Серая тень
Шрифт:
— Не надо меня связывать. Я не специально, честно.
— Верю, но поможет тебе это мало. Что ж, бинты накладывать не будем, от них только хуже, придется вокруг тебя воздушную подушку делать.
Васька неуверенно кивнул и тут же наткнулся взглядом на служанку. Глаза женщины неотрывно смотрели на его рану и в них застыло странное выражение. Если бы Васька мог в это поверить, он решил бы что ей его жалко. Он был согласен, зрелище не очень приятное, но тут он ничего поделать не мог.
Целитель обратил внимание на застывшую рядом служанку и отправил её за горячей водой. Потом он обрабатывал
— Ух, ты. Щекотно.
— Ничего страшного. Потерпишь.
— Потерплю конечно. — Васька бледно улыбнулся, но было заметно, что обработка ран далась ему с большим трудом. Вид мальчик имел довольно бледный, лоб покрылся испариной, губы были искусаны в кровь.
— А теперь давай возвращаться в кровать. Если Хазеель застанет тебя в его любимом кресле, всем мало не покажется.
Васька беспечно пожал плечами, но в постель его всё же вернули. Эльф осторожно закутал мальчика в одеяло, заклинание всё равно не позволит ничему прикоснуться к его ране, и опустил его на пахнущие свежестью простыни.
— Отдыхай, я ещё зайду. Хазеель сказал тебе, во сколько вернётся?
Васька, истративший силы на борьбу с болью устало моргнул и отрицательно помотал головой.
— Понятно.
Мальчик несколько раз усиленно моргнул, прогоняя дремоту, но проиграл ещё в самом начале. Его затуманенные сном и болью глаза ещё один раз приоткрылись, потом он тяжело вздохнул и окончательно провалился в сон.
Целитель ещё какое-то время постоял рядом, недовольно хмуря брови. Он не любил такое своё состояние. Не часто ему приходилось чувствовать собственную беспомощность. А здесь он был именно беспомощен. Или мальчик мобилизует все внутренние резервы своего организма и начнёт выздоравливать, либо всё закончится очень печально.
— Через пару часов его нужно разбудить и накормить, даже если он будет сопротивляться. Ему сейчас сила нужна, рана почти не закрывается. Это очень плохо.
Служанка коротко кивнула, показав, что распоряжение достигло её ушей. Как только за целителем закрылась дверь, вторая служанка выскользнула из ванной и, кивнув первой, тоже скрылась за дверью. Та же женщина, что перестилала постель, приблизилась к кровати и внимательно посмотрела на спящего мальчика. По её лицу ничего нельзя было прочитать, но сухой блеск глаз выдавал её внутреннее напряжение. Ей явно было плохо от того вида, что она наблюдала, но показывать свои эмоции женщина явно не привыкла.
Васька не знал, сколько проспал, но когда его начали требушить, он почувствовал себя жутко не выспавшимся. Открыть глаза помогли запахи, пахло очень завлекательно и живот тут же отозвался нестройным урчанием. Пришлось открыть глаза и осмотреться. Рядом была та самая служанка, что перестилала ему постель. Женщина удостоверилась в том, что он проснулся и, подойдя поближе, спросила. — Помочь тебе сесть?
Васька прислушался к своему организму и нерешительно кивнул. Помощь явно не помешает. Во всём организме разливалась неприятная слабость. Даже вчера он
Служанка помогла мальчику подняться, поправила одеяло, подушки за спиной, потом подумала и добавила к ней вторую. Как только она убедилась, что мальчику вполне комфортно, она взяла со стола поднос и поставила его на колени мальчика. Потом она достала из кармана небольшой колокольчик и поставила его рядом с подносом.
— Когда закончишь, звони. Я заберу посуду. Что-то ещё?
Мальчик отрицательно мотнул головой, а потом спохватился и спросил.
— А как вас зовут?
Женщина с удивлением посмотрела на мальчишку. За всё то время, что она служила у эльфов, редко кто спрашивал у неё имя, поэтому она несколько растерялась. Впрочем, она довольно быстро взяла себя в руки и ответила.
— Можешь звать меня Файзия.
— Спасибо Файзия. Вы мне очень помогли. — Мальчик тепло ей улыбнулся и приступил к трапезе. Он сам не понимал, откуда в нём это сводящий с ума голод, но остановиться не мог.
Женщина ещё какое-то время постояла, потом кивнула каким-то своим мыслям и вышла.
Сантион сидел в своём кабинете и задумчиво постукивал кончиками пальцев по крышке стола. Звуки получались довольно музыкальные, но он не обращал на это внимания. Сейчас его куда больше волновал вопрос, когда же волчица соизволит показаться на их землях. Если бы она прошла лес, ему бы уже сообщили. Или нет? Эльф перестал музицировать и резко выпрямился в своём кресле. Лес, он ведь её защищает, иного эльф придумать не мог.
— И что же ты ждёшь. Ты ведь знаешь, что должна прийти, не можешь не прийти.
Он был прав, совсем неподалёку от Элорада Ксанку буквально выворачивало от желания дойти до мальчика. Ваське было очень плохо, она это чувствовала. Зверь внутри девушки бесновался, что выражалось в постоянной смене цвета глаз и то и дело удлиняющихся клыках. Даже эликсир не был помехой.
Фикр сразу же заметил состояние девушки и начал беспокоиться. Передать её эльфам без лишних проблем очень хотелось, но он чего-то видимо не учёл. После нескольких часов метаний девушка видимо устала и теперь лежала на диване уставившись вперёд бездумным взглядом. Конечно, её вид был уловкой призванной обвести невольных наблюдателей, вокруг пальца. На самом деле девушка напряжённо думала. В том, что она скоро встретится с Васькой, девушка не сомневалась, но вот что делать дальше не представляла. Эльфы ведь её не на увеселительную прогулку в парк зовут. Подвергать мальчишку ещё большей опасности она не собиралась, а для этого нужно было как-то вызволить его из цепких лапок остроухих и отправить его подальше.
Ещё одной проблемой был зов. Он сильно отличался от того, что оборотню приходилось испытывать до сих пор. Всё говорило о том, то артефакт чувствует своего носителя и очень сильно хочет с ним соединиться. Это было непривычно и даже немного пугающе. Хотя зов ощущался скорее как ровное греющее свечение, по сравнению с теми эмоциями, что исходили от мальчика, это как будто голой кожи коснулись зажжённым факелом, опаляя волоски.
Зов артефакта ласкал и обволакивал, обещая защиту и успокоение. Слишком хорошие эмоции, слишком настораживающие.