Семья
Шрифт:
Бандиты и убийцы, оказывается, еще никогда не совались низовья Великой — во всяком случае, известно об этом ничего не было. А чтобы базу построить — нужны были особо специфические знания и навыки. Тем не менее, стоило Павлу Георгиевичу описать ту небольшую часть обитаемого острова, затерянного в лиманах, как ему сразу же поверили. Потому что иначе наглых рейдеров уже давным-давно поймали бы, как ловили остальных, выбирающих себе уютные тропические океанические атоллы и островки для баз. Которые вычислялись, обнаруживались в ходе плановых обходов и по мере необходимости блокировались превосходящими
А тут наглые “Рыбы” всякий раз уходили в закат — и словно там же и растворялись! Как оказалось, просто закладывали широкую петлю и исчезали в заролсях мангра. Ловить их там без наводки Паши можно было годами — фактически, требовалось бросить половину сил флота на картографирование плохо изученной реки, чтобы вообще что-то там делать. Разумеется, тогда голову подняли бы оставшиеся без должного присмотра пираты с классическим вкусом к выбору места для постоянной базы. Но и это, получалось, всего полбеды. Потому как изучив речной маршрут, “Рыбы” получили возможность невозбранно гнать награбленное едва ли на другой конец ойкумены! Которое там опознать как контрафакт было в общем-то некому.
Неудивительно, что руководство рейнджеров Запустынья, а следом за ними и Адмиралтейство флота так возбудились — если получится покончить с “Рыбами” одним ударом, то про дельту Великой можно будет забыть на годы вперед! Пока там еще кто-то такой же умный заведется… Тем более, теперь-то за этим местом будут более-менее постоянно следить. Ну, как-нибудь и кто-нибудь, и вообще — сначала этих надо прищучить!
Описать поход малой группы сквозь джунгли к далекой затерянной цели — получился бы сценарий для фильма ужасов с “временной петлей”! То бистмастер, то стрелок отравлялись, травмировались, заболевали непонятно чем — что отнюдь не способствовало скорости движения. Выйти на собственный след Павлу Георгиевичу удалось только на двадцатый день — то есть он один за столько времени до обжитых земель дошел. Но, главное, путь был найден. Ну, не совсем “путь”… маршрут, скажем так. Теперь следовало вернуться по нему к острову.
Когда эльфы увидели пиратской гнездо со стороны — не сдержались и восхищенно выругались! То, чему изначально не придал значение Следопыт — “Рыбы”, оказывается, озаботились маскировкой с воздуха! Заранее, зная, что их никто не ищет, а если и ищет — еще пусть попробует долететь! Несомненно, среди летающих животных есть очень умные, вот только даже им не в силах перенести увиденное на карту. Кроме того, обычно они не очень долго могут держаться в воздухе — из-за размеров. А с седоком вообще считаные минуты.
Но, тем не менее, параноик среди бандитов нашелся. А также друид, сумевший превратить высаженные деревья в зеленый зонтик над головами — заодно и от южного жаркого солнца. Вот на какую-то визуальную защиту от наблюдателей из сельвы его подозрительности уже не хватило. После успешной триангуляции мыши принесли приказ осмотреть базу пиратов по периметру, и все увиденное картографировать. Так нашлась и расчищенная протока для прохода корабля, и причал, способный его принять, на данный момент пустующий. Птичка пока что упорхнула. В смысле, рыбка — уплыла…
Жизнь в затерянном в джунглях и речных лиманах поселении двигалась сонно-мирно. Так и не скажешь, что здесь дом
Следующая команда едва не заставила эльфов орать “ура!” во все горло: им приказывали возвращаться. Не просто так, а отслеживая прибитый пиратами водный путь. Вплоть до морского побережья, где разведчиков примет на борт триэль. Вот так: пришли, ушли — никто и не заметил. Паша даже не мог сказать, какое чувство в нем сильнее: облегчение, потому что смотреть в глаза прежним попутчикам спокойно он вряд ли смог бы. Или усилившееся ощущение одиночества — еще одна связь с прошлым оборвалась. Только имя с отчеством и осталось…
Глава 21
Сатрапия сатиров встречала путников и караваны бескрайними просторами предгорий, упирающихся в равнины. Бескрайние — потому что без единого деревца и до далекого горизонта расчерченные линиями каналов и дамб, соединяющих прямоугольники рисовых полей! Я представил, какой шрам оставила бы железнодорожная ветка в этом царстве торжества человеческого, в смысле, сатирского упорства — и в чем-то даже понял здешних правителей. Ведь строили всю свою ирригацию местные жители одними кирками и лопатами, и сколько столетий труда потребовалось, чтобы стало так как стало — навскидку даже и не скажу.
Наша цель также стала видна: небольшой городок Анаполис с каменными домами под яркими черепичными крышами, осьминогом выпустивший щупальца причалов в рукотворное водохранилище. Когда-то он умещался в неровном кольце стен, сейчас укрепления все еще угадывались, выглядывая из-за крыш расползшейся застройки. Ну и правильно: единственное направление вторжения бутылочной пробкой затыкала собой Хималия, сама во враждебных действиях не заинтересованная, так что враг, чтобы добраться до здешних мест, с любого направления должен был прежде пройти как минимум половину страны.
Извилистая грунтовка еще чуть повиляла по альпийскому лугу — и оказалась зажата рисовыми полями, взгромоздившись наверх линии ирригационных дамб. Лошади пошли веселее, увидев приближение цели поездки, проснувшаяся Уяна с восторгом крутила головой. “Сюда бы Кирби и запас бумаги” — подумалось мне. — “В смысле, большой запас бумаги и месяц времени!” Хотел бы я знать, как там мой гарем без меня. Девочки вполне доказали, что могут действовать самостоятельно достаточно эффективно, так что я за них почти и не волнуюсь. Но… скучаю. А еще как вспомню про переход через дикие земли — сразу настроение портится.
Вблизи город производил несколько иное впечатление. Вотчина земледельцев и логистический центр перевалки товаров с вьюков на баржи и благоухал отнюдь не розами, и, прямо скажем, не отличался идеальной чистотой. Хоть и нельзя сказать, что на улицах и в скотных Тысячи лошадей прибывали и убывали каждую неделю, копыта разбивали любые дороги, поклажа тоже не всегда благополучно переживала долгие недели пути. И все бы могло быть еще хуже, если поля не требовалось удобрять навозом. Которым, кстати говоря, Анаполис тоже торговал — не у всех же такой неисчерпаемый источник полезного продукта прямо на дому!