Сентябрьское утро
Шрифт:
Нэн присоединилась к ней, когда она выводила Санденса.
– Где Фил? – спросила Кэтрин, стараясь не выдать своего раздражения.
Нэн недоуменно пожала плечами.
– Блейк утащил его с собой в офис на какой-то военный совет. – Она вздохнула, но ее лицо осветилось улыбкой. – Похоже, ему не понравилось, что Филлип собрался ехать со мной на верховую прогулку. Кэт, как ты считаешь, он ревнует?
– Меня бы это ничуть не удивило, – солгала Кэтрин, вспомнив замечания, которые отпускал
Кэтрин знала, что Блейк иногда считал отношение Филлипа к делам разветвленной фирмы несколько небрежным. Но зачем было тащить его на заседание в такую рань… Ей не хотелось думать об этом. Если Нэн права, ей до этого нет дела.
– Садись в седло, и поехали! – крикнула Кэтрин. – Галопом!
– Почему ты убежала? – спросила Нэн, прежде чем войти в конюшню, чтобы оседлать свою лошадь.
– Быстрей, – отозвалась Кэтрин, игнорируя ее вопрос. – Мод просила меня помочь ей составить меню к приезду Лидсов.
Нэн торопливо оседлала свою лошадь: маленькую кобылку с неподходящей кличкой Смерч и нравом кротким, как солнечный день.
Девушки ехали в согласном молчании, и Кэтрин любовалась пологими зелеными холмами в их осеннем колорите. Листва на деревьях приобрела мягкий золотистый оттенок; скоро она станет пронзительно-оранжевой, красной и багряной. Воздух был чист и свеж, и на полях за луговиной уже шла осенняя пахота.
– Красиво, правда? – Кэтрин полной грудью вдохнула воздух. – Южная Каролина, должно быть, самый лучший штат в стране.
– Ты говоришь так просто потому, что родилась здесь, – поддела Нэн.
– И все-таки это правда. – Она натянула поводья и, наклонившись вперед, скрестила руки на луке седла, чтобы глядеть на серебряную ленту Эдисто-Ривер, блестевшую за полями.
– Знаешь, сколько рисовых плантаций было здесь, в Чарльстоне, до Гражданской войны? – произнесла она, вспомнив прочитанные книги с описаниями этих огромных плантаций с их ровными аккуратными полями и системой орошения.
– Похоже, я не разделяю твоего страстного увлечения историей, Кэт, – извинилась Нэн. – Иногда я даже забываю, в каком году была война 1812 года.
Кэтрин улыбнулась подруге, вся ее досада вдруг испарилась. В конце концов, Нэн не отвечает за те чувства, которые она испытывает к Блейку. Не ее вина, что он так неотразим…
– Давай поедем через рощу вниз к реке, – вдруг сказала она, поворачивая Санденса. – Я люблю запах реки, а ты?
– О да, – сказала Нэн. – Я как ты. В этот вечер Блейк ужинал дома – случай достаточно редкий, чтобы оставлять его без комментария.
– Удрал от девиц? – подколол Филлип, когда они
– Филлип! – одернула младшего сына Мод. Ее темные глаза выражали укор. Она даже не донесла до рта вилку с надетым на нее куском цыпленка.
Блейк приподнял бровь. Его синяя в клетку спортивная рубашка была открыта у ворота, и, как ни старалась Кэтрин не глядеть в его сторону, она не могла не ощущать его волнующей, сдержанной и опасной притягательности.
– Зато у тебя сегодня утром было их больше чем надо, – сухо заметил он.
– И поэтому ты утащил меня в офис, прежде чем я смог насладиться их обществом? – рассмеялся Филлип.
– Мне нужна была твоя поддержка, братец.
– Как же. Это все равно, как если бы Самсону потребовался табун лошадей, чтобы помочь ему обрушить колонны.
– Я хотела бы обратить ваше внимание, – мягко заметила Мод, – что миссис Джонсон потратила целый час на приготовление этого великолепного блюда, а от ваших разговоров оно теряет вкус.
Кэтрин бросила лукавый взгляд на пожилую даму.
– Вам бы следовало иметь дочерей, – произнесла она.
Мод взглянула на Блейка, потом на Филлипа:
– Не думаю. Очень трудно представить Блейка на высоких каблуках и в юбке.
Кэтрин чуть не подавилась картофельным пюре, так что Филлипу пришлось хлопнуть ее по спине.
– Я рад, что Кэтрин находит себе развлечения, – произнес Блейк холодным резким тоном, который она так ненавидела. – Сегодня утром она была не в лучшем настроении.
Кэтрин пригубила свой кофе, и взгляд ее темно-зеленых глаз, пересекая стол, уперся в Блейка.
– Кажется, я сегодня вообще не разговаривала с тобой, Блейк, – тихо отозвалась она.
– Вот именно, – согласился он. – Ты слишком суетилась с утра, чтобы вежливо поздороваться.
Интересно, как можно быть настолько слепым, подумала она, не сводя с него глаз.
– Прости, – сказала она вслух, – но я никогда не суечусь.
Он поднес кофейную чашку к своим тонким губам, но глаза его не отрывались от лица Кэтрин. Что-то темное и жесткое в его взгляде волновало ее.
– Удар слабоват, моя прелесть, – спокойно парировал он.
Она закусила удила.
– Я тебя не боюсь, – заявила она с вызывающей улыбкой.
Его глаза сузились, а угол рта приподнялся.
– Я мог бы научить тебя этому.
– Ну хватит, дети, – вмешалась Мод. Ее взгляд, обращенный к Кэтрин, ясно показывал, кого она имеет в виду. – Мы ужинаем. Несварение вредно для души.
Филлип попробовал лимонного мусса и вздохнул.
– Их этим не остановишь. Кэтрин положила свою салфетку на стол около тарелки. Потом встала: