Сердце Тьмы
Шрифт:
— Разумеется, это может быть и женщина, — сказал в задумчивости Роберт. — Ира, припомни, о чем именно лепетала маркиза в перерывах между панегириками кошкам. Мне кажется, она упоминала что-то о странном посетителе, который предлагал перекупить у нее коллекцию покойного мужа.
— Похоже, ты прав, — произнесла Ирина. — Да, определенно, она говорила об этом, но маркиза из тех личностей, которые перескакивают с темы на тему, даже не закончив начатой фразы…
Ирина закрыла глаза и задумалась. Точно, они тогда были в гостиной, маркиза, воспевая кошек, их преданность и чистоплотность, пожаловалась
— Кто-то пытался сначала приобрести у нее статуэтку вполне легальным путем, — сказал Роберт. — А поняв, что маркиза не хочет ее продать, попросту украл раритет. В дом, несмотря на то, что там царит настоящий разгром, проникнуть не так-то легко. Ты ведь заметила, что маркиза воюет с соседями и отгородилась от них высоченными стенами и воротами с камерами слежения. Впрочем, если это тот самый молодчик, который проник в особняк Лаймы, то он наверняка в состоянии справиться с такими преградами. И все же…
Он схватил со стола тонкую папку и принялся листать ее. Подумал и сказал:
— Мне нужно как можно скорее поговорить с прислугой маркизы. У нее служат горничная Джейн и кухарка Соня. Горничной девятнадцать лет, она девчонка из соседней деревни, кухарке почти шестьдесят, у нее пятеро детей и восемь внуков. Кто-то из них может знать что-то о пропаже статуэтки. И я думаю, лучше всего побеседовать с малышкой Джейн. Но вначале необходимо снова пообщаться с маркизой.
— И что ты намерен ей сказать? — произнесла Ирина. — И почему эта статуэтка так важна для тебя, Роберт? В чем, наконец, дело?
Он не ответил, словно не слышал ее вопроса. Роберт хотел возвратиться к поместью маркизы тотчас, несмотря на то, что уже темнело. Ирина попросила его подождать до утра.
— В любом случае тот, кто умыкнул статуэтку, уже далеко. И нечего торопиться, — сказала она.
— Ты меня убедила, — ответил Роберт. — Но ведь ты мне поможешь?
И КОШКИ БЫВАЮТ ОПАСНЫ
(окончание)
Следующим днем они снова были в особняке Марии-Каролины. Маркиза Блумсбери не выказала ни малейшего удивления, увидев милую ведущую и оператора.
— Госпожа маркиза, — сказала Ирина, — мы прошлый раз забыли задать несколько важных вопросов, а именно о коллекции вашего мужа.
— О какой коллекции? — спросила маркиза. — Ах да, Эдвард собирал эти ужасные статуэтки, какой страх они на меня нагоняют, но он был от них в диком восторге… А я думала, что вы вернулись, чтобы заснять моих кошечек…
Ирине стоило больших усилий направить разговор в нужное русло. На подмогу подоспел Роберт. Он говорил по-английски без малейшего акцента, словно это был его родной язык.
— Маркиза, скажите, кто именно хотел купить у вас статуэтку Халхитуатля? Что это за человек?
— Статуэтку кого? Ах, вы имеете в виду этого страшного двурогого чудовища… нет, двухголового. Некий иностранец, кажется, из Албании. Он ошивался около моего особняка, и я сначала думала, что это частный детектив, которого наняли жители деревни, чтобы затеять новый иск против меня. Ну Гризельда, вы только взгляните
Маркиза подхватила на руки любимую кошку, и добиться от нее чего-либо вразумительного стало совершенно невозможно. Ирина заметила: горничная Джейн, которая приносила по приказанию хозяйки попахивающие кошачьей едой коктейли, замерла на пороге террасы и делала вид, что усиленно протирает покрытого патиной бронзового медведя, стоявшего на мраморной подставке. На самом же деле девушка явно подслушивала их разговор. И лицо у Джейн было испуганное. Она даже едва не опрокинула статую, когда маркиза заговорила о бородатом типе. Ирина сообщила об этом Роберту.
— Я тоже заметил, — сказал он. — Джейн явно что-то знает, но что именно?
Ирина решила побеседовать с девушкой, она пошла на кухню, где застала Джейн в состоянии необычайного волнения. Горничная возюкала тряпкой, которую смачивала в грязном ведерке, по большой газовой плите.
— Я ничего не знаю, — сказала она сразу же, едва Ирина показалась на пороге кухни. — И вообще оставьте меня в покое!
— Я вовсе не хотела вас тревожить, — произнесла спокойно Татищева. — Маркиза просила вас подойти к ней.
Девушка, вытерев руки о длинную юбку, проскользнула мимо Ирины. Да, Джейн что-то явно знает. И чего-то опасается.
— Я тоже такого мнения, — подтвердил мысли Ирины Роберт. — Девчонка живет неподалеку, ее рабочий день заканчивается в семь тридцать вечера, вот мы с ней и побеседуем!
Они терпеливо дождались окончания рабочего дня Джейн, сидя в автомобиле, который был припаркован около длинного забора вокруг поместья Блумсбери. Девушка появилась на пять минут раньше окончания трудового дня. Ее нельзя было узнать — вместо смешного облачения горничной, на ношении которого настаивала маркиза, на девице были облегающие джинсы и майка, через плечо болталась сумка с бахромой. Джейн заспешила по дороге к видневшимся невдалеке домам соседней деревушки.
Роберт медленно поехал за ней. Девушка несколько раз обернулась и явно заметила, что машина преследует ее, а под конец даже ускорила шаг. Они въехали на территорию деревушки. Джейн подбежала к двери одного из коттеджей, открыла дверь и исчезла за ней.
— Здесь она и обитает, — сказал Роберт. — Я уверен, она нам многое расскажет. Но если просить ее, то она будет отнекиваться и настаивать на том, что ни о чем не знает. Предложить ей денег? Нет, попробуем другой способ.
Он решительным шагом двинулся к коттеджу, в котором жила Джейн. Настойчиво и долго звонил. Дверь распахнулась, на пороге возникла высокая и полная особа, которая походила лицом на Джейн. Видимо, это была ее матушка.
— Вам чего? — спросила она с подозрением. — Если Джейн, то учтите, она никуда не выйдет. Ни сегодня, ни когда-либо еще.
— Я Роберт Джонсон, отдел Скотленд-Ярда по хищению предметов искусства, — громко и весомо отчеканил он. Затем, кивнув в сторону Ирины, сказал: — Моя коллега Ирэн Рейли. Вы хотим побеседовать с вашей дочерью.
Мамаша Джейн, услышав слова «Скотленд-Ярд» и «отдел по хищению предметов искусства», всплеснула руками и сказала внезапно осипшим голосом:
— Боже мой, что еще натворила эта дурочка? Проходите, прошу вас, проходите!