Сердце лучше знает...

Заблоцкая Виктория Валерьевна

Теперь встреча с чехами требовалась для оговаривания условий контракта и для дальнейшего его подписания. А еще они хотели съездить в Ялту, чтобы самолично удостовериться в качестве производственных мощностей и территории отведенной для будущего аквапарка. Это мероприятие, как и подписание контракта, было запланировано на будущую неделю. К тому же из командировки еще не вернулся Дима, чье присутствие также требовалось на совещаниях.

Он приехал к концу недели, хмурый и злой, хотя Ольга сказала, что это его привычное состояние, Дмитрия Александровича вообще

редко можно было увидеть улыбающимся, особенно на работе. Но Алина с интересом отметила, как встрепенулась Яна при его появлении, как она засуетилась и стала какой-то дерганой. Алина переглянулась с Ольгой, взгляд последней утверждал: "Я же говорила, она неравнодушна к шефу".

Дмитрий также, как и Вадим с Андреем, не узнал Алину. Он не устроил девушке такого радушного приема, как Андрей, так как ему было просто все равно, есть она или нет, лишь бы работу свою выполняла исправно, он вообще ко всем девушкам в офисе относился отстранено-вежливо.

Однажды, когда Дима направлялся в кабинет Вадима, а навстречу ему вышел Андрей, Алина насторожилась, услышав следующую фразу:

– Черт, какая муха укусила, Демина?
– удивлено воскликнул Новиков.
– Он злой, как собака.

Димка только плечами пожал, холодно уставившись на Алину, та поспешно потупила взор, он, наверное, догадался, что этой мухой была именно она. Мужчина вошел в кабинет друга и с порога заявил.

– Какого черта, ты не в настроении?

Вадим удивлено поднял на него глаза, оторвавшись от бумаг, которые изучал:

– Говори за себя, - парировал он.

– Со мной и так все понятно, - ответил Дима, но зная, как иногда Вадим любит приударить за прекрасным полом на рабочем месте, спросил: - А с тобой что? Неужели новая секретарша не дала?

Мужчина вскочил, опрокидывая массивное кресло, глаза его потемнели от злости:

– Не твоего ума дело!
– он сжал руки в кулаки так, что побелели костяшки пальцев.
– Эта сторона моей жизни тебя не касается. Ты что за этим пришел?

– Нет. Просто всем в офисе интересно, почему это всегда такой веселый Вадим Николаевич ходит мрачнее тучи так, что люди боятся к тебе подходить. Неужели и завтра на совещании ты будешь таким? Нам тогда точно не видать этого контракта, как своих ушей.

– Завтра все будет нормально, - Вадим, более менее успокоившись, снова сел в кресло.

– Не хочешь поговорить? Это все из-за новой секретарши?

Как же хорошо все-таки Дима знал его, столько лет дружбы позволяло друзьям без труда распознавать настроение друг друга. И конечно он был прав, из-за Алины он теперь стал избегать собственного офиса, находиться так близко и не иметь возможности прикасаться к ней, сводили его с ума. Ему как нормальному мужику, хотелось иногда забыться в объятьях какой-нибудь красотки, но образ Алины постоянно преследовал его, и он начинал чувствовать вину от одной только мысли о другой женщине.

Вадим вообще не узнавал себя, давным-давно, встречаясь с Алиной и в тоже время, проводя очередную ночь в объятьях другой женщины, угрызения совести не мучили его так,

а теперь он считал это сродни предательству. Глупо, конечно, было так думать, тем более, что скоро она выходит замуж, но иначе он не мог. Наверное, возраст сказывается, подумал Вадим, или мне уже просто осточертели эти быстротечные связи. А с Алиной могло бы быть все по-другому, но, увы, ничего уже невозможно исправить. А пока она каждый день маячила перед его лицом, такая красивая, такая желанная и такая недоступная, он тайно сгорал от желания, как какой-нибудь желторотый юнец.

– А ты разве не узнал ее?
– спросил Вадим друга, и когда тот отрицательно покачал головой, ответил.
– Это же малышка Аличка, с которой я встречался семь лет назад.

Лицо Димки от удивления вытянулось, он открыл рот, пытаясь что-то сказать, но снова закрыл его, собираясь с мыслями:

– Вот и у меня было такое выражение лица, когда я понял кто она.

– Алина? Та малолетка, с которой ты таскался повсюду?
– наконец выпалил друг, присаживаясь на стул.

– Выбирай выражения, - угрожающе предупредил Вадим.
– Между прочим, она мне очень нравилась.

– А толку-то, ты даже в койку ее не затащил. И нах*р тебе этот головняк? Надеюсь, ты не собираешься с ней опять завязывать отношения?

– А если и так, что в этом плохого?

– Я не спорю, девочкой она, конечно, стала фирменной, но зачем наступать снова на одни и те же грабли?

– А мне и не придется. Она скоро выходит замуж, а я здесь места себе не нахожу, хочется пойти и набить ему морду.

– К чему такие крайности, уволь девчонку и дальше живи себе спокойно, только жизнь начала налаживаться и на тебе.
– Дима откинулся на спинку сидения.

– Не могу я ее уволить, она ведь временно здесь, на практике.

– И что ты до конца ее практики будешь по офису как неприкаянный ходить? Нет, ты уж лучше переспи с ней или сделай так, чтоб она сама ушла.

Вадим сердито посмотрел на друга:

– Ни то, ни другое не подходит, а если всем не нравится, что у меня нет настроения, так пускай катятся к черту. К твоей же хмурой роже уже все привыкли, считают, что ты просто строгий начальник, вот пускай и обо мне так думают.

Дима только пожал плечами, мол, поступай, как знаешь. Мужчины еще некоторое время просидели молча, думая каждый о своем. Меньшову внезапно захотелось закурить и выпить, он вынул из кармана пачку сигарет и, достав одну, стал вертеть ее в руках.

– Кстати, как у тебя дела? От Ники что-то слышно?
– решил перевести стрелы Вадим.

– Нет, - тон Димы был холоден, а лицо превратилось в каменную маску.
– Она еще не знает, что я в городе, да я собственно и не хочу, чтобы она знала.

– Завязывал бы ты с этим, - предложил Дёмин.
– И так ясно, что такая, как она, никогда не будет с тобой.

– Я и сам прекрасно это знаю, - мужчина скомкал сигарету.
– Или ты думаешь, что я совсем дурак?

– Нет, конечно, ты не дурак, но каждый раз, почему-то именно ты остаешься в дураках.