Сердце Змея

Лаут Шана

А ещё он носит в ушах серьги. В левом - в виде маленького колечка из серебра, а в правом – в виде клыка из чёрного камня. Может, это какие-то символы в их военном деле?

Наг смотрел так пронизывающе и надменно, он будто давил своей энергией, показывая свою власть и силу. Да, прямо как вице-адмирал фантарийского флота, тот ещё кремень и доминатор. Стоило ему появиться в зоне видимости, как все замирали по стойке смирно, а его взгляда хватало, чтобы слабенькие рядовые в обмороки проваливались.

Тут та же ситуация. У меня холодные мурашки забегали по

спине. Но это не значит, что я не могу преодолеть этот змеиный барьер. Если подпрыгну достаточно высоко, чтобы меня нельзя было схватить хвостом, то смогу. Только это плохо скажется на их отношении ко мне. Сейчас я для них воспринимаюсь как угроза. Каждый из них, а особенно главный, видели меня в бою. Что же сделать? Киаш отдаляется с каждой минутой всё дальше. Хм, а что если…

Настроившись на браслет, я включила голосовую связь, чтобы меня мог слышать только он:

– Киаш, - позвала я малыша. Тот тут же отозвался тихим и удивлённым «Мира?».
– Я в конце.

И вновь тишина. Воины даже не дрогнули, когда я вышла из позы, в которой замерла, тормозя быстрый бег, и выпрямилась. А вот ряды колонны стали наполняться шумом, заставляя парочку из «стенки» обернуться. Я же из-за спины главного смогла разглядеть центр суматохи – Киаш, уворачиваясь от всех рук и хвостов, что пытались ему помешать, мчался в нашу сторону. Вслед за ним полз и ловил его тот самый наг-ворчун, он-то и заметил меня раньше других преследователей малыша, теперь сам останавливал их.

– Мира! Мира! – закричал и Киаш, наконец, увидевший меня, но на пути у него стояла «стенка» из воинов, которая точно не пропустит.

Всё же придётся прорываться самой. Поэтому, когда мальчишка был в двадцати метрах, резко присела, напрягла мышцы и дала скафандру команду «прыжка», тут же взлетев метров на двенадцать. Это было даже больше планируемого, от чего ноги слегка отдало болью напряжения, а тело закрутило в перевороте. Так что, пролетая над воинами, я оказалась вверх тормашками точно над их главой – он даже головы не поднял, как сделали его люди, - а приземлилась прямо перед Киашем, присев для лучшей амортизации на колени.

– Мира! – вновь выкрикнул он и кинулся меня обнимать. Ему даже доспехи не помеха. – Ты пришла! Я ждал! А они меня забрали, сказали, что ты не вернёшься! Но ты здесь! – лепетал малыш. Ну вот, и как бы я такого оставила? Даже встать теперь смогу только с ним на руках, ведь своим хвостиком меня за талию обнял.

Встала и повернулась ко всё ещё стоящему к нам спиной нагу со шрамом. Что это? Высшая степень доверия? Или уверенность в своих силах так велика? В любом случае, к нам уже спешила Старейшина с двумя мужчинами из её дома. Вместе с Шардом они приблизились к нам.

– Мира вернулась! – радостно сообщил им Киаш, гордо восседая на моих руках, но это не вызвало положительной реакции у них, только обеспокоенность. И беспокоила их реакция того главы, который, кажется, был ещё и самым главным в этом караване.

Мужчина же медленно развернулся. Совершенно не изменился ни в лице, ни в позе. В бою и то больше эмоций было,

что же сейчас не так? Неужели, это омертвление эмоций и чувства из-за долгой службы? Синдром Варгшурса* на лицо. Я многих повидала за этот год войны, чтобы выявлять это с ходу. И этот наг явно живёт от битвы к битве, где хоть немного кровь закипает, пробуждая хотя бы ярость и желание двигаться, сражаться, жить.

– Господин, - Старейшина чуть склонила голову, присев на хвост так, чтобы казаться меньше, - позвольте Мире присоединиться к нашему шествию. Это она спасла Киаша из его разрушенной деревни и привела к нам. И малыш очень привязан к ней, поэтом…позвольте.

О том, кто я, женщина умолчала. И на этом спасибо. А наг, он просто ещё раз придавил меня взглядом, холодящим всё изнутри, лишь качнул подбородком в знак согласия, а потом вместе со своими воинами уполз на своё место в замершей колонне. Нас с малышом остальные проводили в центр шествия, к телеге, на которой тот ехал до этого.

И так мы двигались несколько дней. Без происшествий, лишь по дороге забирали всех жителей из встречающихся нам деревушек. Многие новенькие странно косились в мою сторону, но, решив не лезть, быстро забывали или просто игнорировали.

У пятой деревушки мы вообще не остановились, не зачем. По оставшимся следам нападения, легко могла сказать, что оно произошло около двух суток назад. Воины стали куда усиленнее наблюдать за территорией и вести свой дозор. Благо к нам присоединился ещё один большой отряд на третьи сутки шествия.

Я же выпускала днём по два, а ночью по четыре дрона, круживших и сканирующих на предмет приближения чего-нибудь или кого-нибудь к нашим стоянкам или вообще к колонне. На животных дроны реагировали лишь тогда, когда они превышали размер средней земной собаки. Так что, приближение асуров к седьмому дню я не пропустила.

Оставив уснувшего после обеда Киаша на телеге и завернув его в ещё одно одеяло – ветер сегодня был очень холодным для него, - я спрыгнула сначала на землю, а потом быстро подбежала к краю колонны, где шли воины. Те лишь мельком взглянули на меня, но пройти не дали, покрепче взявшись за оружие. Пришлось снова перепрыгивать и бежать вверх по склону, закрывавшего нас от солнца весь этот день.

Естественно, моё движение и действия тут же были переданы Главному. Да, в прочем, он и сам видел со своего места мой бег по вершине скалы, когда я была уже близка к голове колонны. К тому же, вряд ли от него укрылись бы лазерные выстрелы куда-то по ту сторону. А ведь эти демоны успели подобраться едва незамеченными. Если бы не мои дроны, точно бы пострадало куда больше народу. А так, наги успели к тому моменту, когда четверть уже пала от выстрелов, а ещё десяток – от кинжалов.

Так что, бой надолго не затянулся. Думаю, к пробуждению малыша успею вернуться. Собирая трупы в кучи и поджигая их, мужчины что-то тихо шипели друг другу, косясь в мою сторону и на мою кучку. Особенно их внимание привлекло, как я по окончании бойни стала ухаживать на серьёзно ранившим хвост нагом.