Сердце с глушителем
Шрифт:
– То есть как? – не понял Берендеев. – Дома была. А чем конкретно занималась, кто ж ее знает? Со Светланой, наверное, пьянствовала или в одиночку. Может, по кафе мотались. Ночами наверняка рыдала в подушку, убеждая себя, что сходит с ума от ревности к Алевтине.
– А как она вообще относилась к Алевтине? – уточнила Лариса.
– Да как! Плохо. Она же считала, что Алевтина якобы «увела» у нее Виталия. Нет, это вот можно до такого бреда дойти? – снова начал заводиться Берендеев. – Ну, отзывалась об Алевтине она, конечно, всегда крайне негативно. Я уж благодарю бога, что на поминках никакого безобразия не выкинула, иначе стыда не
Павел Николаевич в отчаянии махнул рукой и, опустив глаза долу, замолчал.
– А когда вы приехали из Покровска, она была дома?
– Не было ее, вернулась за полночь уже. Пьяная. Говорит, у Светланы была, а там не знаю и знать не хочу.
– Ну что ж, – Лариса стала прощаться. – Извините, что отняла у вас столько времени.
– Жене спасибо, – усмехнулся Берендеев, закрывая за Ларисой дверь.
Глава 5
– Да ты что, с ума сошел? – неожиданно вспылил Иржи. – На фига тебе нужна эта дурацкая Россия? Есть же предложение из Германии!
Он смотрел на Карела непонимающе, почти зло, как будто это касалось лично его, Иржи. Словно это ему поступило предложение от второразрядного, но все-таки немецкого клуба.
– Российский чемпионат тоже в своем роде сильный, – упрямо возразил Карел. – К тому же они берут меня в основу.
– Понятное дело, – оборвал его Иржи. – За такие гроши грех не попользоваться тобой. Небось они сами охренели от счастья, когда ты на них вышел.
– Зато мне не нужно переплачивать агенту. Контракт заключался напрямую, безо всяких посредников.
– И сколько тебе там предлагают? – все так же, на повышенных тонах, но чуть менее агрессивно, спросил Иржи.
После того как Карел назвал сумму, Иржи обреченно махнул рукой.
– Слушай, у тебя, по-моему, проблемы с головой, – тихо сказал он.
– С головой как раз проблем нет, – возразил Карел. – Как ты знаешь, именно головой я чаще всего и забиваю.
– С моей подачи, – добавил Иржи.
Ему, полузащитнику футбольной команды из Кладно, было совершенно непонятно, почему его старый приятель и постоянный партнер по клубу, нападающий Карел Немец, отказывается от германского контракта и едет играть в Россию. Команда «Авангард» из волжского города Тарасова только в прошлом году вышла в высшую лигу российского чемпионата и готова была платить чешскому легионеру в полтора раза меньше, чем немцы. И тем не менее Карел едет в Россию.
Иржи ценил Карела как футболиста, они играли в связке, и когда немцы решили перекупить Карела, Иржи втайне надеялся, что через год, когда тот закрепится в основном составе немецкой команды, сумеет уговорить тамошних тренеров закупить в пару к нему еще и Иржи. А тут его друг выкидывает такой фортель. Ехать вместе с Карелом в Россию Иржи считал полнейшим идиотизмом. Но Карел твердо стоял на своем. Иржи подозревал, что его приятель что-то недоговаривает, что у него есть еще какие-то причины, чтобы играть именно в этом захолустном, по европейским понятиям, футбольном клубе за тысячу километров от родной Чехии. Но как он ни старался понять Карела, так и не смог.
– Там, в принципе, неплохие ребята, – твердил Карел. – Ну и что, если они русские. Неплохо играют, я же тренировался вместе с ними два раза, когда тренеры меня смотрели.
– Ну и черт с тобой! – выкрикнул Иржи. – Езжай! Только если там тебе не понравится, наши вряд ли тебя возьмут назад. Они злятся на то, что ты поломал
– А мне плевать на них, – вдруг обозлился Карел. – Все стараются себе выгадать. Кофе будешь?
Иржи нахмурился.
– Лучше пива, – после небольшой паузы сказал он.
– Нарушаешь режим? – усмехнулся Карел.
Иржи насупился и махнул рукой. Карел открыл холодильник и достал две бутылки «Пльзеньского».
– Когда едешь-то? – сделав большой глоток, спросил Иржи.
– В июле, у них второй круг там начинается. Рассчитываю за полсезона стать лучшим бомбардиром, – улыбнулся Карел.
– Ну-ну… Ну-ну… Все не так, как у людей! У нас чемпионат кончается, а у них в самом разгаре.
– Потому что это Россия, там холодно, играть зимой нельзя, понял?
– Понял, – коротко ответил Иржи.
Он все больше и больше убеждался в том, что Карелом двигали какие-то тайные причины. «Что это? – задавал он себе вопрос. – Спутался с какой-нибудь русской красавицей? Желание доказать кому-то, что он не такой, как все? А может быть, это смерть матери так на него повлияла? Так в этом случае он, наоборот, должен стремиться заработать больше денег! Нет, непонятно…»
С момента того разговора прошел уже год. Сейчас Карел сидел и снова потягивал пиво у себя дома. Будучи парнем импульсивным и взрывным, он успел за этот год напортачить много. Поиграл в Тарасове и стал там местной звездой, а потом вдруг покинул клуб и без предупреждения сорвался домой.
А как все начиналось! Карел Немец стал настоящей сенсацией, забив семь голов в девяти матчах чемпионата. Толстяк-грузин по фамилии Нодия, бывший спонсором клуба «Авангард», при встречах с чехом неизменно широко улыбался и хлопал по плечу. «Побольше бы таких легионеров!» – говорил он главному тренеру, сетуя на то, что тот плохо ведет селекцию в зарубежных странах, если самое лучшее приобретение клуба появилось в Тарасове не благодаря его усилиям, а само собой свалилось на голову. Невдомек было толстому Гиви, что Карел хотел попасть именно в этот клуб, а не в какой-либо другой. И деньги здесь были ни при чем. Как ни при чем было вообще все, что относилось к футболу. Карел хотел попасть именно в Тарасов. Но об истинных причинах он никому не говорил, в том числе и своему постоянному партнеру на поле и другу в жизни – Иржи Свободе.
Он жил в Тарасове так же, как и многие обеспеченные молодые люди. Зарплаты, которую он получал в клубе, с лихвой хватало на то, чтобы прожить в провинциальном российском городе. По сравнению с Чехией здесь многое было дешевле. Внешне Карел выглядел вполне удовлетворенным жизнью – заводил ни к чему не обязывающие романы с девушками, ездил отдыхать на Волгу, а зимой – в пригородный лыжный пансионат.
Но мало кто догадывался, что за проблема гложет его изнутри. Правда, кое-кто из партнеров-футболистов замечал, что чешский парень замкнут, любит бывать один, но… списывали все это на особенности характера. Удивление вызвало также то, что Карел записался в спортсекцию по культуризму. Как будто ему не хватало тех физических нагрузок, которые давали тренеры на обычных тренировках клуба. Игроки крутили пальцем у виска, за спиной посмеивались, но в глаза ничего не говорили – все же Карел был, что называется, флагманом нападения, основным забивалой, грозой вратарей. На нем во многом строилась игра команды, он был надеждой клуба и его турнирных успехов.