Сердце Ёксамдона
Шрифт:
В первый миг Юнха застыла, невежливо уперев в него взгляд: с ума сойти, что вот так на улице можно встретить кого-то настолько красивого! Причём красота мужчины была такой, какую обычно создаёт только нож хирурга по тщательного выверенному эскизу. Глаза идеально очерчены, брови — как два полумесяца, даже раздражённая гримаса не портит эти столь же совершенной формы губы. У него были очень тёмные глаза и волосы примерно до плеч, связанные в хвост так небрежно, что Юнха тут же передумала: непохоже, что мужчина сильно заботится
Первая женщина принялась кричать — Юнха не смогла бы не подслушать эту ссору, даже если бы захотела:
— Господин домовладелец! — орала женщина визгливо и морщилась так, что из миловидной тут же превращалась в уродину. — Это ваша обязанность! Уберите эту сумасшедшую или же мы сами её в полицию отведём!
— Влезать в личные дела арендаторов — вовсе не моя обязанность, — раздражённо и то же довольно громко ответил мужчина. — Жалобы на мусорные свалки или неработающий кондиционер — вот это ко мне.
— Мусорные свалки?! — крикунья будто задохнулась и наконец выпустила руку второй женщины, которую всё это время дёргала и трясла. — Кстати про мусорные свалки! Соседка съехала, — женщина кивнула на бывшую парикмахерскую, — потому что клиентов потеряла.
Она заговорила спокойнее, зачем-от отряхивая одежду и морщась в сторону испуганной женщины:
— Перестали ходить, потому что вот эта волосы их подбирала.
— Что? — удивился мужчина. — Волосы?
Он посмотрела на испуганную женщину, нахмурился, будто припоминая что-то, и заговорил значительно мягче:
— Вы госпожа Ким из третьей квартиры?
Женщина кивнула, став ещё более испуганной, несмотря на его тон.
— Вы правда собирали волосы?
Госпожа Ким что-то ответила, но Юнха не разобрала. Голос госпожи Ким был очень тихим. Её пальцы двигались, будто вертя что-то в воздухе или перебирая клавиши. Взгляд сделался отстранённым.
Юнха рассматривала её со всё большей тревогой: одежда госпожи Ким была совсем не новой, но относительно аккуратной — с поправкой на растрёпанность, вызванную, должно быть, столкновением с крикливой владелицей продуктового.
На светлых брюках справа на колене была небольшая заплатка. Точно такая же, отметила Юнха, была и на левом колене, точно в том же месте. Возможно, на том же расстоянии от шва.
На домашней блузке, слегка растянутой на локтях, около воротника были два очень больших пятна — тоже по обе стороны, одно чуть посветлее, а второе…
Почти не заметив этого, Юнха подошла ближе. С каждым шагом она отчётливее видела: одно пятно затирали, но не стёрли, только повредили ткань вокруг. Второе было почти полностью идентично первому — не только
Юнха перевела взгляд на шевелящиеся пальцы госпожи Ким: один-два-три… пауза… один-два… пауза… один… пауза… один-два-три…
— Что вы делаете? — раздался над ухом удивлённый мужской голос. Юнха резко обернулась и отпрянула: увлёкшись, она подошла очень близко к ссорящейся троице.
— Ещё одна ненормальная! — фыркнула крикливая женщина, и Юнха взвилась: она не могла терпеть, когда с кем-то беззащитным поступали несправедливо.
— Прекратите кричать на неё! — ледяным тоном осадила Юнха владелицу продуктового. — У неё ОКР или расстройство аутистического спектра, она не может остановиться.
— Что? — крикливая женщина отступила на шаг, растерявшись. Но потом снова взбесилась:
— Да вы кто такая! Что вы меня тут отчитываете!
— Продолжите, и я напишу на вас жалобу из-за издевательств и рукоприкладства. Я видела, что вы только что с ней делали.
— Да вы!.. — женщина задохнулась от гнева, но в её глазах мелькнула неуверенность.
Юнха, не сводя глаз с крикуньи, достала смартфон.
— И кому вы хотите позвонить? — с искренним интересом спросил мужчина.
— Подруге, она работает в районной администрации, — ответила Юнха. — В соцотделе. Попрошу назначить опекуна госпоже Ким. Присмотрите за ней, пока я звоню?
И прежде, чем он успел что-то ответить, Юнха отошла на пару шагов, но продолжала зорко следить за крикуньей.
Та уже явно нервничала. Она оглядывалась на свой магазин, на несколько человек, незаметно остановившихся поодаль и с интересом следивших за сценой. И на мужчину, который глядел задумчиво то на неё, то на госпожу Ким.
Юнха всё объяснила Чиён, и та тут же обещала: отправит одного из своих сотрудников, он появится через полчаса или даже раньше.
— Я его дождусь, — ответила Юнха громко.
При этих словах крикливая женщина юркнула в магазин, но было видно, что она следит за улицей через стеклянную дверь.
— Не думаете же, что её как-то накажут? — спросил мужчина, когда Юнха завершила звонок.
— Нет, но, может быть, она напугается достаточно, — ответила Юнха. — Вы поможете мне отвести госпожу Ким домой? Покажите, где её квартира?
— Конечно.
Госпожа Ким почти жалась к Юнха, пока они втроём поднимались по лестнице на второй этаж: мужчина шёл впереди, указывая дорогу. Юнха хотела оставить госпожу Ким в её доме и подождать снаружи, но та вцепилась в плечо Юнха и не отпускала, пришлось войти в квартиру вместе с хозяйкой.
Это место выглядело так, как Юнха и ожидала: всё было по возможности симметричным, и иногда в этом желании повторения проглядывало истинное отчаянье, как с пятнами на блузке. Мебели мало, но всего по два, и две части крохотной комнатки смотрят друг на друга как на отражение в зеркале.