Сэр
Шрифт:
— Приспосабливаемся. — Он произносит это слово, раздувая ноздри. — В какой реальности мы могли бы так хорошо узнать друг друга? Ты похожа на ураган, когда злишься...
— А ты похож на Ледниковый период, который так и не растаял…
— И ты думаешь, что мы уже приспособились?
Я прикусываю щеку, чтобы сдержать смех.
— Глупая надежда.
— Именно.
— Итак, мы обречены.
— Да.
— Кто сдастся первым?
— Я не сдаюсь, мисс Монткальм. — От его взгляда
Я снова облизываю губы.
— Это проблема, мистер Уэст, потому что я тоже.
У него самое беззаботное выражение лица, какое я когда-либо видела. Оно мальчишеское и радостное, как будто он не ходит с тяжелым грузом на плечах. Время от времени он поглядывает на меня, и я встречаюсь с ним взглядом. Мое тело напрягается, когда Уэст, наконец, возвращается к своему креслу и садится рядом со мной.
Все еще глядя на меня.
Мои щеки вспыхивают от его внимания. Отворачиваюсь, на этот раз не зная, что мне делать. Я взволнована, хмурю брови, пока щелкаю по экрану, а затем осматриваю стол в поисках того, чем бы заняться.
— Закончились бесполезные задания, которые нужно выполнить? — интересуется он, заметив мою отчаянную попытку отвлечься.
— В любом случае, уже почти конец рабочего дня, — говорю я, постукивая ногтями по столу и продолжая смотреть в сторону.
— Я плачу тебе не за то, чтобы ты сидела сложа руки.
Я поворачиваюсь к нему лицом, хотя мне требуется немалое усилие, чтобы заглянуть в его глубокие карие глаза.
— Что вы хотите, чтобы я для вас сделала, мистер Уэст?
— Что я хочу, чтобы вы сделали, — повторяет он тяжелым голосом. — Ответ на этот вопрос был бы неуместен в данной ситуации.
Боже.
Мне тепло, слишком тепло.
— Думаю… не так уж и неправильно иногда вести себя непрофессионально.
Его глаза сияют.
— Какой начальник переступит границы, которые он установил в своем собственном офисе?
Я облизываю пересохшие губы.
— Очень непослушный, мистер Уэст.
Его губы изгибаются в улыбке, но он по-прежнему испытующе смотрит на меня.
— Ты бы хотела, чтобы я был непослушным, Айви?
От его взгляда, которым он одаривает меня, у меня внутри все пульсирует. Блядь.
Я делаю несколько глубоких вдохов, пытаясь найти ответ. Все, что я могу выдавить, — это слабое, но предельно честное:
— Да.
Ручка, которую он крутил в пальцах, замирает. Эйдан крепко сжимает ее в руке, оглядывая мое тело.
— Я буду с вами предельно откровенен, мисс Монткальм, и, возможно, это покажется вам чересчур откровенным. Но я скажу вам, если вы действительно этого хотите, как только мы закончим.
Внезапно я ловлю каждое его слово, сжимая кулаки, чтобы унять дрожь. Я бросаю взгляд на часы.
— Еще четыре минуты, и я смогу ответить вам, — говорит он, читая мои мысли. — Еще четыре минуты, мисс Монткальм, и вы будете для меня просто Айви.
У меня перехватывает дыхание, когда я, наконец,
Мой взгляд скользит по его фигуре, по широким плечам, по рукавам, туго обтягивающим бицепсы. Его предплечья все еще обнажены, рубашка расстегнута, а волосы еще более взъерошены, чем были утром.
Было бы неправильно признать, что такой Эйдан — со всеми его задиристостью, угрюмостью, растрепанными волосами в костюме — кажется мне безумно сексуальным? Не могу избавиться от чувства вины, которое возникает у меня при осознании этого. Будто я не должна так себя чувствовать.
Я снова бросаю на него взгляд, мое тело неподвижно, губы приоткрыты…
Время вышло.
Он кладет ручку на стол и встает. Потом медленно подходит ко мне, останавливаясь перед моим стулом. Меня окутывает аромат его одеколона, согревает меня. Я покрываюсь легким потом, когда чувствую, как он наклоняется надо мной, его лицо почти вплотную прижимается к моему.
Я смотрю в одну точку на столе, затаив дыхание, когда он проводит губами по моей скуле. Это ощущение легкое, как перышко, едва уловимое, как воздух, но мои чувства в огне. Мое сердце бешено колотится в груди в предвкушении.
Я не думаю, что он будет таким же непослушным, как раньше, уж точно нет.
Он слишком большой засранец для этого…
— Что я хочу, чтобы ты сделала, Айви Монткальм, — шепчет он мне на ухо, нарушая тишину, — так это наклонить твою дерзкую маленькую попку надо столом, чтобы я мог задрать эту едва заметную юбку с твоих бедер и прижать их к моему напряженному члену. Чего я хочу — чего я жажду — так это слышать, как твои стоны наполняют воздух, когда я буду трахать тебя как дикарь в своем кабинете.
Я…
Я не могу говорить.
У меня пересохло во рту, пока я сижу неподвижно, не в силах выйти из состояния благоговения, в которое он меня только что поверг. Эйдан отстраняется, и я наблюдаю, как тот обходит стол и берет стакан с водой. Он выпивает его одним глотком и швыряет на стол. Замолкает на мгновение, его глаза встречаются с моими. Каждый сантиметр моего тела покалывает, пока он пристально смотрит на меня. Интересно, скажет ли Уэст что-нибудь еще… будет ли действовать в соответствии с этими словами, или, может быть, это сделаю я, а сейчас я хочу того же, чего хочет он.
Я хочу этого очень сильно.
Уэст приоткрывает рот, но не произносит ни слова. Он первым отводит взгляд и выходит из кабинета.
Рабочий день окончен.
И я чувствую себя... неудовлетворенной.
***
Когда вышла из офиса, каждая клеточка моего тела горела, как в огне, я сразу поняла, что мне нужно остыть. Это было... это было очень интенсивно. Как можно оправиться после такого? Не знаю, как я смогу сидеть рядом с ним завтра и не воспламениться.