Сердце вне игры

Григ Кристин

— Нет, — сказал он откровенно. — разве вам не приятно, что на вас тратят деньги? Женщины это любят.

Сара отвернулась и стала глядеть в боковое стекло.

— Считайте это деловыми расходами. Моя жена должна быть красивой и элегантной. Люди, ведущие со мной дела, ждут именно этого.

Сара закрыла глаза и прижалась виском к прохладному стеклу.

— Удивительно все-таки, что вы выбрали именно меня, — вздохнула она.

— Я не в настроении расточать комплименты, — сказал он с резким смешком.

— А я и не напрашиваюсь.

Ваш интерес для меня загадка, только и всего.

— Не такая уж загадка. Гормоны! «Будь он в хорошем настроении, — подумала Сара, — он бы хоть улыбнулся». Щеки ее горели.

Хорошо, что уже смеркалось.

— Для этого необязательно жениться. — Она чувствовала себя загнанной в тупик. — То есть… я уверена… у вас хватало возможностей…

— Дать волю гормонам? — весело подсказал Грант. — Ну, разумеется. Ведь мне уже тридцать шесть лет.

— Тогда зачем же…

— Я вам сказал: мне нужна жена. Вы моя прекрасная принцесса в не менее прекрасном замке.

— Ах, вот как!

Разочарование, прозвучавшее в ее голосе, рассмешило его.

— Да, так. Я романтик, можете жаловаться. Она прикусила губу, чтобы не рассмеяться. Никаких контактов с противником!

— В этой вашей квартире — там не одна спальня?

Он, казалось, силился вспомнить.

— Пять.

Нарочитая пауза вызвала у нее раздражение.

— Вы предоставите мне отдельную спальню, иначе я буду ночевать у друзей.

— Разумеется. Свадьба через месяц. Он резко переключил скорость.

Сара была довольна своей победой. Может быть, не так уж он и ужасен…

Да, Келлум Грант собирается заставить ее работать. И незамедлительно. Это стало ясно вечером, на представлении Королевского балета «Ромео и Джульетта», когда они встретились с пожилой четой Джонсов. Кел и сэр Виктор, мрачноватый северянин, получивший дворянство за деловые заслуги, тотчас удалились.

Хелен Джонсон кивнула на закрывшуюся за ними дверь ложи:

— Привыкайте, дорогая. Виктор и Кел одного поля ягода.

Видимо, она была права. Сара не искала общества Гранта, но то, что он внезапно потерял к ней всякий интерес, оскорбило ее. Он буквально похитил ее, но, оказывается, не для того, чтобы побыть наедине, к чему она вовсе не стремилась, но чтобы она развлекала жену сэра Виктора, пока они занимаются делами.

Мужчины присоединились к ним в антракте. Они пили охлажденное белое вино, и Кел рассказывал об Америке, отвечая на вопросы Хелен Джонсон. Он говорил, слегка поглаживая обнаженное плечо Сары. Конечно, упаковывала вещи миссис Пейджет, но вечернее платье черного бархата с очень узкими бретельками вряд ли было ее выбором.

— Вы совсем не собираетесь смотреть спектакль? — почти жалобно спросила Сара.

— Соскучилась? — Он поправил выбившуюся из ее прически серебристую прядь. Темные глаза скользнули по классической красоте профиля, хрупкой линии шеи. — Хорошо, когда волосы зачесаны наверх. Очень

идет.

— По-моему, вы грубиян, — сказала она тихо, когда Джонсов отвлекли подошедшие друзья.

— Да, пожалуй. — Он кивнул в знак того, что согласен с нею. — Что вам нужно, любовь моя, так это деньги, а не бедный, но благородный рыцарь. Запомните это.

Она решила не обращать на него внимание, но он дотронулся до мягких завитков у нее на затылке.

— Кел! — запротестовала она, чувствуя крайнюю неловкость.

Пальцы его пробежали по глубокому вырезу на спине.

— Как вас легко шокировать. В низком голосе слышались ласкающие нотки, она чувствовала его дыхание.

— Не люблю балет. Это еще один мой недостаток?

— Вам ведь безразлично, что я думаю. К чему эта комедия?

Он увидел в голубых глазах боль и сразу же стал серьезным. К удивлению Сары, он молча пошел за ней в ложу. Сэр Виктор, потеряв собеседника, тоже присоединился к ним.

После спектакля съездили поужинать, и в квартиру Кела попали уже за полночь.

«Современно, но со вкусом», — осматриваясь, подумала Сара, привыкшая к традиционной обстановке Сент Клера. Коричневатые, золотистые тона, несколько ярких пятен — в этом было нечто сочное, земное, национальное даже, без указания на определенную культуру.

Ей хотелось задать ему тысячу вопросов, хотя раньше почему-то не приходило в голову спросить, чем он, собственно, занимается. Судя по его беседе с сэром Виктором, основным его делом была информация. А каково его происхождение, интересно? Откуда этот латинский колорит? Где он рос? Есть ли у него семья? Слова готовы были сорваться с губ, но Кел, прикоснувшись к ним легким поцелуем, подтолкнул Сару к двери спальни.

— Вы совсем выдохлись. Ложитесь спать. Завтрак я приготовлю.

Сара помедлила и, обернувшись, увидела, что он взял свой портфель.

— Вы будете работать? Почему-то это ей не понравилось.

— Есть возражения? — Он взглянул на нее с любопытством.

— Вы когда-нибудь спите?

— Сплю. — Он ослабил галстук, расстегнул верхнюю пуговицу рубашки. Снова этот дерзкий, хорошо знакомый ей взгляд. — Но если у вас со сном проблемы…

— Спокойной ночи. — Она быстро ретировалась, даже несколько неуклюже от охватившей ее паники. Но прежде чем она успела закрыть дверь, в проеме мелькнула белозубая улыбка.

— Сара, вам цены нет! И дверь захлопнулась.

Беспокойно задвигавшись, Сара открыла глаза и стала напряженно вглядываться в темноту. Где она? Выбравшись из постели, нащупала выключатель. Свет ослепил ее. Медленно исчезло чувство потерянности и одиночества. Она вспомнила: она в квартире у Кела. Инстинктивно потянулась к нему: его присутствие должно успокоить. Трудно понять почему.

— Сара? — Кел вышел из кабинета, услышав ее шаги. Устало потирая грудь, он с интересом разглядывал ее пеньюар из светло-зеленого атласа.