Сердце Светоча
Шрифт:
Едва он спрыгнул на землю, как автобус рванул, резво набирая скорость.
– Вот то, о чем я говорил! – Крендин сплюнул на асфальт. – Те люди явно знают это слово! И, чтобы не подчиняться, смотри, как быстро сбежали!
Не слушая бредни гнома, Велия огляделся. Вокруг раскинулось цветущее поле, упирающееся в темную границу леса, за которым вдалеке высились скалы. А еще дальше белели снежные вершины гор.
– И чего мы здесь выперлись? – Крендин мрачно оглядел окружающий их пейзаж. – Лучше доехали
– Точнее, с запашком! Ветерка я в той повозке не заметил! – Придерживая рюкзак, Велия уверенно зашагал по дороге назад.
– Слышь, пацан, а ты точно знаешь, куда идти? – Крендин подхватил мешок и зашагал следом. – Ну ты уверен, что точно знаешь, где живет твой колдун? Если что, спешу заметить: тут жилищами и не пахнет!
– А ты думаешь, что колдуны, словно базарные шарлатаны, сидят в уютной лавке, а их зазывалы отрабатывают полученные рубни [3] ?
– Что? Что они там отрабатывают? – Крендин в два шага догнал его и, не сводя глаз, пошел рядом.
3
Валюта Людского Княжества.
– Кто? – Велия, уверенно шагая вперед, едва скользнул по нему взглядом.
– Ну эти… шарлатаны.
– Где?
– Блин! Да в уютной лавке!
– Упражнение. На соображение.
– Упражнение?! – Крендин даже остановился. – Блин! Ни хрена не понял!
– Не бери в голову! – Велия, не останавливаясь, обернулся и усмехнулся, разглядывая озадаченное лицо друга. – Солнечный удар еще можно вылечить, а вот вывих мозга – вряд ли!
– Ты, людик, того, не зарывайся! – Гном, обиженно пыхтя, зашагал следом. – Я маленьких не бью, но через ремень уважение к старшим привить смогу!
Тихо посмеиваясь, Велия прошел еще несколько метров по асфальтированной, пышущей жаром дороге и остановился рядом с прячущейся в траве тропинкой.
– Нам сюда. – Ничего не объясняя Крендину, он сошел с трассы и зашагал в лес.
Первый поворот, предсказанный дедулей, мы ждали минут тридцать, вися на поручнях в позе мартышек. И вот наконец, когда трясущийся в пароксизме старенький автобус, скрипнув всем чем можно, тяжело повернул, мы, не сговариваясь, завопили:
– Остановите!
– Высадите нас тут!
Водитель резко надавил на тормоз, едва не впечатав нас в лобовое стекло.
– И чего бы я так орал! – В треснувшем зеркале отразились его более чем недобрые глаза.
Он дернул за рычаг, дверцы, скрипнув, сложились гармошкой, и мы, выпихнув сумки, радостно вывалились в придорожную пыль. Пыхнув на нас облаком гари, автобус резво покатил дальше.
– Епрст! – прокомментировала Светка открывшуюся нам картину. – Интересно, куда
С обеих сторон нас окружал лес: не мрачный бурелом, а светлый, сияющий, насквозь пронизанный солнечными лучами. Кое-где пестрели цветами проплешины полян, а на темно-серой дороге постепенно превращался в точку автобус.
– Да уж! – Меня тоже не вдохновила увиденная картина. – И куда теперь?
– Пойдем туда! – Светка кивнула на перекресток. – Кажется, дед говорил, от поворота вернуться и пойти по старой дороге.
Матерясь сквозь зубы, мы закинули на плечи неподъемные сумки и поплелись назад.
Вскоре мы действительно увидели неширокую и даже кое-где асфальтированную дорогу, убегающую куда-то сквозь расступившийся лес. На перекрестке стоял знак. Стрелка вправо указывала на Барнаул, стрелка прямо – на Горно-Алтайск, а под стрелкой влево имелся небольшой перечень названий, среди которых был и Ак-Джарат.
– Ну теперь не заблудимся! – Я с наслаждением скинула сумку, подумала и стала ее расстегивать.
– Тань, ты чего?
– Да вот хочу выкинуть все лишнее. Припасы, конечно, не помешают, но тащить и мешок и сумку – так и до грыжи недалеко!
Едва я расстегнула замок, как первым делом в придорожную пыль посыпались яблоки, затем я выудила банок пять с огурцами, три с салатами и две с вареньем. Следующим, с чем я распрощалась без сожаления, оказался здоровенный кусок не то масла, не то жира.
В общем, после досмотра я с чистой совестью сунула к себе в мешок пару колец домашней колбасы и бутылку молока. Светка, тоже подвергнув досмотру сумку, переложила к себе в мешок яблоки, небольшую головку сыра и килограмма три пирожков.
Выставив рядком вдоль дороги банки с заготовками, мы положили на них сало-масло и с облегчением вздохнули.
– Н-да! – Я оглядела это изобилие. – Это ж надо было нас так собрать!
– Ну так! Студенты – люди голодные! – усмехнулась Светка. – Прям душа болит оставлять все это!
– Свет, глянь! – Я махнула рукой, указывая на дорогу. Со стороны деревни ехала машина. – Вдруг в нашу сторону?
– Хм! – Подруга прищурилась и решительно подошла к дороге. Вытянув руку, она замерла в ожидании.
Некогда зеленый, а теперь украшенный ржавыми пятнами жигуленок вначале, словно не заметив голосующую Светку, лихо повернул, но, проехав по трассе несколько метров, затормозил и, дав задний ход, поравнялся с нами.
– Чем торгуете? – Из открытого окна высунулась женщина лет сорока.
Мы со Светкой переглянулись и в один голос выпалили:
– Да так, всем помаленьку!
– Ага, недорого!
– А соленья? Свежие? – Не слушая недовольное ворчание сидевшего за рулем спутника, наша неожиданная покупательница выбралась из машины и зашагала к нам.