Сердце Ведьмы
Шрифт:
Твою ж… Вселенную!
— Ты будешь жалеть об этом уже к утру, моя маленькая ведьмочка, — в его голосе сочилась горечь, — это моя кровь сейчас говорит в тебе. Не хочу, чтобы ты ненавидела меня потом, за то, что я воспользуюсь этим моментом.
— Но я…, — хотела возразить и объяснить ему, что я желала этого ещё до того, как попробовала его кровь, но он остановил, указательным пальцем прикрывая мои губы.
— Не надо, Ева, — тут же отдёрнул руку обратно, очевидно вспомнив про то, что должен держать дистанцию. — Молчи. Пожалуйста. Я уже давал тебе свою кровь — когда это происходит в первый
И тут меня осенило! Рана, оставленная оборотнем на моём животе, была реальна. Артур давал мне свою кровь, пусть я и не помню, как это было, и поэтому её не стало. Так вот почему он ждал меня утром около подъезда! Вот почему пробыл со мной целый день и отвёз к родителям. Просто он опасался, что в случае нового покушения, его кровь вернёт меня к жизни… в качестве, такого как он, только не живого.
И стало так обидно. Меня обижали и раньше, но эта обида была намного ярче и сильнее, чем все вместе взятые. Меня словно предали. Отобрали надежды и мечты. Забрали моё право желать что-либо. Сердце пропустило удар. Воздуха стало не хватать снова. Катастрофически не хватать. Я словно задыхалась.
Нет, я на самом деле задыхалась!
Хватая ртом воздух, который почему-то не поступал в лёгкие, почувствовала, как сердце начало колоть. Резкая, сильная, жуткая в своей сущности боль пронзила всё тело, сковывая судорогой.
Создатель! Что это?!
— Твою мать…, — не сдержался Артур, вероятно, в отличие от меня, догадываясь, что со мной происходит. Подхватил меня на руки и усадил к себе на колени. — Ева!
Я слышала его требовательный тон, призывающий меня вернуться в реальность, но всё равно не могла. Боль уже разрослась, закручивая свои волны в целое инферно, словно рождённое, чтобы поглотить мою душу, вырвать моё сердце, забрать мой разум. Чтобы изменить меня навсегда. Агония, растущая в моём теле, становилась всё невыносимее — ещё немного и я потеряю сознание, больше не в силах терпеть.
И, когда я уже была готова сдаться, закрывая глаза, ледяные мужские губы впились в мои. Доминируя, доказывая своё преимущество, преобладая и вознося, с силой требуя ответного поцелуя. И это было так бездушно в своей жадности, так мертвенно в своей нескончаемости, так бессердечно в своей неистовости. Словно северный ветер забрался он в мою голову, выметая оттуда всю боль и отчаяние. И я почувствовала, как моя душа словно парит в высоте. А его губы продолжали ласкать меня, оставляя на коже не остывающие следы чего-то большего, чем просто страсть или желание обладать.
— Ева, — хрипло простонал Артур, отрываясь от моих губ — Прости меня, Ева. Прости, — шептал он тихо — тихо, прижимая к своей груди.
Он гладил мои волосы, целовал в лоб, снова прижимал к себе, крепко сдавливая в своих объятиях, снова шептал что-то уже на мёртвом языке, и снова целовал мои губы, не выпуская меня со своих колен до рассвета. А когда я начала засыпать у него на руках, ещё долго сидел, бережно придерживая мою голову, и даже сквозь сон я чувствовала его взгляд, пристально смотрящий лишь
Глава 5
Будильник в смартфоне, рассчитанный на подъем к лекциям, заливался вовсю. С трудом открыла глаза. Признаков простуды больше не было. Более того, я чувствовала себя просто великолепно. Улыбнулась, дотронувшись до своих губ — казалось, они до сих пор хранили след вчерашних поцелуев Артура. Приподнялась и села, оглядываясь. Покрывало с левой стороны было примято — значит, он спал рядом. Полёт по осуществляющимся мечтам бессовестно прервал повторный сигнал будильника, напоминающий о том, что уже давно пора вернуться в реальность и пойти на учёбу.
Контрастный душ, немного косметики и осталось только выбрать, чтобы надеть. Открыла одну коробку, вторую — здесь было собрано всё, что у меня было из вещей, даже обувь, но только не одежда. Странно, я же ещё вчера переодевалась в своё. И кажется, коробок по количеству стало меньше. Подошла к шкафу, открыла его — он был полон. Только вот вещи совсем не мои, пусть и новые, да и подходили мне по размеру.
Помучилась пару секунд и от безысходности всё же выбрала себе комплект из тёплых широких брюк и рубашки классического стиля тёмно — синего цвета. Строгое серое пальто также нашлось рядом. Едва я успела застегнуть последнюю пуговицу, как дверь открылась, и на пороге появился молодой вампир, с которым я уже успела познакомиться накануне даже дважды.
— Доброе утро, Ева, — поздоровался Ричи.
— Доброе, а где Арт? — поинтересовалась в ответ, складывая чуть не забытые канцелярские принадлежности в сумку.
— Его князь вызвал. Я тебя отвезу вместо него, — пояснил вампир.
Он добродушно улыбался во всю ширину рта, выказывая готовность к сопровождению моей персоны. От вчерашнего смущения не осталось и следа.
Пока Ричи вёз меня до университета, успела прочитать семнадцать сообщений от Ангелины, начинающихся с безобидных 'Где ты?', 'Я беспокоюсь, позвони' и заканчивающихся прямыми угрозами к состоянию моего физического благополучия.
Спустя полчаса я прибыла на место встречи с разгневанной Ангелиной, жаждущей удостовериться, для начала, что со мной всё в порядке, а затем придушить.
— Ева!
Подруга, ожидавшая моего появления у входа в центральный корпус, крепко сжала в объятиях.
— Я так переживала. Могла бы хоть пару слов черкнуть! — негодовала она. — Я возвращаюсь домой — тебя нет, твоих вещей нет. Даже записки не оставила! И что я должна думать?
— Да что со мной будет, — пробормотала в ответ. — Привет.
Ласково улыбнулась, чтобы хоть немного смягчить разгневанную ведьму.
— Что за прикид? — спросила подошедшая Мария. — Ты что, уже диплом получила и на работу вышла?
Недавно инициированная ведьма скептически покосилась на классику серо — синей расцветки, как доказательство своего отрицательного отношения к моему новому образу.
— А тебе бы только посплетничать, — огрызнулась Ангелина в ответ, хватая меня за руку в знак поддержки. — Довольно миленько вообще-то.
Девушка чуть нахмурила брови, прикусив нижнюю губу. Вот сейчас она явно представила себе что-то из ряда вон выходящее. Боюсь даже думать что именно.