Семинарист
Шрифт:
Помните мой Четвёртый Принцип?
Никогда не расслабляйся.
И смыслов здесь гораздо больше, чем кажется на первый взгляд. Речь не только о личной безопасности, но ещё и о том, что всегда есть кто-то сильнее. Поэтому надо совершенствоваться. Остановка — это шаг назад. Потому что монстры эволюционируют, а твои враги не дремлют.
Дорога в Форт Джексон была неблизкой.
Нам вообще повезло, что «Ангара» выехала в том направлении. Волчьи Мобильные Крепости обслуживают преимущественное имперские и клановые форпосты. С европейцами мы сотрудничаем
Так вот, поездка отнимет шесть долгих недель.
Шесть недель, Карл!
И это без учёта дополнительного перемещения к Фронтиру. Плюс расследование и обратный путь. Я сильно удивлюсь, если увижу родовое гнездо до наступления Нового года. Хочется верить, усадьбу не разберут по кирпичикам, а Варя справится с возложенными на неё обязанностями.
Первые дни экспедиции были унылыми.
Как всегда.
Если что и могло нас сожрать, так это… скука. Монстры во внутренних Кругах почти вывелись, степь выглядела однообразной и бесконечной, солнце никогда не заходило. Экипаж маялся разной ерундой. Кто сидел в кают-компании и гонял по кругу одни и те же фильмы, кто рубился в шашки или шахматы, кто валялся в шезлонге на верхней палубе.
Я учил матчасть.
История инквизиции, тайные знания о мире, тактическая база и артефакторика. Толстые учебники, которые мне пришлось взять в информаториуме под личную ответственность и запихнуть в баул.
Зубрёжка перемежалась спаррингами с наставником и другими инквизиторами.
Бронислав не сомневался в том, что моё владение клинками позволит сдать любой экзамен с запасом, но вот рукопашный бой… Его приходилось подтягивать. Как я уже говорил, в этом мире боевые искусства вышли на запредельный уровень. А всё потому, что бедолаги не смогли освоить полноценную магию. Кроме того, инквизиторы пользовались весьма специфическим оружием наподобие тонфы или тычкового ножа. Там были свои техники и особенности ведения боя. И всё это приходилось осваивать с нуля.
Для спаррингов мы выбирали самые уединённые места. Складские отсеки, они же трюмы, верхнюю палубу, изредка — тренажёрный зал. И если поначалу я дрался исключительно с Брониславом, то позже к процессу подключились Олаф и Айминь.
Пожалуй, Дина оказалась самым неудобным противником. Без усиления я всегда ей проигрывал. И чем больше я постигал боевые искусства этой реальности, тем интереснее становилось жить.
— Не могу понять одну вещь, — заявила китаянка, отправив меня в очередной нокдаун. — Ты очень хорошо владеешь клинками. Короткими, длинными. Любыми. Почему такое отставание в рукопашке?
Усевшись на полу, я пожал плечами.
Вокруг громоздились деревянные ящики и металлические контейнеры. Тусклый свет зарешеченных ламп едва справлялся с кромешной темнотой трюма. На Мобильных Крепостях электричество ценилось на вес золота, но последние поколения машин были оснащены солнечными панелями. Этого хватало для энергосберегающих лампочек
— Занимался тем, что важно.
— Важно? — переспросила Айминь, скрестив руки на груди. — И как ты собрался размахивать мечом в тесных помещениях?
— Я готовился не к этому.
— А к чему?
— К монстрам.
Несколько долгих секунд китаянка сверлила меня взглядом.
— Тебе восемнадцать. Изгнанник, пару лет провёл в экспедициях. И за это время научился валить туннельщиков? В досье сказано, что у тебя долго не проявлялись родовые способности. Отсюда — конфликт с отцом. Граф Володкевич собирался передать бразды правления кому-то из младших детей.
— Собирался, — я встал на ноги.
Волны ки распространялись по моему телу, восстанавливали силы, залечивали гематомы и растяжения. Вот что значит — третья оболочка.
— И? Не хочешь объяснить?
Мы приняли боевые стойки.
— Я скрывал свои способности от отца.
Китаянка ничем не выдала удивления.
Мы быстро сошлись, обменявшись молниеносными ударами. Разговор начал меня напрягать. Поэтому, напитав мышцы силой, я провёл стремительную атаку и зарядил карательнице по рёбрам.
— Ты двигаешься быстрее, — оценила Айминь, слегка поморщившись.
— Учусь.
— Не пори чушь. Энергия аж бурлит вокруг.
— Совпадение.
— Так что с твоими способностями? Почему скрывал?
— Не было желания возглавлять Род. Это было нужно отцу. А меня всегда привлекала Пустошь. Неведомое. Тяга к приключениям.
— Тяга к приключениям? — хмыкнула Айминь. — Ну-ну.
Мы дрались в обычных ифу.
В Пустоши Бронислав не выдвигал жёстких требований по форме одежды. Поэтому каратели разгуливали по Крепости в спортивных костюмах, шортах и футболках. Все, кроме самого Бронислава.
Разговор с Дин состоялся на исходе первой недели экспедиции.
А через три дня Крепость атаковали радужные змеи.
Я был у себя в каюте, которую делил с братом Рикером — тем самым тридцатилетним инквизитором, что прибыл в доки вместе с Валерием и Асаби. Инквизитор был свойским парнем, обожавшим карточные игры. Вечерами мы рубились в покер и вист на минимальных ставках. Или на интерес. Так я проиграл дежурство по камбузу, но выиграл двойную уборку санузла.
Змеи полезли на броню, когда я был погружён в учебник по криптоистории.
Рикер медитировал, сидя на заправленной койке.
В этот момент по ушам резанула сирена.
— Твари на обшивке! — раздался из динамиков голос старпома. — К оружию!
Не успел я опомниться, как Рикер уже натягивал рясу. Я же схватил родовой меч и выбежал в коридор — босиком и в спортивном костюме.
Сирена вспарывала тишину истошным воем.
Под потолком мигали аварийные лампочки.
Обнажив клинок, я призвал котоморфа. Вжух, насколько мне было известно, слонялся в окрестностях камбуза, выпрашивая у кока соевый соус.
Прорыв с верхней палубы.