Семейный подряд
Шрифт:
– Как вам сказать… – замялась Ирина Вячеславовна и ее плотные щеки порозовели от напряжения. – А вы, собственно, кто? – Она немного опомнилась и перешла в атаку.
Яна сжимала в кармане карту «Внушение». Как только она увидела эту пышную блондинку, причем не занятую с посетителем, она поняла, как ей повезло – женщина была подвержена внушению. Яна отчетливо видела ее ауру, мягкие контуры и сужение овальной линии возле головы говорили о том, что блондинка устала, что она вообще довольно инертная особа, хотя и
– О, простите, – Яна с важным, прямо-таки величественным видом вынула из кармана и положила перед женщиной свою визитку, – я – экстрасенс.
– Да что вы говорите?! – скованность Ирины Вячеславовны сменилась восхищенным блеском, озарившим ее тусклые серые глаза. – И вы можете лечить…
– Могу, – не дав ей договорить, ответили Яна.
– И заговаривать?
– И заговаривать, – Милославская кивнула.
– А будущее… предсказывать?..
– А также видеть прошлое, – с серьезным видом произнесла Яна, – пожалуйста, обращайтесь в любое время. Только вы уж тоже мне помогите.
– Но чем же я… Ах, Алена Петровна, – вспомнила Ирина Вячеславовна.
– Я что-то не вижу ее здесь, – Милославская обвела взглядом комнату.
– Вы знаете, Яна Борисовна…
– Можно просто – Яна, – улыбнулась Милославская, – и на «ты», мы ведь почти ровесницы.
– Конечно, – расплылась от удовольствия блондинка.
– Так вот, Ирина, – негромко произнесла Милославская, придав голосу особую доверительность, – мне бы хотелось как можно больше узнать об Алене Петровне. Кто она? Часто ли бывает в мэрии. К кому приходит?
– Как, то есть, к кому приходит? – удивилась блондинка. – Так это же Галкина подружка.
Она поднялась, подошла к столу напротив и принялась о чем-то шептаться со своей соседкой. Через пару минут она перешла к следующему столу, потом к третьему и вернулась к Яне слегка озадаченной.
– Странно, – только и смогла произнести она, усаживаясь за стол.
– Может, покурим? – предложила Милославская, видя, что блондинка в растерянности.
– Пошли, – согласилась та, и они вместе вышли из кабинета.
Они поднялись на третий этаж, прошли в конец длинного коридора и очутились в туалетной комнате, своими размерами и отделкой напоминавшей скорее маленький дворец. Стены на всю высоту были отделаны мрамором бежевых оттенков, светло-коричневые умывальники бил в глаза золотистым сиянием кранов, отражаясь в огромных, в человеческий рост тонированных зеркалах. Ирина шагнула вперед и устроилась у окна на роскошном кожаном диване, над которым нависали острые бледно-зеленые листья неизменной пальмы. Яна опустилась рядом и открыла пачку «Винстона».
– Так что же там с Аленой Петровной? – спросила Яна, когда они закурили.
– Ты знаешь, странное дело, –
– И что?
– Как, то есть, что? – Ирина выпустила в потолок струю дыма, – Галка думала, что она подруга Марины Игоревны, а та в свою очередь, что Алену Петровну привела я. Представляешь, только сейчас, благодаря тебе, все это выяснилось. Господи, – полная изумления, воскликнула Ирина, – а я-то к ней относилась как к Галкиной подруге.
– И она этим пользовалась?
– Еще бы! – от возмущения Ирина слишком глубоко вздохнула и закашлялась.
– Ну я ей устрою, – пригрозила она со злостью, – столько бумаг ей помогла оформить. Старалась, как для себя. Мать твою… – не на шутку разошлась она. – А сколько я ей подписей собирала. Да на этом можно было не на одну машину заработать… Ой, извини, – вдруг спохватилась Ирина, вспомнив, что изливает душу почти незнакомому человеку.
– И как часто Алена Петровна бывает здесь? – пользуясь ее откровенностью, поинтересовалась Яна.
– Да почти каждый день, сволочь, – Ирина швырнула окурок в золоченую напольную пепельницу. – Приходит, понимаешь, как к себе домой, раздевается в нашем шкафу и шляется по коридорам. Ей даже звонят сюда, а мы бегаем и ищем ее. Слушай, – в праведном гневе она вдруг схватила Яну за предплечье, – давай на нее порчу нашлем, а? Я на это денег не пожалею, мы все с девчонками скинемся.
– Нашлем, – пообещала ей Яна, – только немного попозже. Сначала мне нужно побольше узнать о ней.
– Да чего тут узнавать, сволочь она, вот и все.
– И давно она тут у вас ошивается?
– Ну, – призадумалась Ирина, – точно я не помню. Года три, наверное, если не больше.
– Неплохо, – Яна тоже выбросила догоревшую почти до фильтра сигарету, – а для чего же ей все это нужно? Ведь зарплату она у вас не получает.
– Слушай, – как на ребенка посмотрела на нее Ирина, – экстрасенсы что, все такие наивные? Да кто же тут на зарплату живет?! Здесь одна подпись может стоить о-го-го сколько! Зарплата, – пренебрежительно хмыкнула она.
– И зачем же Алене Петровне все эти подписи? – Милославская пыталась не выпускать Ирину из нужного русла, по которому текла, а вернее, бурным потоком бежала их беседа, – куда она относила подписанные вами бумаги?
– Погоди, дай вспомнить, – Ирина наморщила под модной челкой лоб.
– Ты пока вспоминай, а я еще покурю.
– Дай-ка и мне тоже, – блондинка выхватила из пачки сигарету. – Ха, – хлопнула она себя ладонью по лбу, – тут и вспоминать нечего. У нее же сынуля замом в какой-то фирме работает, он и сам здесь частенько появляется. Вот через эту-то фирму мэрия квартиры распределяет для очередников. Господи, – схватилась за голову Ирина, – я представляю, сколько они на этом поимели.