Серебряное кресло

Льюис Клайв Стейплз

Самым первым домчался квакль. У нижней ступени он остановился, посмотрел направо и неожиданно проскользнул в какое-то отверстие. Быстро мелькнули и исчезли его длинные паучьи ноги. Юстас, помедлив, тоже полез за ним. А Джил, едва дыша и пошатываясь, исчезла в дыре минутой позже. Дыра была малопривлекательная — просто трещина между землей и камнем, около метра в длину и полуметра в высоту. Забраться туда можно было только ползком. Джил казалось, что в ее пятку вот-вот вцепятся собачьи зубы.

— Быстро, быстро, — раздался из темноты голос Лужехмура. — Камней! Заваливайте вход.

Тьму нарушало только тусклое

свечение из отверстия, через которое они попали в пещеру. Ерш и Лужехмур работали вовсю. Джил видела на фоне этого слабого света мелькающие руки Юстаса и лягушачьи лапы квакля. Тут и Джил, поняв, как это важно, стала выискивать камни покрупнее и передавать их своим товарищам. Прежде, чем послышался собачий лай у входа, щель была заделана. Теперь, конечно, в пещере стало совершенно темно.

— Быстро вперед, — прозвучал голос Лужехмура.

— Давайте возьмемся за руки, — предложила Джил.

— Отлично, — сказал Ерш. Им пришлось довольно долго искать в темноте руки друг друга. А по ту сторону каменной преграды собаки уже с шумом втягивали носами воздух.

— Попробуем-ка выпрямиться, — сказал Ерш. Это им удалось. Лужехмур повел за собой Юстаса, Юстас — Джил, которая, по правде сказать, предпочла бы находиться в середине, а не в конце. Шаря ногами и натыкаясь на камни, они продвигались в темноте, покуда Лужехмур не наткнулся на сплошную скалу. Затем они повернули направо. Дальше оказалось множество поворотов и изгибов. Джил перестала понимать, куда они идут, и уже не знала, где остался вход в пещеру.

— Еще вопрос, — звучал из темноты голос Лужехмура, — не лучше ли нам вернуться назад, если мы сможем найти дорогу, конечно, — и послужить добрым лакомством для великанов, чем плутать в утробе холма, где — десять шансов против одного — мы наткнемся на драконов, глубокие пропасти, вулканы, подземные реки и… ой! Берегитесь! Я…

Дальше все случилось чрезвычайно быстро. Раздался крик, послышался шум осыпающихся камней, и Джил почувствовала, что стремительно скользит вниз по каменистой осыпи, которая становилась все круче и круче. Даже если бы удалось встать, что толку? Ноги все равно безудержно скользили по щебню, увлекая за собой тело. Джил не стояла, а скорее лежала. И чем дальше они скользили, тем больше земли и камней вовлекалось в поток. Теперь они неслись с сумасшедшей скоростью, в полной уверенности, что у подножия спуска разобьются в лепешку.

Однако все непонятным образом уцелели. Конечно, Джил была вся в синяках и в чем-то липком, должно быть, в крови. Вокруг девочки и даже на ней лежало столько земли, сланца и гальки, что она не могла подняться. Темнота была такой, что не имело никакого значения, открыты глаза или закрыты. Стояла полная тишина. Наступил самый страшный миг в жизни Джил: она подумала, что осталась одна, что другие… и тут услыхала рядом какое-то движение. Наконец, все трое дрожащими голосами сообщили друг другу, что кости у них, кажется, целы.

— Нам уже никогда не залезть обратно, — сказал Ерш.

— А вы заметили, как тут тепло? — спросил Лужехмур. — Значит, мы очень глубоко. Километра полтора под землей.

Все промолчали. Чуть попозже Лужехмур добавил:

— Кремень и огниво потерялись.

После еще одной долгой паузы Джил сказала, что умирает от жажды. Никто ей не ответил. Делать было нечего.

И вдруг

прозвучал очень странный голос. Они сразу поняли, что он принадлежит не тому, кого они в глубине души больше всего надеялись услышать — не Аслану. Это был глухой, мрачный, я бы даже сказал, пугающий голос. Он произнес:

— Что привело вас в эти края, о жители Надземья?

Правда, из-за усталости их испуг в тот момент был не таким сильным.

Глава ДЕСЯТАЯ. ТАМ, ГДЕ НЕ СВЕТИТ СОЛНЦЕ

— Кто там? — закричали трое путешественников.

— Я Страж Подземья, и за мною стоит сотня вооруженных подземельцев, — послышалось в ответ. — Кто вы такие и зачем пожаловали в Королевство глубин?

— Мы случайно сюда упали, — довольно честно сказал Лужехмур.

— Многие падают, и мало кто возвращается к солнцу, — произнес голос. Готовьтесь проследовать со мной к королеве подземья.

— А что ей от нас нужно? — осторожно осведомился Ерш.

— Мне это неизвестно, — ответил голос. — Ее волю не оспаривают. Ей лишь подчиняются.

При этих словах раздался какой-то мягкий хлопок, и пещеру залил холодный серо-голубой свет. Всякая надежда на то, что слова о сотне вооруженных подземельцев были пустым хвастовством, мгновенно исчезла. Мигая, Джил глядела на странную толпу. В ней стояли существа всевозможных размеров — от крошечных гномов в полметра высотой до величественных фигур, что были крупнее любого человека. Они сжимали в руках трезубцы, были бледны и неподвижны словно статуи. Во всем остальном они сильно друг от друга отличались — одни были хвостатые, а другие — нет, одни носили бороды, а у других лица были круглые, огромные, словно тыквы. У жителей подземелья были разные носы: длинные и острые, мягкие, как хоботы, носы, похожие на увесистые груши. Кое у кого посередине лба торчал рог. Но у всех без исключения лица были невыразимо печальны, настолько печальны, что Джил при первом взгляде на них почти позабыла о своем страхе, и ей даже захотелось как-то приободрить подземельцев.

— Что ж, — Лужехмур потер руки, — именно этого мне и не хватало. Если эти парни не научат меня серьезно относиться к жизни, то уж не знаю, кому это удастся. Взгляните-ка на этого чудака с моржовыми усами, или на…

— Вставайте, — приказал начальник подземельцев.

Ничего не оставалось делать. Путники поднялись и взялись за руки. В такую минуту особенно хотелось держаться за руку друга. Со всех сторон шлепали своими ногами подземельцы — у кого было десять пальцев, у кого дюжина, а у кого и вовсе ни одного.

— Вперед! — приказал Страж, и они отправились в путь.

Холодный свет шел от огромного шара, насаженного на длинный шест, который нес впереди процессии самый высокий из гномов. При этом безрадостном свете они разглядели, что находятся в настоящей, а не искусственной пещере, среди шероховатых искривленных стен со множеством изгибов, складывающихся в причудливые фигуры. Каменная тропа спускалась все ниже. Джил больше других боялась темных подземелий, и ей было не по себе. А пещера, пока они шествовали, становилась все уже и ниже. Наконец, гном с фонарем посторонился и пропустил остальных существ, кроме самых маленьких, в узкую темную трещину, где они один за другим исчезли. Джил почувствовала себя совсем скверно.