Сердце ворона
Шрифт:
— Но вы не можете появиться перед гостями — перед его величеством! — в таком виде! — с ужасом воскликнула Элис.
— Отчего же?
— Этот наряд… он… такой открытый… — запинаясь, пробормотала девушка.
— Вот и отлично! Моя мать не перестает твердить мне, что я уже давно не дитя и должна вести себя как подобает. Что ж, начну с внешнего вида и оденусь сегодня как вполне взрослая женщина! Подай-ка мне шкатулку с украшениями, Элис!
Розанна выбрала и надела восемь золотых браслетов по два на каждое запястье и на предплечья у самых локтей. Она опоясала бедра кожаным ремнем с золотыми украшениями
Элис, трепеща от восторга и ужаса при виде госпожи, приблизилась к ней сзади, чтобы покрыть сетчатой вуалью ее роскошные волосы, но Розанна сделала протестующий жест и тряхнула головой.
— Я решила оставить волосы непокрытыми, Элис. Дайка мне лучше гребень и помоги хоть немного пригладить их!
Тут взгляд ее упал на ожерелье-ошейник, украшенное гранатами по рисунку ее матери. Леди Джоанна тщательно подбирала камни по величине и цвету, и когда Розанна застегнула ожерелье на своей тонкой, длинной шее, гранаты засверкали дивным, живым блеском, став похожими на драгоценные рубины редчайшего оттенка.
— М-м-м! Моя мать — настоящая художница, понимаешь? Представляю, как она разочарована во мне.
— О, Боже мой! Мне так страшно! У меня колени дрожат! — пожаловалась Элис.
Розанна взглянула в испуганные глаза девушки и, дружески обняв ее, от души рассмеялась.
— Не беспокойся, Элис! Ведь наказана буду я. Ты-то здесь ни при чем!
— Но вы выглядите точно… точно язычница, миледи, — сглотнув, прошептала служанка.
Розанна лучезарно улыбнулась.
— А может, я и есть язычница, Элис? Как знать!
Добродушный смех короля донесся до слуха Розанны, едва она приблизилась ко входу в главный зал замка. Миновав арку, отделявшую огромное помещение от длинного коридора со сводчатым потолком, она без труда отыскала глазами Эдуарда. Король был на голову выше всех собравшихся. Его золотисто-рыжие волосы блестели и переливались в ярком свете факелов и сотен свеч. Воины Кастэлмейна и придворные, прибывшие с Эдуардом, почтительно расступились, образовав широкий проход, по которому Розанна неторопливо и чинно двинулась к королю, занимавшему почетное место во главе стола. Во всех взорах, обращенных к ней, читалось восхищение ее редкой красотой.
При виде Розанны улыбка на лице Эдуарда стала еще шире. Он поднялся с высокого кресла и сделал шаг навстречу девушке. Когда она почтительно склонилась перед ним, бормоча: «Ваше величество!» — он порывисто схватил ее за запястья и нежно поцеловал ее тонкие руки.
— Мой Розовый Бутон! Я вижу, ты начала расцветать!
Розанна улыбнулась, зардевшись от счастья, и приняла кубок вина из рук подошедшего Невилла. Взглянув на отца, она заметила возле него стройного молодого человека.
— Джеффри! — радостно воскликнула девушка. — А я и не знала, что ты уже вернулся!
— Сэр Джеффри! — поправил ее король. — Во время своего пребывания в Ирландии ваш брат был произведен в рыцари моим братом!
Сэр Джеффри поклонился Эдуарду.
— Его величество милостиво позволили мне проделать путь из Лондона вместе со свитой.
Сияющие глаза Розанны обратились к Эдуарду.
— Вы привезли известие, которое обрадует мою мать больше всего на свете!
Джеффри был годом
Эдуард заговорщически подмигнул Розанне.
— Я привез тебе подарок, маленькая барышница!
Девушка перевела удивленный взгляд с короля на своего отца. Невиллу, похоже, не терпелось поделиться с до! черью радостной новостью.
— Лошадь? — с надеждой спросила она.
Эдуард кивнул. Его красивое, как у всех Плантагенетов, лицо вновь осветила улыбка.
— Чистокровный арабский скакун! Я буду с нетерпением ждать потомства от него, выведенного в ваших прославленных конюшнях!
В зал вошли музыканты со скрипками, флейтами, лютнями и цимбалами. Следом за ними к гостям вышла и сама хозяйка замка. Глядя на тонкую фигуру матери, на ее высокую грудь, Розанна с невольной гордостью подумала, что той никогда не дашь ее тридцати двух лет. Голову Джоанны увенчивала изящная сеточка из золотых и серебряных нитей с нанизанными на них жемчужинами, поднимавшая ее пышные волосы над лбом и висками. Сзади они струились широкой иссиня-черной волной, доходя ей до колен. В честь прибытия короля она была одета в нежно-голубой и темно-красный цвета — цвета Йорков. Из-под короткой багрово-красной накидки, украшенной золотой нитью, виднелся подол голубого атласного платья, рукава которого были также отделаны золотом.
Джоанна едва взглянула на дочь. Внимание ее было отдано королю, мужу и сыну. Но Розанна не могла не знать, что от взора матери не ускользнула ни одна самая мельчайшая деталь ее языческого одеяния. Девушка не без усилия отогнала от себя мысли о нагоняе, который ожидал ее за столь дерзкий поступок. Но ведь это будет потом, позже! А теперь ей следовало думать лишь о настоящем — о торжестве по случаю приезда царственного крестного и о его роскошном подарке.
Нынче вечером в огромный главный зал замка Кастэл-мейн набилось столько народу, что здесь впервые стало по-настоящему тесно. Вдоль стен выстроились воины замкового гарнизона, желавшие хоть издали взглянуть на своего короля, меж столов, ломившихся от яств, сновали юные пажи, оруженосцы и бесчисленные слуги.
Розанна неторопливо пробиралась к главному столу. В этот момент на ее плечо легла чья-то твердая рука. Девушка обернулась и увидела подле себя юного Джеффри. Рядом с ним стоял, застенчиво улыбаясь ей, молодой воин, при виде которого она едва сдержала вздох изумления и восторга. Голос Джеффри донесся до нее словно откуда-то издалека.
— Розанна, позволь представить тебе моего друга, сэра Брайана Фитцхью. Его произвели в рыцари в один день со мной.
Сэр Брайан смущенно переступил с ноги на ногу. На вид ему можно было дать лет семнадцать-восемнадцать. «Как он красив», — пронеслось в голове у Розанны. Она опустила взор, щеки ее зарделись. Сквозь пушистые ресницы девушка увидела, как юный рыцарь прижал руку к сердцу и учтиво поклонился ей, произнеся: