Сердцеед
Шрифт:
— Ты сказал, тебе непросто объяснить, что происходит между тобой и Синди. Но уж поскольку мы вместе, не важно, надолго ли, мне все равно, что у тебя есть кто-то еще.
— С Синди все кончено. — Его голос прозвучал уверенно, это признание шокировало ее.
Она с трудом сглотнула.
— Почему? — спросила она, не открывая глаз.
— Я думал, что и так все ясно. — Он потянулся к ней и прикоснулся к ее губам.
В эту минуту в ее памяти ярко вспыхнули все моменты прошлой ночи, и она вновь подумала о том, что влюбилась
Их прервал телефонный звонок. Чейз со стоном схватил телефонную трубку с тумбочки у кровати:
— Чандлер.
Слоун ждала, звуки отдавались в ее голове так же глухо, как стук ее сердца, но уже по другим причинам. Она действительно влюбилась в Чандлера, человека, который не хотел заводить семью, не хотел строить будущее с какой-либо женщиной, потому что ему надоело быть ответственным за все. Он жил беспорядочной жизнью, и Слоун придется отпустить его.
— Мама в больнице? — Голос Чейза прервал ход ее мыслей.
Райна больна? Неужели опасения Слоун оправдались? Но ведь Рик и Чейз уверяли ее, что все это лишь уловка, игра, для того чтобы ее мальчики скорее устроили свою жизнь. Значит, это не так, и Слоун следовал о настоять на том, чтобы Чейз был внимателен с матерью.
— Я скоро буду, — сказал он, бросив трубку и повернувшись к Слоун. — Мне надо идти.
Она уже обо всем догадалась.
— Что случилось?
— У мамы появились сильные боли в груди посреди ночи, и она вызвала «скорую». — От этого известия в груди Чейза щемило. Райна позвонила ему первому, но он не взял трубку. Он был со Слоун.
А когда они вернулись домой, ему некогда было проверить автоответчик.
Семья всегда приходила на помощь в первую очередь, а что сейчас? Он стоял и искал свои брюки.
— Позволь мне пойти с тобой. — Слоун села прямо на кровати и тут же застонала, сжав голову руками. — Боже мой, опять эта барабанная дробь!
Лучше, если он отправится один, так он сможет сосредоточиться.
— Ты остаешься. Я позвоню и расскажу тебе обо всем, — пообещал он.
— Что случилось? Я думала, болезнь твоей матери была придумана?
— Так сказал Рик. Она позвонила ему, он был с ней всю ночь.
— Почему он не позвонил?
— Он звонил. — Чейз застегнул брюки и надел толстовку.
Она вздрогнула, поняв, что он имеет в виду.
— Извини.
— Не волнуйся. Ничего страшного, — солгал он.
Слишком много душевных эмоций отняла она у него, слишком много вызвала чувств. Самое время попридержать себя в узде. Он схватил ключи.
— Спи дальше. Я дам тебе знать, когда все прояснится.
Она кивнула. Если ее и задело то, что он сразу отстранился от нее, то не подала виду.
Он хотел обнять ее, но вместо этого махнул рукой на прощание и вышел.
Дверь захлопнулась за Чейзом, и вслед за этим послышался
Она знала братьев Чандлеров около недели, но этого времени оказалось достаточно, чтобы понять их семейный кодекс чести. Семья превыше всего. Всегда. А Чейз отказался от этого кодекса прошлой ночью. Он проигнорировал телефонный звонок, потому что был слишком занят со Слоун. И теперь он чувствует себя виноватым. Уж лучше ей подумать о своей собственной жизни и оставить в покое Чейза Чандлера и его семью.
Подобрав телефонную трубку, она позвонила своей мачехе. Мэдлин не была ранней пташкой, но, на удивление, ответила после первого же гудка:
— Слушаю.
— Привет, мам.
— Слоун, дорогая, слава Богу. — В ее голосе чувствовалось облегчение. — Мне так нужно было услышать твой голос.
Комок подступил к горлу Слоун от тоски по дому, которой она совсем не ожидала. Несмотря на обман, она все равно любила свою семью. Пока это была единственная правда, которую она поняла для себя в Йоркшир-Фоллзе.
— Со мной все в порядке, просто мне тоже надо было услышать твой голос. — К ее собственному удивлению, голос ее надломился, и она зарыдала.
— Ты нашла Самсона? — спросила Мэдлин. — Поэтому ты плачешь?
Слоун покачала головой, отвечая:
— Нет, я не нашла его. Он исчез после взрыва дома, но люди говорят, он странный, и такое поведение неудивительно. — Она вытерла слезы.
Она оставляла Мэдлин в неведении, хотела защитить ее, поэтому свела все объяснения к минимуму.
— Папа расстроился, когда я уехала? — Если Майкл Карлайл беспокоился о своей дочери, он мог послать кого-нибудь сюда, чтобы найти Самсона первым. Это могло объяснить появление человека, о котором говорил Эрл.
— Нет, он понимает, что ты должна это сделать.
Слоун прикусила нижнюю губу.
— А что с кампанией? Как она продвигается? Фрэнк и Роберт, должно быть, работают как сумасшедшие. Скоро они объявят о баллотировании папы в вице-президенты? — Слоун упомянула об этом в надежде, что Мэдлин случайно выдаст нужную ей информацию. В конце концов, Фрэнк был тем самым человеком, который угрожал Самсону. Он потеряет больше всех, после Майкла, если вся кампания сойдет с рельсов благодаря Самсону Хампфри.
— Фрэнк действительно проводит регулярные совещания, а вот Роберт уехал из города, — ответила Мэдлин.
— Он уехал из города прямо сейчас? В разгар кампании? — спросила Слоун, пытаясь изобразить удивление.
— Семейные обстоятельства. Всякое может быть, сама понимаешь, — вздохнула Мэдлин. Затем последовала длинная пауза, после чего Мэдлин неожиданно выпалила: — Ты не думала о том, что они могут искать Самсона? Они должны быть уверены, что он будет молчать.