Серебряная доля

Чугунов Николай

Канцлер еле сдержался, чтобы не отбросить жирную липкую ладонь.

–  Мой долг - сообщать вам правду, Ваше Величество, - Алатай постарался придать голосу хоть какое- то подобие верноподданичества.

–  Да знаю я, - король, отхлебнув вина из бокала, развалился на троне.
– Но разве нельзя это сделать как-нибудь… поделикатнее, что ли? Бери пример с графа Аразгелде - с ним всегда интересно! А ты?
– король насупился.
– Налоги, пошлины, бюджет, расходы, расходы, расходы!
– Король в ярости швырнул кубок, и маркиз Поголти едва сумел увернуться от пяти фунтов литого

золота.
– Ты же знаешь, я запретил упоминать это слово.

–  Я во всем следую распоряжениям Вашего Величества, - напомнил канцлер.

–  Да, словоблуд ты изрядный, - король мрачно побарабанил пальцами по подлокотнику.
– А собутыльник никакой. Брысь с моих глаз - тут сейчас мужчины развлекаться будут!

***

–  Двери запереть, никого, кроме посыльных, не пускать, - канцлер с наслаждением опустился в мягкое кожаное кресло. Взгляд пробежался по стеллажам с книгами и документами, на миг задержался на паре натюрмортов на дальней стене, наконец возвратившись к идеально чистому столу.

–  Простокваши сюда.

Белая ледяная жидкость успокаивала, а жжение в желудке от переперченной куропатки постепенно стихало. Теперь можно подумать.

Итак, славный король Урса за последние полгода стал весьма строптив и непослушен. Он вдруг полюбил охоту, хотя раньше трясся от любого выстрела, на столе у него частенько появляются проекты указов, напрочь незнакомые канцлеру, а временами он вообще никого не пускает в свои покои. Кроме графа Аразгелде.

Алатай усмехнулся: вся конспирация не стоила даже ломаного фартинга - если заговорщики не придают значения деньгам. Граф, в силу его колоссального состояния, устойчивого даже к многодневным попойкам с многотысячными картежными долгами, как раз о деньгах не думал.

С одной стороны, благотворительность Аразгелде оказалась канцлеру весьма на руку - те же выезды Урсы на природу вставали казне в изрядную копеечку, а ныне за них рассчитывался граф. Но с другой стороны…

На стол шлепнулась пухлая папка. На первый взгляд, листы в ней были совершенно чистыми, но - только на первый взгляд. Алатай, воровато оглянувшись, приложил правую ладонь к столешнице, прошептал заклинание и надавил. Придержав отскочившую крышку тайника, канцлер извлек из углубления небольшую медную лупу, завернутую в фланель.

Уже пятое донесение заставило канцлера протяжно присвистнуть. В последнее время граф весьма успешно рассчитался со всеми своими долгами - даже умудрился прикупить небольшую крепостцу ближе к муроминской границе. Не просто прикупить - восстановить до боеспособного состояния. Алатай нахмурился - "древние охотничьи угодья" Аразгелде оказались совсем неподалеку, а канцлер не верил в подобные случайности.

Он вдруг вспомнил, как с пару недель назад король заявил ему: "Дорогой друг, ты слишком хорошо разбираешься, куда потратить деньги, но ни грана не понимаешь в экономии. Пойми: моя опора - старое, веками проверенное дворянство. Лучшие из лучших хотят защитить меня и королевство - притом, заметь, не прося ни фартинга!" Теперь понятно, кого именно имел в виду король. Значит, Урса собирается

сменить фаворита… Интересно, что же его останавливает?

***

–  Мой старый глупый друг, - король был уже слегка пьян, а потому - весел и добродушен.
– Тыже наверняка не в курсе: у наших соседей намечаются значительные перемены.

–  До меня доходили такие слухи, - осторожно заметил Алатай.

–  О!
– Урса довольно хлопнул ладонями по подлокотникам трона.
– Ведь можешь же, когда хочешь. Так вот, я решил: мой монарший долг - поддержать моего царственного брата в тяжкий час. Мы выступаем немедля. Думаю, сотня кавалергардов будут достаточным эскортом.

–  А… - ошарашенный канцлер едва отрыл рот, чтобы выяснить подробности, как король его тут же прервал.

–  Ты остаешься здесь. Старый друг - ты слишком стар и нелеп для этого похода.

Мне в дороге не нужен шут.

***

–  Рад приветствовать, - клок тьмы в углу кабинета рассеялся, и перед канцлером появилась высокая фигура, закутанная в шелковый узорчатый плащ.

"Эффектно", - согласился Алатай, с интересом рассматривая угольно-черные руны на шелке цвета воронова крыла.

–  А у вас неплохая реакция, - похвалил канцлера гость, осторожно отводя от своей груди ствол револьвера.
– Не беспокойтесь, я не причиню вам вреда. Наоборот, вы извлечете из нашей встречи огромную пользу.

–  Неужели?
– хмыкнул хозяин. Грубые шрамы на кистях визитера буквально кричали:

"Перед тобой некромант!".
– Как дела в Муромине?

–  Ни шатко, ни валко, - гость откинул назад капюшон. Против ожидания, на гладко выбритом черепе гостя виднелись только татуировки.
– Собственно, потому я прибыл.

***

–  Позволю себе откланяться. Приятно иметь с вами дело, - рукопожатие некроманта оказалось крепким, но сама рука - ледяной.

–  Передавайте мое почтение императору, регенту и Верховному некроманту.

Визитер отошел в дальний угол, бросил что-то перед собой на пол, тут же пропав в ярко-зеленой вспышке. Канцлер вытер холодный пот - хоть переговоры действительно оказались весьма полезными, он бы многое отдал, лишь бы не встречаться с некромантом еще раз.

Впрочем, это, скорее всего, невозможно - слишком высоки ставки в игре.

***

Факты постепенно сплетались в единую мозаику. Граф, действительно, полез в политику не от великого ума - похоже, его банально используют. Используют, чтобы оторвать Урсу от канцлера - а потом вертеть королем по своему усмотрению. Вот как сейчас - заразить его идеей "неотложной помощи брату- венценосцу" и отправить подальше. Или поближе?

Алатай хмыкнул - благо, своего короля он знал получше многих, отлично представляя его деструктивную мощь. Постоянные пьянки с утра до вечера,