Серая чума
Шрифт:
– Я готов, дитя глины, – усмехнулся Великий Хан, расправляя могучие плечи. – Барахия, мой добрый куттаб, брось жребий, реши, чей удар станет первым.
Престарелый джинн вытянул руку, и в ней материализовался глиняный кувшин. Барахия встряхнул его, перевернул вверх дном и вытянул оттуда черепок с портретом Креола.
– Человек чарует первым! – дрожащим голосом выкрикнул старик.
– Очень хорошо, – кивнул Креол, растирая запястья. – Я требую в случае моей победы вернуть моего раба и заплатить дийа [25] .
25
Материальная
– Еще и дийа?! – поднял брови аль-Шугеддим. – Однако ты нагл, порождение глины! Я прожил на этом свете шесть тысяч лет, но до сей поры не встречал… впрочем, пусть будет так. Я дарую тебе право на любую дийа по твоему выбору. Если, конечно, тебе удастся победить. Если же нет… хм… тогда ты пожалеешь, что вообще осмелился явиться в Каф. Может, лучше просто сыграем в нарды? – насмешливо предложил он.
– Я не умею, – отказался Креол.
– Жаль, у меня давно не было достойного соперника… – вздохнул аль-Шугеддим. Он очень любил нарды. – Ну, тогда начинай!
Креол принял боевую стойку, выкрикнул слово-ключ и швырнул в аль-Шугеддима Огненный Молот. Царь джиннов только слабо улыбнулся, даже не пытаясь отклониться. Концентрированный сгусток сверхгорячей плазмы, способный мгновенно превратить слона в обгорелый скелет, обтек Великого Хана и бесславно испарился. Маг равнодушно пожал плечами.
– А теперь я покажу тебе все сто двенадцать превращений! – торжествующе воскликнул аль-Шугеддим. – Я не буду убивать тебя сразу, я сначала поиграю с тобой – мне уже давно никто не бросал вызова!
– Пустые слова, и только-то, – криво усмехнулся Креол. – Кроме этого ты на что-нибудь способен? Пока я вижу только пустые слова.
Великий Хан гневно взревел, стремительно меняя форму. Исполинский красный тигр хлестнул хвостом по полу и бросился на Креола. Из руки мага выросла огненная плеть, он взлетел в воздух и стеганул зверя по морде. Тот мгновенно переметнулся в плюющуюся кобру, раскрыл пасть и изрыгнул в противника комок яда. Блеснул Щит Эа, яд бесславно растекся и ушел в пол. Креол снова хлестнул аль-Шугеддима плетью, другой рукой швыряя сразу горсть Огней Шамаша. Джинн начал расти и покрываться перьями, пока не оборотился гигантским грифоном. Чудовищный полулев-полуорел сипло крикнул и ударил клювом, целясь в голову мага. Бронзовый Доспех, выросший в последнее мгновение, принял на себя смертельный натиск, но тут же рассыпался.
Верховный Маг Шумера и Великий Хан Кафа добрый час швыряли друг в друга смертоносные заклятия. Джинн постоянно менял облики, пытаясь найти такой, против которого в арсенале Креола не окажется защиты, поливал его огнем, метал самые разные снаряды. Маг едва успевал сменять защитные заклятия, чередуя их с атакующими. Если бы не магический полог, отгораживающий зрителей от поединщиков, тронный зал уже превратился бы в груду обломков.
В конце концов аль-Шугеддим превратился даже в сонную блоху и впился в кожу Креола. Но тут же отлетел назад
Мана у обоих противников подходила к концу. Из ладони Креола выскочил Меч Бури, и он взвился в воздух. Джинн уклонился от удара, превратившись в дымное облако, лишился определенной формы, окутал мага клубами горячего пара, но несколько холодных электрических вспышек заставили его вернуться к прежнему обличью. В руках аль-Шугеддима материализовался длинный смерч, и он хлестнул им Креола. Меч Бури встретил его на полпути, и две родственные стихии начали давить друг друга. Со стороны они напоминали два вихря, встретившиеся в небесах и не желающие уступать друг другу дорогу.
Креол все больше слабел. Все-таки он был человеком, и физически порядком уступал царю джиннов. Обоих противников окутало огненное облако – их ментальные щупальца соприкоснулись, перейдя к прямому единоборству. Маг яростно процедил:
Гирра могучий, буря яростная,
Ты справедлив к богам и царям,
Ты вершишь суд разоренных мужчин и женщин,
Судя меня, ты гневаешься, как герой Шамаш!
Дело мое рассуди, решение по нему прими!
Марида спали!
Врага моего пожри, недруга моего истреби!
Твоя злая буря пусть его настигнет!
С последним словом заклятия из Креола извергнулся особенно мощный импульс. Аль-Шугеддим отлетел назад, упав на спину. Но тут же вскочил на ноги – обозленный еще сильнее. Он принял свое настоящее обличье, пронесся к Креолу подобно молнии, в его руке материализовалась кривая сабля, богато украшенная вязью, ударила мага по шее, сокрушая все защитные поля… и голова слетела с плеч.
Обезглавленное тело Креола повалилось на пол. Голова еще некоторое время катилась, разбрызгивая капельки крови.
Глава 9
Ванесса и Логмир несколько секунд тупо пялились на двух совершенно одинаковых принцесс. Принцессы возмущенно пялились друг на друга. Причем с абсолютно одинаковым выражением лица – не девушки, а два воплощения гнева и ярости.
– Я не поняла… – наконец открыла рот Ванесса. – Вы что, близняшки?
– Я настоящая принцесса, а она колдунья! – одновременно воскликнули обе Гвениолы. Совершенно в унисон – голос в голос, как будто заранее репетировали.
– Подруги, потом разберемся! – схватил обеих за руки Логмир. – Бежим!
Ванесса вспомнила о Индраке, мысленно пнула себя под зад и устремилась следом за Логмиром и визжащими принцессами. Двурукий бежал с обычной скоростью, без «гиперускорения», но изнеженным особам королевской крови в ночных сорочках и это казалось чересчур жестоким. Если бы краснокожий закатонец не сжимал их ладони мертвой хваткой, они бы вообще не сделали ни шагу.
– Быстрее!… – послышался сдавленный хрип спереди. – Индрак… больше… не может…
– Давай, подруга, пропихивай этих! – ухватил в охапку ближайшую принцессу Логмир. – Потерпи, волосатый!