Сердце Дракона. Том 9
Шрифт:
– Генерал говорит, что у нас есть на это два часа. И, если мы не справимся, то нас отправят на плаху. И, что-то мне подсказывает, лэр капитан Хаджар, он не шутил.
Лейтенант потер щеку, на которой чернел синяк, оставленный явно не в текущем сражении.
– Значит, взять крепостную стену… – повторил Хаджар.
В своей жизни он встречал самые абсурдные и разные испытания, но это – ко всем демонам, оно явно оставило остальные позади.
Орун, отрежь портной ему яйца, не преувеличивал, когда говорил, что только один из сотни может пройти испытание шестого
Аристократы и дворяне, с рождения привыкшие к энергии, наверняка даже представить себя не могли в роли простого смертного. Тем более – смертного пехотинца.
– За мной, лейтенант! – гаркнул Хаджар.
Следующий час они прорубали себе дорогу к осадной башни, которую катили прямиком к стене. По дороге Хаджар встретился со своим формированием –двадцатью бывалыми рубаками, которые встретили своего “лэра” каким-то особым приветствием.
Расталкивая солдат внутри башни, Хаджар вел людей все выше и выше по лестнице. Он прекрасно знал, что если башня подойдет слишком близко к стене, то первыми, как ни было бы странно, пострадают именно нижние этажи. Ведь если сжечь их – то рухнет вся постройка.
Как он и думал, когда открылся “рот” башни и “зубами” зацепился за стену, то нижние этажи уже пылали жидким огнем, а люди кричали от боли и бессилия.
На стене их встречали защищающие крепость степняки. Залп сотни луков стал приветственным жестом.
На войне не церемонятся, так что Хаджар прикрылся первым же погибшем от стрелы соратником. Когда в его агонизирующее тело впилось еще с десяток стрел, Хаджар оттолкнул его ногой и с криком бросился в ряды противника.
А затем, в последний момент, успел, на инстинктах, уклониться от призрачного удара сабли, который вспорол камни и располовинил так ничего и не понявшего лейтенанта.
Перекатившись по парапету в сторону, Хаджар вскочил на ноги и взялся за рукоять обеими руками.
Перед ним стоял степняк, вооруженный изогнутой саблей и кнутом.
– Проклятье, – выругался Хаджар.
Противник находился на уровне практикующего стадии Трансформации.
Глава 810
Рассекая воздух, оставляя позади белесую дымку, кнут взвился в змеином рывке. Оставляя позади размытое, облачное пятно, он впился в камень прямо перед ногами Хаджара. Каменная крошка дробью рассекла лицо. Кровь залила глаза.
Хаджар, отталкиваясь в рывке в сторону, сцепил зубы от боли. Такой позабытой, простой, но в то же время – родной.
Его тело не было укреплено кровью дракона, оно не испытало на себе силы Волчьего Отвара орков и его не закаляли в течение двух лет на Горе Ненастий.
Даже не удар, а лишь касание кнутом практикующего стадии Трансформации оказалось достаточно чтобы кожа и плоть буквально слезли с Хаджара.
Кубарем скатываясь по каменной лестнице, Хаджар успел зацепить рукой одного из степняков. Второй свист кнута облил Хаджара потоком чужой, горячей крови. Ноги степняка упали вниз, где кипели небольшие очаги локальных схваток, а его торс Хаджар использовал вместо доски для скольжения.
Оставляя
На ходу он вонзил Черный Клинок в трещину в кладке и, сильно надавив, взмыл в воздух. Сделал он это как нельзя вовремя – там, где мгновение назад были его ноги, опять просвистел кнут.
На этот раз он превратил еще агонизирующую половину тела степняка в кровавый фарш. Но, к несчастью практикующего и на удачу Хаджара, он на мгновение застрял в разорванном кожаном доспехе.
Этой заминки хватило, чтобы Хаджар с силой пятками приземлился на натянутый струной Ронг’Жа кнут. Практикующий, пусть и был опытным и бывалым воякой, попросту не ожидал такого поворота событий.
Разжать хватку он не успел и, когда кнут просел под весом и силой удара Хаджара, полетел в его сторону. Меч Хаджара все еще находился в трещине, сам же он прочно удерживал кнут, так что атаковать мог одним, единственным, способом.
Когда Практикующий оказался с ним вплотную, Хаджар, рыча ударил головой прямо в солнечное сплетение степняку.
Вместе, клубком рычащих котов, они упали на землю и с хрипами разлетелись в разные стороны.
Пару секунд, лежа на спине, Хаджар судорожно ловил ртом воздух. Он пытался вернуть шатающееся сознание в норму и осознать происходящее.
С криком кто-то обрушил ему на голову боевой топор. Хаджар успел отвернуть голову, но подставил под лезвие щеку. Очередная вспышка боли отрезвила его потерянный разум.
Вскочив на ноги, не обращая внимания на то, что щека повисла на лоскуте кожи, а скула костями пробила плоть, Хаджар ударом ноги выбил топор из рук рядового степняка, а затем с силой вонзил Черный Клинок прямо ему в живот.
Несколько раз дернув рукой вверх, будто глиняную склянку, он вскрыл брюхо воину. Кишки и кровь хлынули на руки Хаджару.
Со звериным рыком, он присел и скрылся от темного, едва заметного глазу серпа энергии, который отправил в него практикующий.
Вечерние Звезды! Будь он в реальности, то эта хилая атака даже его одежд бы не поцарапала. Да что там – практикующий даже дышать бы не смог в его присутствии. Хаджар был достаточно силен, чтобы убить этого вояку одной лишь волей.
Оттолкнув выпотрошенный труп в сторону, Хаджар выпрямился и взмахом меча, сцепив зубы, отсек собственную, качающуюся на полоске телесной ткани “щеку”.
Вокруг кипело сражение. Что-то горело. От запаха гари слегка слезились глаза. Под ногами хлюпало от обилия крови, грязи и протекшей из чанов, успевшей застыть смолы.
Формирование Хаджара билось где-то на парапете. Вокруг него степняки, со звериной яростью ощутивших вкус крови новобранцев, добивали тех, кто смог прорваться во внутренний двор крепости.
– Isash toshuk! – сплюнул Практикующий.
В его правой руке, вместо кнута, теперь оказался небольшой круглый щит с шипом по центру. Левой он сжимал длинную, изогнутую, саблю из черного металла с золотым орнаментом.