Сердце камня

Торн Джессика

— Они с Джондаром уже идут сюда.

— Хорошо, — я замечаю, как Зендер и Петра прожигают друг друга взглядами, и вздыхаю. Кто бы мог подумать, что вчерашнее нападение только усилит неловкость между ними? Или это из-за того, о чём я попросила её несколько минут назад? Чёрт, где Том и Джондар? Они идут слишком медленно… — Положи туда, где взял, Зендер.

— У тебя даже интонация как у нашей мамы, ты в курсе?

Его подколки стали какими-то жалкими. Наверное, давно не практиковался.

Он берёт один из кристаллов и, крутя его над собой, пытается поймать им

свет.

— Я могу его забрать? В качестве сувенира?

Оглядываюсь на Кона, который просто пожимает плечами. Это всего лишь кристалл. Почему бы и нет. Зендер ухмыляется Петре, старательно его игнорирующей, пока он кладёт находку себе в карман. Он как сорока — любит всё блестящее.

Мы ждём, болтая о пустяках и стараясь избегать в разговорах нависшей тени Велентина Тила с Императрицей и, что ещё важней, причины, по которой мы все здесь собрались. Неправильно будет начать разговор без Тома, а повторяться я не хочу.

Но Джондар никогда не подводит. Я попросила его помочь всего полчаса назад, и вот он уже притаскивает своего мужа. Том выглядит раздражённым, и я понимаю, что его выдернули с утренней тренировки новобранцев. Но ребятам придётся подождать.

Я киваю Кону, который закрывает дверь и щёлкает по ряду переключателей. Все выходы блокируются, глушилки гудят, активируясь. Теперь мы отрезаны от всего остального мира.

— Сколько таинственности, Бел, — отмечает мой брат.

— Я получила сообщение от нашего отца, — отвечаю ему. — Отношения между Вейрианом и Империей ухудшаются. Торговые лобби оказывают давление, а совет союзных миров отказывается вмешиваться. Отец велел мне получить полный и исчерпывающий отчёт от тебя. Допуск альфа-Иоланда.

Имя нашей матери — это кодовое слово, по сути команда «Выкладывай всё». Неважно что. Это всё началось как игра, когда мы были детьми: кодовые слова и уровни доступа. Мы даже не осознавали, что отец с ранних лет готовит нас к чему-то. Но к чему именно, я не знаю до сих пор. Никто не ожидал, что он станет королём. Возможно, это была привычка в его семье, близкой к правящему роду, его так растили.

— Нам нужно действовать осторожно, — продолжаю я. — Что произошло на Куоре? Ты провёл там несколько месяцев и внезапно покинул планету, а теперь за тобой следом прилетает Тил…

— И ты тревожишься обо мне, — его взгляд становится серьёзным. Всё же он мой старший брат, хоть и ведёт себя порой как придурок. — Как и отец. Я уже говорил с ним. Он всё знает.

— Как на самом деле обстояли дела на Куоре, Зендер? — спрашивает Кон. До него доходили те же слухи, что и до меня, он видел отчёты. О пьянках, драках и ряде происшествий в клубах, борделях и на вечеринках, которые легко могли бы растоптать репутацию любого другого аристократа. — Нам важно знать.

Мой брат вздыхает и выдвигает один из стульев, чтобы сесть. Он скрещивает лодыжки внизу, устраиваясь поудобнее. И внезапно выглядит измождённым. Уязвимым. Я начинаю волноваться сильнее. Зендер ещё никогда не выглядел слабым при мне.

— Да много чего, — начинает он. — И ничего хорошего. Мой отъезд откладывали бесчисленное множество раз, предъявляли

новые требования и условия для разрешения. Всё в вежливой форме, разумеется. Постоянно твердили о безопасности. Что бы я ни делал, каким бы возмутительным ни было моё поведение, она не позволяла мне уйти. И серьёзно, я устал. Меня должны были изгнать раз двадцать за всё то, что я творил. Я испробовал всё, выходку за выходкой, договаривался с прессой, чтобы они это освещали. В конце концов у меня получилось — чисто повезло, иначе не скажешь. Когда я доложил отцу на Вейриане, он сослал меня сюда. За пределы союзных миров, чтобы она не могла до меня дотянуться.

— Но почему, Зендер? — спрашивает Петра. — Почему она так одержима идеей удержать тебя? Почему они так настойчиво пытаются тебя вернуть?

— Императрице нужен консорт.

Долгое потрясённое молчание.

— Ты? — выпаливаю я чересчур громко.

Его взгляд пронзает меня насквозь.

— Да, я. Не переживай. Ничего романтического в этом нет. Дело даже не во внезапной страсти. Я нужен ей как способ взять Вейриан под контроль, а после смерти отца наш мир окажется крепко связан с Империей. Что обяжет тебя и, как следствие, Антеес.

Обдумываю услышанное. Сколько я себя помню, у Императрицы никогда не было консорта. Даже представить не могу, к чему обязывает этот статус. Судя по лицу Зендера, его подобная перспектива явно не радует.

Когда-то меня пугала необходимость выйти замуж за человека намного старше меня и не иметь права выбора. Я прекрасно помню это чувство.

— Но Вейриан…

— После смерти отца потеряет свою независимость. Как и я. Она хочет, чтобы я был более… послушным, наверное. Покорным. Не столько мужем, сколько слугой или заложником. Пока я подчиняюсь, Вейриан в безопасности. Пока Вейриан подчиняется, я в безопасности. И у неё есть способ гарантировать это — технологии создания мех. Малую её часть, но достаточную для воплощения замыслов.

Зендер вытаскивает небольшую коробочку из своего кармана. Простую, без каких-либо украшений, максимально практичную. Он передаёт её Кону, и тот открывает её. В ней лежит небольшое устройство. Имплант. Кон внимательно изучает его с мрачным выражением.

— Это не из Гравии, — после тщательного осмотра сообщает он. — Это имплант для мозга, но он…

Кон сканирует его и просматривает полученные результаты на экране.

Затянувшееся молчание.

— Зендер… Это ужасно, — выдыхает Петра. Она вся бледная. Как и я, она полагала, что Зендер просто валяет дурака, как обычно.

— Они, разумеется, заворачивают это всё в красивые слова, — продолжает Зендер. — Мол, Императрице нужны гарантии преданности консорта, после того как один из них несколько веков назад попытался устроить бунт. Они называют это величайшей честью, какую она только может оказать Вейриану за самоотверженную защиту Антееса и всей Империи. Но если вникнуть в суть…

— Ты её страховка, — добавляет Кон, не сводя глаз с экрана. — Чтобы держать вашего отца, а заодно и нас всех, в узде. И поэтому она собирается влезть в твой мозг и заставить подчиняться.