Сердце Мира

Каменистый Артем

Служанка толкнула приоткрытую дверь, но та не захлопнулась, ей что-то мешало. Посмотрев вниз, десятник нахмурился, из щели выглядывала чья-то ладонь. Потянув ручку на себя, он немедленно понял, что произошло нечто из ряда вон выходящее. Оттолкнув опешившую девушку, офицер выхватил меч и ворвался в темную комнату. Ему хватило нескольких мгновений, чтобы убедиться – его помощь здесь не требуется. Как поступить в подобной ситуации, он не знал, следовало немедленно обратиться к своему более компетентному командиру.

Сата уже засыпала, свернувшись

на груди своего мужчины, тот уже тоже смежил веки. Громкий стук в дверь заставил их вскочить, как подброшенных. Они были привычными ко всему – Робин схватил меч, девушка взяла кинжал. В этом мире тот, кто первым делом в такой ситуации думает об одежде, долго не живет.

– Открывай, это я, Хонда! – послышалось из-за двери. – Доспехи можешь не надевать, сейчас они тебе не помогут!

– Прикройся, – кивнул Робин девушке, но меч убирать не стал.

Хонда, не обращая внимания на наготу вождя, мрачно заявил:

– Срочно одевайся, беда.

– Что случилось?

– Не знаю, но Ахмед при смерти.

– Твою мать! Надо с Сатой кого-то оставить!

– Тут все мои кашалоты в сборе, троих поставлю у дверей.

– Не надо, пусть будут внутри, нельзя оставлять ее ни на секунду.

– Хорошо, сейчас они придут.

Робин поспешно принялся облачаться.

– Что случилось? – взволнованно спросила Сата.

– Беда! Похоже, кто-то напал на Ахмеда, он умирает.

Девушка вскрикнула.

– Посиди здесь, с тобой побудут несколько офицеров, не отходи от них.

– Нет! Я пойду с тобой! Возможно, Ахмеду можно помочь, лучше меня это никто не сделает, ты же знаешь!

Правоту девушки нельзя было не признать, она спасла уже немало тяжелораненых воинов. Робин согласно кивнул:

– Одевайся быстрее, надо спешить! И кольчугу не забудь.

В коридоре толпились четверо офицеров и пара солдат, они опасливо заглядывали в открытую дверь. При виде командиров все расступились. Робин увидел Ахмеда и не сдержал невольного возгласа. Неизвестно, что здесь произошло, но гигант лежал у порога, вытянув вперед руку. Он был совершенно голый, но вождь сперва этого не понял, ему показалось, что на гиганте какой-то темно-синий тонкий комбинезон. Но это было не так, просто тело кавказца страшно потемнело, а ноги и туловище по грудь были почти черные.

– Да что здесь творится? – потрясенно спросил Робин.

– Не знаю, – Хонда покачал головой. – Девушка мертва, вон она, на кровати, окаменела, как статуя, а наш Ахмед едва дышит.

– Сата? – обернулся Робин к девушке. – Ты знаешь, что с ними?

Ничего не ответив, исса присела возле Ахмеда, приподняла ему веко, внимательно рассмотрела закатившийся глаз, покачала головой:

– Робин, я такого никогда не видела, но читала о подобном в старых книгах.

– Ну?

– Это очень редкий и дорогой яд, его получают из жвал уракама. Чтобы набрать такое количество, требуется поймать не один десяток этих редких пауков.

– Как это вылечить?

– Робин, от такого количества яда спасения нет! – Сата печально покачала головой.

Повернувшись к другу, вождь крикнул:

– Бегом, принеси аптечку!

К счастью, они так и продолжали таскать с собой шприц-тюбики

с противоядием. Пришельцы гарантировали, что оно помогает от большинства ядов биологического происхождения, оставалось надеяться только на них, если местная медицина бессильна. На почерневшем теле было не разобрать, где вены, Робин выпустил содержимое шприца почти вслепую, но, несмотря на отсутствие практики, попал удачно. Все молчали несколько минут, напряженно прислушиваясь к хриплому дыханию гиганта.

– Смотрите, – тихо произнесла Сата, – он начал дышать спокойнее, ваше лекарство подействовало.

Все очнулись, офицеры перенесли Ахмеда на кровать, тело девушки опустили на пол. Повернувшись к волшебнице, Робин уточнил:

– Так ты уверена, что это отравление? Может, паук их покусал?

– Нет! – уверенно ответила девушка. – Яд уракама редко убивает. Чтобы усилить его эффект, надо собрать большое количество жвал и приготовить из них концентрированный отвар, для этого нужно крепкое вино и особое масло. Тогда получится смертоносная отрава. Вначале человека парализует, затем у него останавливается дыхание и перестает биться сердце.

– Как их смогли отравить? – удивился Хонда. – Мы ведь ели с ним одно и то же. Да и девушку за что убили?

Сата покачала головой:

– Я не знаю. Но яд уракама не обязательно добавлять в пищу. Достаточно ему попасть в маленькую ранку или на слизистую оболочку, как вскоре наступит результат. Но через кожу он не действует.

Хонда резко развернулся, присел над трупом девушки, внимательно принялся изучать почерневшее тело, через плечо спросил:

– Сата, ты не знаешь, пораженные части тела быстрее всего чернеют в местах попадания яда?

– По-моему, да, – неуверенно кивнула девушка. – В месте укуса кожа немедленно начинает темнеть, это первый симптом.

Робин, начиная что-то понимать, склонился над трупом. Ему хватило нескольких мгновений. Сокрушенно покачав головой, он произнес:

– Скоты! Это же надо до такого додуматься!

– Что случилось? – не поняла Сата.

– Они отравили тело девушки, – глухо заявил Хонда. – У нее сильнее всего почернели лицо и паховая область. Ахмед получил свою дозу яда от нее. Он парень здоровый и, когда понял, что происходит что-то неладное, смог доползти до двери, прежде чем его окончательно парализовало.

– Да, – согласился Робин. – Джигита спасли его немалые габариты, яд не смог быстро распространиться по телу. Хорошо, что его вовремя нашли! Когда очнется, должен на этого офицера молиться. Девчонку жалко, у нее шансов не было, ей досталась львиная доза.

– Робин, ты что, не понял? – спросил Хонда.

– Что?

– Это тебя хотели убить.

– Да ну, с чего бы это? По-моему, все знают, что я ни с кем, кроме Саты, не сплю.

– Да? Посмотри сам. Тебе подсовывают девиц повсюду, выбирая самых лучших. А какие местные каноны красоты? Правильно – толстые румяные девки с арбузными щеками. Теперь посмотри на нее. Если увидеть ее в полутемной комнате, то с первого взгляда от Саты не отличить, фигура такая – любая фотомодель позавидует! Они надеялись, что железная твоя верность не выдержит такого сильного искушения.