Сердце ангела
Шрифт:
Немногочисленные посетители, хотя и одетые в разную, от рванья до дорогих камзолов, одежду, меньше всего напоминали обитателей трущоб. Никто не горланил песни, не валялся под столом или носом в тарелке, в общем, все вели себя очень тихо и мирно. А разговаривали едва ли не шепотом…
«Точно, какой-то тайный притон, – уверился Эрик. – Хм, это мне повезло или…»
Получив ощутимый тычок в спину, Эрик потерял равновесие, но вышибала его ловко подхватил под руку и прошипел в ухо:
– Хватит пялиться по сторонам. Здесь уважаемые люди. А не какая-нибудь…
Верзила привел Эрика в дальний угол трактира, остановился у высоких зарослей
– Обожди здесь, – буркнул вышибала и шагнул сквозь листву, очевидно маскировавшую проход в нишу.
Эрик хмыкнул и, пользуясь случаем, еще раз оглядел харчевню.
«Это не просто притон, – подумал он. – Сердце преступного мира. Именно здесь заседают короли ночного Уормса. Что ж, мне выпал отличный шанс стать…»
Его мысли прервал сильный рывок за руку, в результате чего Эрик очутился в небольшой уютной комнатке, прямо перед столом, за которым сидел мужчина лет сорока с благородным лицом, испортить которое не могли десятки шрамов, изрезавшие его вдоль и поперек.
– Ступай, Барни, спасибо, – хрипловатым голосом распорядился аристократ. – Ты поступил правильно, пригласив сюда этого человека.
Верзила поклонился и исчез, зашуршав листьями.
– Меня зовут Гангель Мун, – представился дворянин. – В прошлом – барон фон Фалькенштейн, сейчас можно просто Ган.
Часы пробили полночь. Зевнув, бургомистр Риллан Брун помотал головой, разгоняя дремоту. Ратуша давно опустела, и только он один все еще оставался в своем кабинете. Здесь всегда царил полумрак. Риллан панически боялся сквозняков, так что тяжелые портьеры никогда не обнажали наглухо запечатанных окон. Свет источали только жарко протопленный камин, несколько тяжелых канделябров с горящими свечами на письменном столе, да еще днем зажигались масляные светильники на стенах.
Ночью же единственным освещенным местом в кабинете оставался крохотный пятачок у камина, где за письменным столом и работал бургомистр. Подперев подбородок кулаком, он с унылым видом перебирал бумаги. Привычки работать ночами он не имел, поэтому его неудержимо тянуло в сон. Время от времени задремывал, голова соскальзывала, Риллан просыпался и снова погружался в изучение бумаг.
В очередной раз встрепенувшись ото сна, бургомистр потянулся, хрустнув суставами, и поплотнее завернулся в подбитый мехом плащ. Несмотря на жаркую летнюю ночь, в ратуше царил холод, как в архаичном замке какого-нибудь провинциального барона. Выстроенная много веков назад ратуша Уормса по сути и была замком, в котором люди могли найти убежище в случае, когда враги прорывались через городские стены. В те времена, когда Арманию раздирали многочисленные войны, когда все воевали со всеми, уормская ратуша не один раз спасала горожан от смерти.
Но суровая эпоха давно канула в Лету, городские стены были снесены, и только ратуша все еще возвышалась над городом как памятник седой древности. Хорошо приспособленная для военной жизни, она оказалась крайне неудобной для мирной. Ратманы давно уже ставили вопрос о строительстве нового здания, но бургомистр всякий раз противился этому, ссылаясь на самые разные причины. То на нехватку средств в бюджете города, то на необходимость сохранения этого «шедевра средневекового зодчества».
Риллан испытывал какую-то странную и необъяснимую приязнь к этому мрачному и вечно холодному сооружению. За
Однако ратуша в сравнении с замками имела неоспоримые преимущества. Во-первых, располагалась в центре города, во-вторых, расходы на нее оплачивались из городской казны. В общем, Риллан находил это выгодным. Раздражали только постоянный холод и сквозняки. Но тут уж приходилось приспосабливаться. Надевать подбитую мехом одежду, работать рядом с камином, отогреваться вином…
В лицо Риллану пахнуло свежим воздухом, огоньки свеч встревоженно затрепетали. Вскинув голову, бургомистр прищурился. Из темноты, бесшумно ступая по мягкому туранийскому ковру, показалась завернутая в плащ фигура. Из-под капюшона блеснули оранжевые огоньки глаз, и бургомистр отвел взгляд. Привыкнуть к Куратору в его обычном облике было не просто.
– Слава богу, – прошептал бургомистр. – А то я уж начал волноваться.
Куратор двигался медленно, очень упругой, пружинистой походкой. При его приближении из-под груды бумаг на столе выползла черепашка – любимица бургомистра и заковыляла к хозяину.
– Вы просили срочно, не так ли? – Голос гостя был невыразителен.
– Да. – Бургомистр подхватил черепашку на руки. – Мне нужна помощь. Ретивость господина Геллера перешла все мыслимые границы.
– Каспар Геллер – специальный эмиссар ОСА и… любимчик герцога Норвальда.
– Возможно, но… Нужно что-то с ним делать.
Куратор навис над столом. Риллан не предложил ему сесть – это было бесполезно. Куратор никогда не садился.
– Он отличный служака. Просто он многого не знает. Отсюда и излишнее рвение.
– Ну так просветите его! – раздраженно отозвался бургомистр.
– Не сейчас.
– Но мне-то что делать? Один из магов, о которых я сообщал, задержан. Его уже допрашивают, но… Сами понимаете, это дело не одной минуты. Геллер, чую, вот-вот наложит на него свои руки. И что мне делать? Я не могу открыто чинить препоны эмиссару ОСА.
– Не волнуйтесь. Пару часов мы выиграем.
– Всего-то?
– Всесильны только Господь и архангел его Уриэль.
– Хорошо, не будем терять времени. Что нужно от меня?
– Пустяк. Подписать пару бумажек. А заодно, раз уж я прибыл, есть ли у вас еще какие-нибудь вопросы, пожелания, просьбы?
У бургомистра екнуло сердце – еще бы! Еще бы у него не было! Да и сам Куратор отлично знает, что интересует Риллана в первую очередь.
– Я насчет… ну, моего прошения… – сбивчиво заговорил Риллан. – Уже столько времени… Я беспокоюсь…
– Я понимаю ваше волнение, – кивнул Куратор. – Но и вы должны понять. Далеко не каждый удостаивается такой чести. Ваши дела и ваши заслуги, все будет рассмотрено и взвешено. Вы получите ответ. В свое время.
– Да-да… Но нельзя ли побыстрее… Мне уже шестьдесят… А тут сквозняки… – забормотал бургомистр, не отрывая взгляда от стола.
– Я уже ответил вам, – отрезал Куратор. – Не заставляйте меня повторять дважды.
– Да-да, простите, – закивал Риллан, избегая смотреть гостю в глаза.