Серебряная луна
Шрифт:
А потом неведомая сила смела О'Рейли с Мэри, освободила ее руки и ноги и ушла гулять смерчем по комнате. Девушка скатилась со стола, больно ударилась об пол, но даже не заметила этого и, скуля, поползла в угол. Ослепшая от слез, измученная, испуганная до смерти зверушка. Не человек.
Чьи-то руки подхватили ее, и она стала слепо отбиваться, из последних сил шлепая по воздуху и чему-то мягкому. С самой окраины сознания долетел до нее совершенно неуместный в данный момент голос, который она хорошо знала.
– Мэри,
Мэри, МЭРИ!!!
Потом ее голые и грязные плечи накрыл чей-то пиджак, и она подумала, что он наверняка синего цвета. А потом она узнала Ника Грейсона и едва не разрыдалась от счастья, но в этот момент Ник смешно ойкнул и сильно дернул ее в сторону.
Мимо них промчалось нечто крупное и воющее. Судя по голосу – Халк Хоггис. На громадной скорости он врезался в стену, развалил ее окончательно и исчез в клубах вонючей пыли.
И тогда Мэри поняла.
Конец света называется вовсе не Армагеддон Конец света носит имя "Билл Уиллингтон".
…Отскок. Атака. Пируэт, вольт. Прими удар и продолжи его. Плохо. Ты не паровой молот.
Сколько можно махать кулаками и не устать?
Ну пусть полчаса. Потом тебя сомнут. Еще раз.
Продолжи удар. Прими его на грудь, развернись в ту же сторону и проводи его до конца.
Поймай момент, когда он потеряет равновесие, и придай ему дополнительное ускорение.
Замечательно. Не останавливайся. Уходи в вольт.
Теперь обратный пируэт. Используй инерцию удара противника. Как бы он ни был силен – действие всегда равно противодействию. Сколько бы он ни отдал сил удару – ты всегда можешь вернуть ему столько же.
Пируэт. Мягче. Плохо. Ну и что, что лежит?
Он же моргает. А должен вырубиться. Еще раз.
Разминка окончена. К бою, господа офицеры.
Даю установку. Офицер Уиллингтон, на вас совершено нападение. Нападавших…, ну пусть будет пятеро. Отлично. Очень хорошо. Плохо, Билл, плохо…, держи удар! Хорошо. Очень хорошо.
На сегодня достаточно. Билл, можешь снять повязку с глаз…
Он перестал любить и ненавидеть, перестал чувствовать боль и блаженство, превратился в слух и зрение, а еще в ветер и силу. В огонь и водопад. В сухой лист и бешеного тигра.
Он танцевал со смертью, он это знал. Потому что смерть глядела на него из безумных зрачков подонков, осмелившихся прикоснуться к его женщине.
Он был спокоен и холоден. Они сделали свой выбор. Они должны умереть.
Билл Уиллингтон, краса, и гордость Особого отряда, боец от Бога, любимый ученик маленького, пожилого и желчного Джона Джу – уроженца Китая, тридцать лет проработавшего инструктором по рукопашному бою в криминальной полиции Лондона.
Он двигался четко и почти бесшумно. Все его движения были стремительны и экономичны, он был холоден и спокоен, и все же эффект, произведенный им, можно было сравнить только с бомбой, упавшей
Улетевший через стену Халк благоразумно выбыл из борьбы и торопливо – насколько позволяли травмы – улепетывал через болото.
Через четверть часа его брезгливо вытянет за шкирку из трясины Харли Уиллингтон.
Саймон Джонс дрался тяжеловесно и тупо – в точности так, каким и был он сам. У него не было ни малейшего шанса против Билла Уиллингтона, но зато не было и капли воображения, чтобы понять это.
Самым опасным был Сэм О'Рейли. Не в смысле мастерства. Просто он обезумел от ярости, алкоголя и жажды мести. Он кружил, не подходя близко к Биллу, не подпуская его к себе, отскакивая и уворачиваясь с неожиданной ловкостью, но сам только и ждал момента, чтобы броситься и вцепиться врагу прямо в горло. В рукаве Сэм прятал нож.
Саймон издал странный звук горлом – такой звук издает срубленное дерево за миг до того, как упасть, – и рухнул на пол, корчась и прижимая обе руки к промежности. Билл перелетел через него легким прыжком и ринулся на Сэма. У него все еще не было случая достать оружие, да, по правде сказать, он про оружие и забыл.
Он помнил только одно. Только одно стояло у него перед глазами.
Полуобнаженная, окровавленная Мэри кричит, выгибается в руках мерзавцев.
Они сами выбрали.
Билл обманул Сэма коротким пируэтом, взвился в воздух, в прыжке выбив нож, который заметил еще в первый миг боя. Опустился в мягком полуприсяде, тут же отпрыгнул от обмякшего и разом поскучневшего Сэма.
Уголком глаза уловил слишком знакомое, слишком привычное движение в полумраке сзади, и тут же в мозг ему вонзился вопль Мэри:
– Билл! Сзади!
Время замкнуло круг.
"Билл! Сзади!"
Хрупкая мальчишеская рука, неестественно вывернутая, измазанная кирпичной пылью пополам с кровью. Не правдоподобно большой пистолет рядом со скрюченными детскими пальцами.
"Простить я тебя не прощу, сынок, но и винить не стану. Ты просто выполнял свою работу"
Ты просто убил мальчишку.
Вэл Соммерс трясущимися руками притянул к себе дробовик. Его никто не видел, потому что никто на него и не смотрел. Этот чертов Уиллингтон скакал по комнате, словно бешеный, а Сэм рычал и кидался на него, словно цепной пес.
Вэлу было страшно, так страшно, как никогда в жизни. Зачем они послушались Сэма?
Зачем подожгли дом старого Харли? Да еще и докторшу украли… Верных две статьи, и никто не посмотрит, что Вэлу всего семнадцать! Пока дойдет до суда, восемнадцать будет…
Он взвел курки и прицелился. Дуло прыгало из стороны в сторону, но до Уиллингтона было рукой подать. Он не промахнется. А потом убьет их всех, и эту сучку, и зануду Грейсона, и всех, всех, кто посмеет тронуть его, Вэла. Он их всех убьет, и тогда никто ничего…