Сердце ангела
Шрифт:
Маленький Дарел качался на верхушке дерева, глотая слезы. У подножия дуба багровели останки его родителей, и мальчик не сводил с них взгляда. Все это – набег, смерть родителей – произошло так быстро, что он с трудом осознавал происходящее. Все это казалось кошмарным сном. Который должен вот-вот развеяться. Нужно было только ущипнуть себя как следует. Но он не мог даже этого – он изо всех сил держался за дерево.
А потом появился архонт. Дарел не помнил, откуда тот взялся. Просто в какой-то момент понял, что они смотрят друг другу в глаза. Это продолжалось недолго. Дарел ясно ощутил, что сейчас умрет, но затем… Затем
И вот теперь, лежа у ног архонта и корежась от глухой ненависти, Дарел испытал до боли знакомое чувство. Как и в тот раз, он был беспомощен и бесполезен. Он был слабее дождевого червя – тот хотя бы мог зарыться в землю. Но тогда, двадцать лет назад, это еще не было унижением. А сейчас…
– Эй, слушай меня внимательно, – прорвался в его сознание голос архонта. – Я перенесу тебя через магический портал в Башню. Ты пойдешь по следам этих магов. Следов будет много. Сражаться больше ни с кем не придется. Думаю, Берсень уничтожит всех, кто попытается его остановить. На этом пути он потратит много сил и будет слабым. Тебе останется только догнать его и прикончить. Ты сделаешь это?
Дарел прорычал что-то невнятное.
– Ты сделаешь это, – кивнул архонт. – Ведь именно этого ты и хочешь. Обо мне не думай. Когда мы встретимся в следующий раз, кто-то из нас умрет. Но сейчас – должен умереть Берсень. Согласен?
Ответа Даэлор не стал ждать. Коснулся шеи капитана, и тот мучительно захрипел. Кровь в жилах будто вскипела. Обжигающая волна, одновременно приятная и болезненная, прокатилась по всему телу. Отступили боль, слабость, разочарование, сомнения, все это смыло, как грязную пену. Дарел впервые за несколько лет ощутил себя свежим и отдохнувшим, словно только что побывал на итанийском курорте. В мышцах играла такая мощь, что, казалось, только поведи плечами, и остатки доспехов рассыплются на куски.
Дарел чуть шевельнулся, проверяя тело. Один рывок, и он встанет на ноги. Вот только что дальше? За спиной архонта маячили наготове два аколита, к ногам их ластились хейлоты. Что может сейчас Дарел? Перебить их всех голыми руками? Да, возможно, но… Даже если сможет… даже если уничтожит всех этих тварей… как насчет Берсеня и Арнора? Сможет ли он найти их в этих подземельях?
– Где мне искать их? – выдавил из себя Дарел.
– Правильный ответ, – улыбнулся архонт.
– Ты! – Дарел ткнул в него пальцем и процедил: – Потом… после того как найду их… потом я найду тебя.
– Как тебе будет угодно, – пожал плечами Даэлор. – А сейчас… Поднимите его!
Аколиты шагнули к нему, но Дарел медленно поднялся сам, стараясь не показать, насколько хорошо он себя чувствует. По губам архонта скользнула усмешка – он знал, что с Дарелом. И без труда раскусил простенькую уловку.
Аколиты застыли наготове, и Дарел презрительно скривился. Его распирала такая сила, что аколиты казались неловкими увальнями.
Даэлор приблизился, взял капитана за плечи и заглянул в глаза. Изо рта архонта неприятно пахнуло, и Дарел брезгливо отодвинулся.
– У меня есть кое-что для тебя, капитан. Думаю, это тебе понравится.
Дарел вгляделся в лицо архонта. За спиной капитана мерно пульсировал портал, и зрачки архонта пульсировали ему в такт, то заполняя всю радужку,
– Неужели?
Архонт протянул руку, и ему передали ножны с мечом. Даэлор обнажил клинок, и Дарел не смог отвести глаз. С виду обычный карнелийский меч, без украшений, без излишеств. Прямой клинок, несколько утяжеленный, с расчетом на толстую кирасу, и как раз по руке капитана. Но не это привлекло его внимание. Что-то было сокрыто в этом мече, какая-то древняя сила. Дарел и сам не мог объяснить, откуда у него такое чувство, но…
– О-о, вижу, ты чувствуешь это, – оживился архонт, – это хорошо. Возьми его.
Дарел взял меч не раздумывая. Он все никак не мог понять, почему этот клинок притягивает его к себе как магнит.
– Я отвечу тебе, – сказал архонт. – Это меч Адриана. Посмотри на крестовину.
Вглядевшись, Дарел обнаружил в основании крестовины выгравированный щит с буквой «А».
– Возможно, ты знаешь – это герб Адриана.
– Но… этого не может быть. Меч был расплавлен молнией Уриэля.
– Да, так написано в вашей истории. Но я слышал другое. Адриан был не просто убит. Его душа была разделена пополам. Одну часть Адальберт вложил в его меч, а вторую в какой-то медальон. А потом епископ хорошо спрятал эти вещи. Много веков их искали Посвященные. Но меч нашел я. Здесь, в Финмаре. Хейлоты много лет искали его для меня в различных подземельях. А я отдаю его тебе. Этот меч поможет тебе убить мага. Ты ведь знаешь, как трудно убить мага обычным оружием. Но этот клинок убьет сразу. Никакой маг не успеет излечить себя.
– Он зачарован?
– Тебя беспокоит, что Адриан был колдуном? – Даэлор рассмеялся. – Нет, не в этом дело. Адриан был величайшим воителем. Он убил много воинов, но еще больше – магов. Он не ведал страха и сомнений. Его душа и его меч не знали поражений. И все это содержится в этом клинке. Это не магия. Во всяком случае, не то, о чем ты думаешь.
Рука Дарела сомкнулась на рукояти, и та прильнула к ладони. Капитан ощущал меч так, словно всю жизнь провел с ним. Не нужно было делать пробных ударов или взмахов, он уже знал, чувствовал все, на что способен этот клинок.
– Видишь? Чувствуешь? Этот меч идеально подходит тебе. Он словно создан для тебя. Или, может, это ты родился для него. Понимаешь? А теперь иди и убей магов. А потом мы встретимся. И ты попробуешь убить и меня этим мечом. Согласись, я сделал тебе неоценимый подарок? – Архонт улыбался, демонстрируя ряды острых, как кинжалы, зубов.
– Еще бы. – Дарел опустил глаза. – Никто не делал мне таких подарков. И я… я благодарен тебе.
Клинок с шипением разрезал воздух в месте, где мгновением раньше находилась шея архонта. В тот же миг сильнейший толчок зашвырнул Дарела в портал.
– Убей Берсеня, – донеслось до тонущего в голубой мгле капитана. – А потом, быть может, мы и встретимся.
Рунный зал едва не ослепил Берсеня. Десятки фонарей, развешанных вдоль стены, источали ярчайший, до боли в глазах, свет. Но еще ярче блистали латы двух десятков рыцарей, преграждавших выход из зала. Облаченные в полные доспехи, с опущенными забралами шлемов, с небольшими треугольными щитами на локтях, они стояли, сложив руки на мечах. На груди каждого красовалось изображение голубя.