходу приказал вызвать зама по производству.
В этот день следовало успеть посмотреть и оценить, собственно, еще и само производство.
Основная масса рабочих находилась в административных отпусках. Конвейер еле передвигался, застревая на операциях. Этого нет, того нет — сыпались со всех сторон жалобы. Все плохо!
Каждый из работяг смотрел на новое руководство с долей отчаянной надежды на светлое будущее, полагая, что эти хозяева все-же, наконец, будут лучше прежних и не разворуют оставшееся. Случится чудо — волшебным образом завод возродится, появятся новые каналы сбыта и заказчики, объемы возрастут, появится работа. Работа. Народу в первую очередь в это голодное кризисное время нужна была гарантированная, худо-бедно оплачиваемая работа.
Сергей не был волшебником, более того не ему предстояло при благоприятном исходе выводить предприятие из кризиса, тем не менее, он заинтересовано заглядывал в каждые закоулки, внимательно выслушивал, оценивал, запоминал.
На одном из участков наткнулся на небольшую группу рабочих, устроившихся на перекур, те весело что-то обсуждали.
— Это подрядчики, «пожарку» меняют, — подоспел тут же с пояснениями заместитель по производству. — Проверка была, предписание выписали.
— Ясно, — Сергей подошел ближе, — Ром, привет.
Один из курящих удивленно обернулся:
— Серёга? Здорова! — признав, подал руку. — Как жизнь? Давно не слышал, — подозрительно оглядел делегацию.
— Да так, с переменными успехами, — пожал плечами Сергей, — тоже ни о ком, ничего, давно… — охваченный вдруг ностальгией
— Угу.
— Я тоже по работе, — оглянулся на заждавшееся его сопровождение, — сейчас занят немного, может, вечером поговорим? Как со временем?
— Н-ну да, конечно, да. Вечером. Можно вечером.
— В «Пилоте»?
— Хах. Давай в «Пилоте», — бывший друг все еще был ошарашен внезапной встречей, но глаза загорелись.
— Ага. В семь! — Сергей еще раз на прощание подал руку. — Увидимся.
Ромка ошарашенный неожиданной встречей в смешанных чувствах остался смотреть вслед удалявшейся группе.
С небрежной невозмутимой уверенностью ступал по жизни бывший друг детства. Полновластный хозяин положения. Услужливо семенящее рядом окружение и заискивающее «Сергей Иванович» красноречиво это подчеркивало. Все ушли прочь.
Вечером сидели, как когда-то давно, в старом добром «Пилоте». Теперь они давно уже не дети, а пивнушка все та же. Серёга оделся обычно, как все: джинсы, футболка, ветровка. Никакого фарса, присутствующего днем в офисе, однако все равно смотрелся он в этой забегаловке чужим и неуместным. Тем не менее ему самому убогость заведения никакого дискомфорта не доставляла.
— Сергей Иванович, значит, — ехидно хохотнул Ромка.
Сергей в ответ засмеялся, тоже находя это комичным.
— Да… Иванович… — развел руками. — Старею.
— Стареешь… — Роман хмыкнул. — Не стареешь, а растешь, — поправил. — Мощно поднялся ты, Сергей Иванович, в свои-то двадцать пять, — зависть скрывать он даже не пытался.
— Ну, я ж обещал, что директором стану, — Серёга продолжал веселиться. Шутя, вальяжно вскинул козу, изображая быдло из «девяностых», — в натуре, нах! — щелкнул ногтем по зубу. — Пацан сказал — пацан сделал. Я директор!
Время шло. Сергей, действительно, не стоял на месте — матерел и рос. Но не эта должность подставного временно исполняющего обязанности директора полуразвалившегося предприятия была вершиной его карьерной лестницы на данный момент. Далеко не эта. Нет, даже не так. Совсем не эта! Потому и смеялся он в этот момент от души, вспоминая свои давние детские немного наивные мечты.
Почти десять лет прошло с того времени. Серёга с Ромкой теперь жили совершенно в разных мирах, давно разошлись их дороги в разные стороны. Каким образом разошлись вроде уже и не вспоминалось. Ни со злостью, ни с обидой. Все затерлось и притупилось под грузом времени. Осталась лишь одна добрая ностальгическая грусть. Жизнь она такая штука — не смотря на все свои финты и выкрутасы, хочешь не хочешь, продолжалась. Вот о ней и говорили.
В целом у Ромки, как он заявил, было всё нормально — во всяком случае, пока держался на плаву. Их структуру кризис почти не затронул, хотя тоже стало туговато. В «личном» — женился два года назад, полгода в разводе. Дочери скоро год. Сергей при этих словах помрачнел, быстро переводя тему, спросил про Олеську.