Сердце с глушителем
Шрифт:
И Котов лукаво посмотрел на жену.
– Степаныч уже столько раз собирался в Израиль, что я это воспринимаю как сказку про белого бычка, – усмехнувшись, махнула рукой Лариса. – И кто на сей раз должен прислать ему вызов?
– Жена, разумеется. Бывшая.
– Понятно, – кивнула Лариса. – Думаю, он еще долго будет уезжать. Он мне уже третий год хвастает, что она ему готова сделать вызов. Но вот только все почему-то не делает. Ладно, спасибо большое за обед. Если ты теперь еще и посуду помоешь, то тебе просто не будет цены, Женечка.
С
– Лара, разве ты не останешься сейчас со мной? Я специально подготовил такую романтическую встречу, хотел, чтобы все было, так сказать, на высоте…
Евгений обнял жену за плечи.
– Ты же сам слышал, что Алевтина просила приехать к ней, – вздохнула Лариса. – Извини, мне действительно очень приятно твое внимание, и я обещаю, что вечером приеду пораньше и буду дома.
Евгений для вида подулся немного, но потом махнул рукой и отправился к компьютеру.
Когда Алевтина открыла дверь, Ларисе показалось, что она нервничает еще больше, нежели в аэропорту.
– Проходите, сейчас я закончу с одним делом, – торопливо проговорила Алевтина, пропуская Ларису.
Котова прошла в комнату, где столкнулась с сыном Алевтины Артемом, который бросил ей хмурое «здрасьте». Лариса ответила подростку, а Алевтина, взяв сына за локоть, буквально вытолкнула его из комнаты и плотно прикрыла за собой дверь.
– Так, сколько это может продолжаться? – услышала Лариса приглушенный, но явно раздраженный голос Байбаковой.
– А чего я делаю-то? – недоуменно, повысив голос почти до крика, отвечал Артем. – Попросил просто!
– Я деньги не печатаю, – отчеканила мать. – И так уже на прошлой неделе куда-то тысячу дел! Если так тратишь, то иди и зарабатывай, сколько сможешь. А то все мама должна!
– Да что я, много попросил, что ли? – не сдавался Артем.
– На что тебе деньги? – повысила голос мать. – И так на всем готовом.
– Ну, на что, на что… На карманные расходы. Сигарет там купить, то-се…
– На то-се тебе пятьсот рублей нужно? Имей совесть, Артем!
– Ну, двести давай, – великодушно согласился сын.
– И двести не дам. Пятьдесят дам – и то много. Завтра же снова будешь просить.
– Вот-вот, завтра снова буду просить! – подхватил сын. – Что это такое – полтинник? А ты дай один раз сразу… побольше, чтобы я тебя не трогал.
– Да тебе миллион дай, ты и его за вечер потратишь! – в сердцах воскликнула Алевтина. – Правильно Виталий говорил, что тебе ни копейки давать не нужно. И правильно, что машину у тебя отобрали, а то бы по пьянке навернулся уже куда-нибудь!
– Когда это я наворачивался? – разозлился сын.
– И слава богу, а то…
– Короче, деньги дай, а?
– Отстань, ко мне человек пришел, – отмахнулась Алевтина. – Все, иди. Вот тебе пятьдесят рублей – и больше до конца недели не проси. Когда придешь домой?
– Когда захочу, тогда и приду, – отрезал вконец
Послышался звук захлопываемой входной двери, после чего в комнату вернулась Алевтина. Вид у нее был расстроенный.
– Извините, – вздохнула она, присаживаясь в кресло.
– С сыном проблемы? – с сочувствием спросила Лариса.
– Да! – Алевтина махнула рукой. – Избаловала на свою голову. Ничего делать не хочет, институт бросил, не работает, только деньги просит. Ну ладно… Как у вас, удалось что-нибудь выяснить?
– Вскрылись кое-какие факты, – осторожно начала Лариса. – Вот решила с вами поделиться. Возможно, вы что-нибудь проясните.
Она подробно рассказала все, что ей удалось узнать от Алексея и чешской полиции.
– Ну, то, что Павел звонил, это я знаю, в этом ничего такого нет, – тут же ответила Байбакова. – У них дела там свои были… Насчет истории с машинами – это я тоже знаю. Только не понимаю пока, какое она может иметь отношение к смерти Виталия, все-таки сколько лет прошло. Этот таинственный бородатый мужчина… Да нет у нас таких знакомых! К тому же если он типичный неформал, то Виталий с такими вообще не общался.
– Ну, насчет неформала вы подождите. Он, может, и совсем здесь ни при чем, его просто видели в том городе. А это, сами понимаете, ничего и не значит. Тут вот что, Алевтина… Алексей мне рассказал – мельком – о какой-то давнишней истории, случившейся с Виталием в Чехии еще в восьмидесятые годы, в молодости. По-моему, у него был там роман с какой-то чешкой. Вы ничего об этом не знаете?
Алевтина сделала большие глаза и недоуменно покачала головой.
– Нет, не знаю. Но… Даже если и был, то какое это теперь имеет значение? Ведь прошло больше пятнадцати лет! Да они бы, наверное, сейчас даже и не узнали друг друга.
– Конечно, в ваших словах есть логика, – кивнула Лариса. – Но, с другой стороны, подумайте – какие у него еще могли быть там дела? Ведь не было у него в Чехии других знакомых, вы же сами говорили. И Алексей это подтверждает.
– Но… Он говорил, что собирается в футбол там поиграть… – неуверенно заметила Байбакова.
– Дело вот в чем, Алевтина, – мягко, но решительно сказала Лариса. – Насчет футбола Алексею пришлось немного покривить душой. Дело в том, что Виталию позвонил какой-то человек, какой-то русский. И после этого он попросил брата занять вас на время, пока его не будет. Кстати, вернуться собирался скоро.
Видя, что у Алевтины начали нервно по-драгивать руки, Лариса поспешила ее успокоить:
– Да не волнуйтесь вы так! Я же вовсе не хочу сказать, что он от вас поехал на интимную встречу с какой-то женщиной. Это тоже было бы несколько нелогично – встреча через столько лет, к тому же ехал он с вами, со своей невестой… Нет, там явно что-то другое. Но я полагаю, что связь с той таинственной женщиной – самая прямая.
– Да почему вы так уверены, что здесь замешана та женщина? – чуть ли не со слезами на глазах воскликнула Байбакова.