Сердцеед
Шрифт:
Не дожидаясь ответа, он открыл дверцу и вышел на улицу. Не обращая внимания на ее протесты и вопросы, он закинул ее сумку в багажник.
Слоун потерла освободившиеся руки и осторожно взглянула на него. Она могла взять такси, но он полчаса добирался до аэропорта, чтобы встретить ее, а Йоркшир-Фоллз был в противоположной стороне от дома ее родителей, так что он специально приехал к ней. Чтобы повидаться.
И ей было так приятно увидеть его. Даже если все это подстроила Мэдлин. Но почему Чейз согласился на это? Чтобы узнать ответ
Их глаза встретились, и его взгляд сказал ей, что он чувствует то же, что и она. Стараясь действовать осторожно, она поежилась на своем сиденье и настроилась на нейтральный разговор.
— Как плечо? — спросил он, как только они выехали на шоссе.
Она откинула голову на спинку сиденья.
— Немного болит, но принимаю я только тайленол.
— Я рад.
Она не хотела говорить об этом и сменила тему:
— Я слышала, что Шарлотта родила.
— Девочка — прелесть. — Его улыбка была заразительной, он явно обожал эту малышку, и Слоун почувствовала укол ревности. Необычная реакция для человека, который не хочет иметь собственных детей. Снова и снова Слоун возвращалась к мыслям о тех причинах, по которым она не доверяла Чейзу и его словам, что он изменился.
Может, причина в том, что ее жизнь превратилась в хаос? Люди, которым она безоговорочно доверяла, Мэдлин и Майкл, предали ее.
Она повернулась к нему:
— Как чувствует себя Шарлотта?
— С каждым днем все лучше.
— Я надеялась, что ты мне позвонишь. — Слоун с трудом произнесла эти слова, зная, что после них разговор станет более эмоциональным, и одному Богу известно, к чему он их приведет.
Оставив одну руку на руле, вторую он положил на спинку сиденья позади нее.
— Не думал, что ты захочешь меня слышать.
Она вздохнула:
— Разве я говорила тебе что-то подобное?
— «Прощай, Чейз», слово в слово. Но я, как видишь, решил проигнорировать твои слова.
— Поверни на следующем съезде, — инструктировала она, вглядываясь в дорожные знаки.
Но он пропустил поворот, ведущий к дому ее родителей.
— Чейз?
— Я знаю, куда ехать. Доверься мне, дорогая. Можешь хоть на этот раз довериться мне без оглядки?
Она усмехнулась:
— Разве я когда-то не доверяла тебе? — Ее жизнь была в его руках, и он не подводил ее.
— А когда я сказал, что люблю тебя, а ты оттолкнула меня? — спросил он напрямик.
— Туше. — Слоун начала подозревать, что не он один спутал карты в их отношениях. Она посмотрела в окно, в темную ночь. — Чейз?
— Да?
— Я оттолкнула тебя, и ты думал, что я не хочу слышать о тебе, правда?
— Правда.
Джип подскочил на кочке, и она ударилась плечом. Слоун вздрогнула, но постаралась не обращать внимания на боль.
—
— Я хочу быть здесь. — Чейз повернулся к ней и тут же заметил, какой уставшей выглядит Слоун.
Она еще не вполне оправилась от ранения, уже через неделю после которого она приступила к работе; Несмотря на возражения Мэдлин. Именно поэтому он и похитил ее. Райна, может быть, и бросила сводничество, но Мэдлин была только счастлива помочь Чейзу найти короткий путь к сердцу падчерицы.
Чейз не мог понять реакцию Слоун на его слова. Она не повернулась к нему и молчала, пока он не припарковался у маленькой гостиницы.
— Где мы?
— Там, где ты сможешь отдохнуть. — Он обошел машину и открыл с ее стороны дверцу.
— Могу я выразить свое мнение?
— Если ты скажешь, что пойдешь со мной, то да. — Он указал на бывшую маслодельню, которую переделали в роскошную гостиницу.
— Очень смешно.
— А я не смеюсь. — Он вытащил из багажника ее сумку.
Так как он заранее заполнил регистрационные карточки, то сразу провел Слоун по узкой лестнице в тускло освещенную гостиную. Потрескивание дров в камине создавало нужную атмосферу. Интимную, но в то же время торжественную.
Она вошла и увидела обшитые деревянными панелями стены в стиле старого фермерского дома.
— Здесь очень хорошо.
Он помог ей снять куртку, осторожно, чтобы не повредить плечо.
— Мои родители приезжали сюда отдыхать после каждой годовщины.
Она повернулась к нему с широко раскрытыми глазами. Чейз надеялся, что смог удивить ее.
— Ты ведь не просто так привез меня сюда? — спросила она. — Мой отдых не в счет.
— Но тебе действительно нужно отдохнуть, — сказал он. — И я позабочусь об этом. — Он погладил ее по щеке.
От этого простого прикосновения у нее вырвался стон.
Он наклонился к ней, оказавшись лицом к лицу, рукой обнимая ее за шею.
— Я люблю тебя, я скучаю по тебе, я хочу, чтобы ты была частью моей жизни. И чтобы так было всегда, — хрипло произнес он.
Улыбка тронула ее губы.
— Говори.
— Ты была права, когда не поверила, что я готов взять на себя обязательства, — сказал он, объясняя то, что сам понял совсем недавно.
Она моргнула и широко распахнула глаза.
— Я никогда не хотела, чтобы ты оглядывался в прошлое и держал на меня обиду. — Она пожала здоровым плечом. — Лучше для меня было знать, что ты счастлив без меня, чем несчастлив со мной.
— Никогда, — проворчал он. — Мне так много нужно сказать тебе.
— Давай сядем. Я до сих пор чувствую слабость. Взглянув на ее бледное лицо, он согласился:
— Конечно, дорогая. — Чейз поднял ее на руки и опустил на кушетку напротив камина. Надежда возвращалась к нему, он прилег рядом. Он хотел видеть ее лицо, когда будет рассказывать о своем прошлом, настоящем, будущем и о том, как он пришел к пониманию.