Сердце бури
Шрифт:
Поразительно! Имперцы научились покорять человеческий разум, но даже они до сих пор не знают до конца, как он работает.
***
Луна контрабандистов, раскинувшаяся за транспаристилом, напоминала огромный, ярко отливающий золотом металлический шар. Спутник сверкал бесконечным множеством огней, которые здесь, на границе с атмосферой, сливались в один рисунок тонких пламенных линий.
Вокруг сновали другие звездолеты, прибывающие и отправляющиеся в путь. Бен, безотрывно глядевший в широкий иллюминатор, только и успевал подмечать, как над поверхностью спутника проносятся, подобно прытким метеорам, вспышки ионных двигателей. Системы радаров
Лэндо сидел поодаль, закинув ногу на ногу, попивал свой обычный утренний каф и угрюмо слушал рассказ Рей. По ее тону ясно ощущалось, что девчонка — насколько, правда, уместно называть «девчонкой» пусть молодую, но все же замужнюю женщину? — не одобряет решение Бена и поддерживает его исключительно в силу обстоятельств. Иначе и быть не могло.
Сам юноша упрямо молчал, как будто опасался, что его вмешательство только навредит делу.
Поначалу Рей хотела вовсе не упоминать о том, что они намерены отправиться на помощь генералу Органе. Она понимала: раз уж Лэндо не вышвырнул их вон, едва узнав правду, значит, намерен до конца исполнить обещание, данное Лее. А та бы наверняка не пожелала, чтобы ее сын и сноха шли прямиком в ловушку Галлиуса Рэкса. Рей предлагала рассказать обо всем немного иначе: молодой человек, недавно женившийся, хочет любой ценой избавиться от увечья, чтобы не быть для молодой жены обузой — все просто и понятно. Тем более, никакой лжи, по сути, тут и нет. Лэндо Калриссиан и сам мужчина, ему должны быть понятны чувства Бена.
Вот только сам Бен со свойственной ему резкостью заявил, что он не станет юлить и выкручиваться. Он должен помочь матери — это его право. А разница между ложью и полуправдой невелика — он говорил это уже много раз.
Пожилой делец задумчиво теребил указательным пальцем край бледной, с шоколадного оттенка каймой, нижней губы. Он полагал — и даже, честно говоря, надеялся, — что эти двое вряд ли встанут к завтраку. Подниматься раным-рано — удел стариков, молодежи больше пристало валяться в постели до полудня. И вообще лучше бы им заниматься исключительно друг другом, как и полагается молодоженам. Это значительно облегчило бы жизнь ему, Калриссиану, в этом кишащем бандитами месте с разыскиваемой Первым Орденом влюбленной парочкой на борту. Однако Бен и Рей все же показались из своей каюты, когда на экране хронометра было всего около семи тридцати по общегалактическому времяисчислению, и Лэндо с проницательностью, свойственной его годам, тут же предположил, что это неспроста.
К несчастью, он не ошибся.
В какой-то момент Калриссиан поднял сурово-растерянный взгляд на Рей, как бы говоря: «Хоть ты отговори этого сумасбродного паршивца от его затеи».
Рей поняла, к чему он клонит, и плечи ее поникли. В глубине души она сознавала — не могла не сознавать, — что даже если Бен откажется от своей задумки, это не решит проблемы. Не отведет угрозу от Леи и от них самих.
Лэндо повернулся к Бену.
— Ты понимаешь, парень, на что идешь?
Тот кивнул, по-прежнему сохраняя молчание.
Видя на его лице спокойную убежденность, Калриссиан принялся судорожно качать головой.
— Твоя мать ни за что не одобрила бы…
— Моя мать сейчас в плену, — хмуро отозвался юноша. — Ты и сам слышал, где она сейчас, Лэндо. И наверняка догадываешься, что
— Я обещал Лее приглядеть за тобой. Уберечь от беды.
Бен ответил не сразу. На долю секунды он сжал кулаки. Его мышцы угрожающе напряглись.
— Мне вовсе не обязательно спрашивать у тебя согласия, — ледяным тоном напомнил юноша. — Я — не пленник здесь. Могу идти, куда захочу и делать, что хочу, так ведь? — Он суховато сглотнул. — Твое право помочь мне и Рей или умыть руки, но без твоей помощи нам придется использовать Силу…
— При посторонних? — Лэндо вскочил на ноги. — Ты с ума сошел, сопляк? Вы можете себя выдать. И уж точно нарветесь на неприятности. Не забывай, здесь владения хаттов. А ваши джедайские фокусы не действуют на хаттов и на большинство их приспешников…
Люк Скайуокер как-то раз пытался промыть мозги Джаббе Хатту — и попал впросак.
— Так помоги мне, — повторил Бен с напором. — Помоги нам. Помоги моей матери. Сделай то, что я прошу…
Голос его дрогнул, и юноша торопливо умолк, как будто опасался произнести вслух то, что говорить вообще-то не должен был, хотя эта мысль уже давно витала между ними — и даже сам Лэндо, хотя он и делал вид, что не замечает ее, наверняка понимал, к чему идет весь этот разговор.
«За тобой должок, Калриссиан».
Давний должок, о котором давно никто не упоминал — ни Хан, ни Лея, ни их сын, ни Люк, ни сам Лэндо, — но который каждый из них по-прежнему хранил в памяти.
«Однажды ты уже предал моих родителей. Не повторяй былой ошибки. Не бросай мою мать в беде».
Калриссиан умолк, переводя дух. С видом глубокой озабоченности он утер лоб тыльной стороной ладони — Лэндо уже привык к тому, что, когда он нервничает, пот катится с него градом, — и, выдержав короткую паузу, спросил:
— Почему бы нам просто не сообщить Сопротивлению, где искать Лею?
— Сопротивление не сможет добраться до Бисса, — вставила Рей. — Единственный безопасный гиперпространственный маршрут на территории Ядра контролируется Первым Орденом, а лететь обходным путем слишком рискованно.
Уж она-то знала, о чем говорит. Хотя она поделилась с Леей данными навигационного компьютера «Ипсилона», однако едва ли рассчитывала даже на то, что кто-нибудь из летчиков отважится повторить их с Теем путь через Глубокое Ядро. Если припомнить все ловушки, встречавшиеся им на пути — и пространственно-временные разломы, и гравитационные аномалии, и само притяжение центра галактики, — Рей готова была согласиться, что соваться в те края равносильно самоубийству, и честно сказала об этом генералу Органе на записи, которую передала По.
Калриссиан не нашел, что возразить. Он спокойно покивал, давая понять, что принял к сведению этот аргумент, затем снова поглядел на Бена и наконец тяжело вздохнул.
— Ну и задачи вы передо мной ставите, ребятки. Одна невозможнее другой.
Однако в самом звучании его голоса было что-то, не оставляющее сомнений, что он уже готов согласиться. Как ни крути, если эти детишки говорят все как есть, похоже, ни у них, ни у самого Лэндо попросту нет другого выхода.
Он поднялся и, подойдя к Бену, опустил руку парню на плечо. Конечно, злость и отчуждение, которые Калриссиан испытывал к этому хаттовому ублюдку, так никуда не делись, но все же он понимал, что такое решение далось юноше ой как непросто. А умение принимать сложные решения, а тем более в ущерб самому себе — это качество, которое, как не крути, заслуживает уважения.