Сердце чудовища

Юлианна

Подъехав к своему дому, он начал будить ее, но она спала как убитая и даже не шелохнулась, поэтому он подхватил ее и, подняв наверх, положил к себе на кровать, стараясь не думать о том, что будет, если Камилла, зайдя к нему с утра, найдет Энни Маркони здесь.

Раздев ее, он увидел, что на ней кружевные трусики, молочного цвета и даже не пытаясь заглянуть под топик, укрыл одеялом, предвкушая ее реакцию с утра.

– Да детка, твоя пощечина и шины, тебе аукнутся! – засмеялся он, уходя в душ.

Закрыв дверь на

ключ, и укладываясь рядом с ней, он принюхался, терпеть не мог, когда от девчонок пахло сигаретами и выпивкой. Странно, она была в клубе, танцевала, пила, рядом с ней курили, но она не вобрала в себя ни один из запахов, хотя алкоголем все же пахло. Но запах ее тела и волос, перебивало все, заставляя терять голову. Пододвинувшись к ней ближе, он принюхался, ловя еле заметный запах духов и шампуня. Миндаль и кокос… Черт, как такое может быть, эта сумасшедшая пахнет так, что у него крышу сносит, и еще раз втянув запах, он откинулся на подушки, понимая, что его член, снова сделал стойку.

– Успокойся друг, сегодня нам ничего не светит!

10

Просыпаться было на удивление приятно, и это при том, что она вчера слегка выпила, даже не помнит, как домой зашла. Застонав, она обхватила свою голову руками и, потерев лицо, перевернулась на бок, чувствуя, что запах белья сменился.

– Доброе утро, пьянчужка! – улыбнулся Кэйл, предвкушая ее реакцию

Замерев от неожиданности, Энни даже не сразу открыла глаза, а когда все же сделала это, быстро закрыла и прошептала:

– Нет, нет, нет, прошу! Пусть это будет всего лишь сон, всего лишь сон! – бормотала она, пока Кэйл подперев голову рукой, рассматривал ее пристальным взглядом.

Услышав ее последние слова, он ущипнул ее за щеку, отчего она вскрикнула и, открыв глаза, стукнула его по плечу.

– Совсем уже? – спросила она, потирая щеку, и он хмыкнул

– Хотел дать понять, что это не сон, а последствия твоего необдуманного пьянства! И вообще, сколько ты выпила? Два бокала? Тебя что, развозит с двух бокалов? – спрашивал он, посмеиваясь над ней и она, встав с кровати, оглядела себя

– Это ты меня раздел? – спросила она, показывая на голые ноги, и он кивнул, окидывая ее внимательным взглядом

– Вообще-то в моей кровати строгий дресс-код, можно только голым, но для тебя сделал исключение! – сказал он

– Правда? Спасибо, ты такой заботливый… – съязвила она, и он еще громче рассмеялся, понимая, что ему нравится, что она не жеманничает, играя в невинность.

– Куда ты бросил мою одежду? – спросила она, окидывая взглядом комнату и понимая, что стесняться было бы глупо, тем более, наверняка вчера, пока он ее раздевал, рассмотрел и даже потрогал всю, маньяк.

– На кресле, но советую принять душ, воняешь, как пьяница на улице! – сказал он, уткнувшись в телефон

– Было бы не плохо, учитывая, что мне еще добираться до дома!

Кстати, твои родители знают, что я здесь? – спросила она, и он покачал головой

– Нет, конечно, все спали, когда мы приехали, а заносить тебя на плече, к тебе домой, я не хотел! Третьей встречи с твоим отцом я не вынесу, да и он видимо тоже! – сказал он

– Халат можно? – попросила она и он, откинув одеяло, встал в полный рост, являя ей, и всему миру, свое голое и накаченное тело

– Ты… ты… – заикаясь от увиденного, она отвернулась в тот момент, когда он повернулся к ней, и закрыла при этом глаза.

– А вчера была не против! Даже просила потрогать… – сказал Кэйл, тихо посмеиваясь и ожидая ее реакции

– Нет, я не могла, не могла этого сделать! Ты врешь, специально так делаешь, чтобы я повернулась и… – говорила она, стоя спиной к нему с закрытыми глазами и он, подойдя, встал прямо перед ней, положа руки ей на плечи и, заставляя открыть глаза

– Трогала, облизывала и сосала! – сказал он, проведя по ее губам и оттягивая нижнюю, большим пальцем

– Ты врешь, придурок! – прошептала она, скидывая его руки и еле сдерживаясь, чтобы не разрыдаться от стыда и злости.

– Хочешь, верь, хочешь, нет! – бросил он и, найдя халат, отдал ей, подтолкнув к дверям, заставил ее пройти в душ, закрыв за ней дверь и улыбаясь

– Даю тебе десять минут, если не управишься, примем его вместе! – крикнул он, посмеиваясь над ней.

– Будешь знать, как оскорблять меня Маркони! – прошептал он себе под нос, поднимая телефон с кровати и отвечая на смс, Матео

Через десять минут, когда он убрал кровать и, схватив полотенце, направился в душ, дверь ванны резко открылась и из него вышла Энни, с мокрой головой и в халате.

– Я воспользовалась твоим шампунем – сказала она, когда он остановился и принюхался.

Ему было приятно, что она пахла его шампунем, пахла им…

– Будешь хорошо себя вести, позволю иногда пользоваться им! – сказал он и, подмигнув ей, зашел, даже не потрудившись закрыть дверь, из-за которой тут же стало доноситься пение, которое, ужасно фальшивило.

– Придурок! – прошептала она, и быстро глянув, что никого нет, скинула халат и натянула свои вещи.

Они, конечно же, ужасно пахли после ночного клуба, но это лучше, чем ничего. Не найдя фена, она села в кресло, и стала расчесывать свои волосы. Это тяжелое и противное занятие, Энни ненавидела с детства, и всегда хотела их отрезать, но мама не разрешала, а потом когда она подросла, ей они и самой стали нравится, вот только возиться с ними без фена, было ужасно неудобно.

Выйдя из душа Кэйл заметил, что Энни сидела и расчесывала свои волосы, руками, потому что с его короткими волосами, расческа ему была не нужна, а уж фен тем более. Но он знал, что у Камиллы есть и, завязав полотенце на бедрах, он бросил ей, проходя: