Серая Печать
Шрифт:
– - Это да... У нас у всех то ж самое.
– - Андрей кивнул, подойдя вплотную к краю мостовой с черным пятном на ней.
– - Итак. Вот тут его и сожгло...
Он осмотрелся, пытаясь определить, откуда мог взяться Малельтиит. Столб освещения на противоположной стороне улицы, струны проводов, окна, кирпичные стены домов, никаких коммуникаций или люков в мостовой...
"Откуда-то ведь он вылез! Он должен был где-то сныкаться -- без свидетелей же!"
"Мм... А тут что?..
– - Нии зеленым огоньком вспорхнула на уровень крыши, зависнув прямо напротив желоба водостока.
– - Ага. Он спускался
"Тогда понятно, почему мостовая.
– - Айа голубым огоньком облетела растрескавшуюся от жара гальку мостовой.
– - Он об нее шмякался, чтобы энергии больше было. Умен."
"Итого -- нужен стальной или черепичный скат крыши, обязательно мощеная улица и полдень. Малельтиит -- солярное существо, естественно, поэтому ночью и в сумерках его не жди.
– - Андрей невольно кивнул Риту, соглашаясь с его выводами.
– - Сейчас начало четвертого -- сегодня он уже не выйдет... Убил он двоих, на отлежку ушло два дня. Сегодня пятый день, значит послезавтра или завтра будет ещё одно нападение. Нужно с утра быть тут."
Андрей кивнул, встал от обугленного пятна и пошел тормошить Симкана -- два следующих дня обещали быть насыщенными.
***
В начале десятого Андрей уже был на улице, праздно шатаясь по городу и выжидая. Айа постоянно следила за всем вокруг, пытаясь отыскать разум сбрендившего духа. Бесполезно, к сожалению.
Прошел час.
Андрей сел перекусить в открывшемся трактире -- работа, конечно, работой, но на голодный желудок ловить Красного Измененного не хотелось совершенно. Ясная, солнечная погода начала сентября только добавляла мрачности Серой Печати -- чем теплее вокруг, тем больше шансы нового убийства. К одиннадцати он уже заскучал, потихоньку надеясь, что сегодня пронесет...
"Я его нашла.
– - мрачно, с отвращением сказала Айа.
– - Идем, покажу где он засел."
Она появилась огоньком перед носом Андрея и повела его прочь от центральной площади Вимы, в квартал Печатей. Андрей шел за духом внутренне удивляясь, как легко все обернулось. Айа держала малельтиита под контролем, полностью сковав его волю.
Нии появилась слева, скорее по наитию, чем осознанному желанию. Рит тоже проявился огоньком и сейчас висел над головой Андрея, мертвой хваткой держа нити реальности. Предопределенность исхода расслабляла. Андрюха невольно рассмеялся идиотизму сюжета "Грани Будущего". Зачем вообще раз за разом проходить временную петлю -- если у тебя есть контроль над временем необходимости в повторении нет никакого...
– - А ну слезай оттуда, негодный мальчишка!
– - Айа в полный рост появилась в паре метров от своего владельца, рассматривая что-то под коньком крыши.
Нечто выплывшее из-под крыши больше всего напоминало поток пламени или протуберанец, полыхающий из одной точки.
– - Наш убивец.
– - вздохнула Айа, указав на помесь кометы и факела.
– - А те книжки надо на помойку...
– - Почему?
– - Да потому, что это просто голодный, испуганный ребенок. Как гадко получается...
Андрей, с легкой руки Голубой во всем разобравшийся, был смущен так же, как она. Но выхода нет.
"Ну не-е-ет...
– - Нии попятилась, -- Не буду я убивать восьмилетнего мальчишку! Ты что?.."
"Через час он обратит в пепел мать
– - Я не могу вытянуть его обратно. Слишком давно все случилось... Мне очень жаль, но или он или она. А дальше я даже смотреть не буду -- там сплошные головешки."
Зеленый дух зарычала и сомкнула кулак, сквозь выступившие слезы смотря на пляшущий перед ней огонек. Пламя угасло, не оставив и следа. Только небольшой дымок был единственным свидетельством того, что малельтиит вообще был.
Айа стиснула зубы, отвернулась и исчезла.
Андрей подошел и без слов обнял Нии. По щекам девушки катились слезы, она стояла опустив руки и плакала, не в силах стерпеть той мерзости, что ей пришлось сделать по его указке. Ее Печать просто гладил Смерть по голове, безуспешно пытаясь заглушить черное отчаяние плачущей навзрыд девушки.
Андрей и сам глотал слезы, прижимая к себе хрупкие плечи Великой Т'Найл. Чудовищность его поступка опустошала, никакие модификации Зеленой не могли настолько заглушить совесть парня. Как дальше с этим жить, он не знал.
"Прости. Мне нужно забыться."
Нии медленно растворилась в воздухе, оставив Андрея в одиночестве отчаяния и ужаса.
Он.
Убил.
Ребенка.
***
Андрей долго не мог прийти в себя. На следующую ночь он смог уснуть только с помощью бутылки виски, но не каждый же день пить! Он убеждал себя в необходимости своего поступка, Рит точно знал, что будет потом, и это знание было единственным его оправданием. Фиолетовый дух непреклонно повторял, что не было другого выхода. Конечно, они все знали это, но толку...
Айа очень переживала из-за собственного неуместного любопытства. Если бы она не прочла мальчика, было бы намного проще. Андрей ни в чем ее не винил, но...
Ужас, пропитавший мальчишку, намертво впечатался в память девушки. На первый раз малельтиит просто не понял, что произошло, и почему тетя, к которой он подошел спросить, где он, вдруг вспыхнула живым факелом. Мальчик в ужасе убежал от нее и долго не мог выйти из какого-то угла, куда он забился. А потом эта девочка... В ее руках была сдобная булочка, а он ничего не ел уже очень давно и... она тоже сгорела. Когда Айа его нашла, он был в полной прострации. Прекрасно осознав, что именно он виноват в случившемся, несчастный малельтиит забился в угол и твердо пообещал себе больше никого не трогать. А потом пришли они.
Нии просто молчала, день за днем никак не проявляя себя. Андрей чувствовал ее, но тактично не трогал девушку, дав ей время на примирение с собой. Зеленой пришлось хуже всех. Никакие доводы не действовали, она клеймила себя убийцей невинного дитя, отказываясь признавать необходимость данного ей приказа. Андрей даже подумывал убедить ее, что виноват только он, но она с яростью накинулась на него, наполовину защищая, наполовину упрекая в том, что она не инструмент.
После такой тирады Андрей в первый раз пожалел о своем отношении к духам, но делать нечего -- раз уж начал, так и держи. Серые будни прекрасно отражали его скатившееся в ноль настроение, депрессивности добавляла дождливая и промозглая осень. Мешки под глазами и кофе стали для него так же привычны, как и отвратительное самочувствие. К концу недели он окончательно расклеился и взял выходной на субботу с четким намерением окончательно расправится с початой бутылкой виски.