Шрифт:
Пролог
В мире тёмных эльфов всем правят Боги Хаоса и их жрицы. Тысячелетние устои матриархата, жёсткое разделение мужчин и женщин, иерархальная структура общества, в основе которой лежат магическая сила, способность выживать и брать на себя ответственность.
Тёмная кожа, белые волосы, красные глаза. Рождённые из бездны, они могут процветать там, где не смогла бы ни одна другая расса. Их расположенные глубоко под землёй в огромных пещерах города соединены постоянно расширяющейся сетью
Военные законы: каждый шаг, каждое слово, каждое действие подчинено приказам. Закаленный суровыми условиями характер: жестокие, агрессивные, привыкшие изо дня в день сражаться. Привыкшие рисковать и любой ценой добиваться своего. Они никогда не выпускают из рук оружие, они никогда не теряют бдительности, они никому не доверяют.
Но что если кто-то пойдёт против правил?
Что если чья-то тьма вдруг засияет светом, озарив свою и чужую жизнь?
Если кто-то в этом безжалостном мире мрака и опасности поставит любовь выше себя и собственной смерти?
Глава 1. Возвращение
Сколько они уже не виделись? Сколько всего случилось за это время? Что будет, если он вернётся? Нет, не «если» — «когда» он вернётся.
***
Когда дверь спальни с тихим щелчком открылась, она приподнялась на кровати, намереваясь как минимум высказать всё, что думает, тому, кто посмел зайти, не спросив разрешения, но так ничего и не произнесла, замерев, едва встретившись взглядом с мужчиной, который так же замер у дверей. Он молчал, но во взгляде читался вопрос. Он ждал разрешения. Или приговора...
Всё такие же изящные, даже почти нежные, черты лица. Длинные волосы собраны в небрежный хвост, выбившиеся пряди мягко обрамляли лицо.
Что-то светлое и чистое было в его глубоких, чёрных, чуть опущенных, глазах. На гладкие щеки падала мягкая, дрожащая в неровном свете свечей, тень длинных ресниц.
Стройная фигура была обтянута легким кожаным доспехом, но оружия не было. Она смотрела на него и не могла заставить себя ничего сказать. Едва различимый запах его кожи, этот взгляд, ощущение, когда он рядом... Всё то, что долгое время было только памятью, заставило сердце в её груди сжаться и в то же время отчаянно забиться, словно затрепетавшая надежда, ожившая и всепоглащающая.
Его имя сорвалось едва слышным выдохом, когда она наконец нашла в себе силы подняться, чтобы подойти к нему. Будто не веря в происходящее, кончиками пальцев она едва ощутимо коснулась его щеки, блуждая глазами по знакомому лицу.
— Моя госпожа ещё помнит меня? — его мягкий голос прозвучал очень тихо, но интонация была скорее утвердительная, чем вопросительная, а в уголках губ появился намёк на улыбку.
— Помнит? Твоя госпожа... — она запнулась, шумно выдыхая, — Просто скажи, ты...
Она отвела взгляд, надеясь, что их связь ещё не утеряна, и он поймёт её.
Она боялась услышать ответ,
Раньше он называл её своей госпожой, но принадлежал другой женщине. Тогда у неё не было достаточно сил, чтобы в открытую вызвать её на бой. Тогда, узнав о том, что мужчина предан другой, Боги осудили его. Она так и не смогла узнать, куда он исчез после этого. В порыве бессильной ярости она бросила вызов Богам, крича в пустоту бездушного храма о том, что он вернётся к ней. Смех Богов звучал раскатами грома, пока инфернальный голос ни пролетел жутким эхом: «Какая поразительная вера в мужчину! Развлеки нас, дитя Хаоса! Преданность или жизнь... Какая интересная игра!».
«Преданность и есть жизнь», — прорычала она в ответ, уходя из храма, в котором продолжали смеяться ненавистные ей Боги. Она до сих пор не знала, почему её тогда не убили, но сейчас она была счастлива, что ей позволили дожить до момента, когда он снова оказался рядом.
— Я никому не принадлежу, даже имени Дома у меня больше нет, — мужчина улыбнулся, по привычке опуская глаза, но робкая радость пополам с предвкушением и надеждой всё равно проскользнули в голосе, заставляя женщину судорожно втянуть воздух, стараясь унять охватившее её волнение.
— Мужчине без покровительства женщины в нашем мире довольно сложно жить... — он слегка склонил голову, отчего длинные пряди упали вперёд, и спрятали его лицо.
— Я... — он поднял глаза, впервые прямо встречаясь с переполненным эмоциями взглядом женщины. — Могу я надеяться...
— Мой, — не то стон, не то приказ, вырвавшийся из уст женщины, заставил его вздрогнуть и начать всматриваться в её лицо, стараясь прочитать и понять всё, что скрывалось за её несдержанностью.
— Мой. И отныне всегда будешь моим, — четко проговорила в ответ женщина.
Он облегчённо выдохнул, наконец позволяя себе по-настоящему улыбнуться и расслабленно прикрыть глаза.
— Я боялся, что прошло слишком много времени, и госпожа уже забыла меня, — его голос наконец зазвучал легко и привычно.
— Неправда... — она скользнула ладонью по его руке, чуть сплетая их пальцы.
Какое-то время они молча смотрели на свои руки, каждый переживал что-то своё.
— Ты давно вернулся? — она подошла ближе, крепче сплетая их пальцы и едва ощутимо проводя носом по открытой шее.
— Пару часов назад... — голос мужчины слегка сорвался, а пальцы непроизвольно сжались сильнее.
— Храм? — она ощутимее прижалась к его шее, глубоко вдыхая родной, еле слышный запах.
— Мгм, — он прикрыл глаза, стараясь уловить каждое прикосновение.
— Первый приказ? — она хитро улыбнулась, отрываясь от его шеи и заглядывая в лицо.
Мужчина приоткрыл рот, чуть растерявшись на мгновение, но потом быстро взял себя в руки и, расправив плечи, уверенно склонил голову.