Сэм
Шрифт:
Я, чувствуя себя помидором, захотела провалиться сквозь землю. Ну почему не существует машины времени? Как было бы здорово перемотать немного назад и не попадать в тупые ситуации.
— Что ты несешь? — округлив глаза, спросила я. — И убери от меня свою наглую рожу!
Веселая улыбка не сходила с лица брюнета.
— Идем гулять, Даш? — спросил он у меня, кивая вперед.
Я
— А как же та девушка? — вопросительно взглянула я в ожидающие ответа сине — зеленые глаза. — Ну, та, которая все висла на тебе и проверяла твою шею на прочность?
Шею, которую я скоро сверну. Но этого я говорить не стала.
— Она? — призадумался Майер. — Переживет, наверное. Ну что, идем, малышка?
Я довольно улыбнулась, ответ мне понравился, даже очень. Настроение мое снова поднялось.
— Да, идем, малыш, — все с той же улыбкой кивнула я, и Май, подмигнув мне, взял меня за руку и повел через дорогу.
ГЛАВА 30
Шли мы с Маем не спеша, наслаждаясь хорошей, теплой погодой. Тут Вадим остановился, остановив и меня.
— Стой, Даш, — пошарив по карманам, с легкой улыбкой сказал он. — Помнишь, я тебе говорил, что отблагодарю тебя?
Я с удивленными глазами следила за Майером. Через несколько секунд, он протянул ко мне свою ладонь. Я с диким любопытством разглядывала то, что было в широкой ладони. Мои глаза увидели грецкий орех, перевязанный фиолетовой ленточкой. Я недоуменно взглянула в сине-зеленые глаза, которые внимательно, но с веселыми искрами за мной наблюдали.
— Это что? — почему-то тихо спросила я, ничего не понимая.
Он решил мне подарить орех?? Смех бился на ружу, но я держалась.
— Открой его, — посоветовал Май.
Я послушно взяла небольшой орешек и аккуратно развязала ленточку. В моей ладошке теперь лежали две половинки скорлупы, которая внутри была выкрашена в серебристый цвет. Мои глаза блестели от удовольствия и восхищения. Я достала из скорлупы ореха золотую подвеску с буквой "D" по середине, которая переливалась золотистым цветом. Мои глаза распахнулись еще шире.
— Это что? Это мне? — Заорала я так, что на меня обернулись несколько людей.
Май тепло улыбнулся.
— Тише, не кричи, — сказал он, беря из моих рук подвеску. — Отвернись, я одену ее на тебя.
Я нерешительно посмотрела на парня. Таких подарков, да еще в такой оригинальной упаковке мне еще не дарили, поэтому я немного растерялась.
— Может, не надо? — робко поинтересовалась я.
— Тебе нравится? — вопросом на вопрос ответил Май, темные волосы которого шевелил легкий ветер.
Я быстро кивнула. Мне очень нравилось, а настроение было теперь очень
— Тогда отвернись и дай мне надеть ее на тебя, — велел Вадим и я, подумав, отвернулась.
Руки Мая легко надели на меня подвеску и я, довольная, повернулась обратно.
— Спасибо, — как-то тихо, но радостно сказала я.
— Не за что, — добродушно улыбнулся Вадим. — Ты мне очень помогла и этого очень мало за твой поступок, поверь.
Я с самым радостным видом потрогала золотую букву "D" и широко улыбнулась в ответ.
— Идем, Даш, я обещал клевую прогулку, — подмигнул мне Май, и мы направились дальше.
Вадим, схватив меня за руку, решительно потащил к небольшому ларьку, где продавалась сладкая вата и попкорн, вкусный запах которых с готовностью втянул мой нос.
— Ты же любишь сладкую вату? — обернулся Май, не отпуская моей руки.
— Люблю, — уверенно подтвердила я.
Вадим с довольным видом подошел к ларьку.
В окошечке показалась светловолосая женщина, которая вопросителтно кивнула.
— Здравствуйте, сделайте пожалуйста две сладкие ваты, — вежливо попросил Май.
Женщина ему тут же улыбнулась
— Сейчас, молодой человек, — сказала она и пропала из вида.
Вот уж Майер со своим обоянием, даже женщины ему улыбаются. Индюк эдакий. Через несколько минут мы стали счастливыми обладателями воздушной, сладкой ваты бледно-розового цвета.
— Радуйте свою девушку чаще, — посоветовала женщина, подмигнув мне и отдавая Вадиму сдачу.
— Как скажете, — лучезарно улыбнулся ей Вадим, и мы пошли дальше, безмятежно болтая о всяких глупостях. Глупости, конечно, несла я — это по моей части, а Май беззаботно посмеивался, делая вид, что не замечает, как я то и дело отрываю от его ваты маленькие кусочки, которые таяли у меня во рту.
— Держи, любительница сладкого, — отдал он мне свою вату, так как та, что была у меня, уже закончилась. — Хочешь, я куплю еще?
— Нет, мне и твоей хватит, — довольно улыбнулась я, забирая у усмехающегося Вадима его вату. — Спасибо.
Да, я знаю, что наглость-второе счастье. Ничего не могу с собой поделать, сладкая вата, так же, как и остальные сладости — моя слабость. Кажется, Май это уже давно понял, поэтому и решил меня побаловать.
— Майер, я хочу на ту лавочку. Идем? — вопросительно взглянула я на парня, указав на лавочку, что находилась в тени высокого, зеленого дерева, с раскидистыми ветками, которые отбрасывали тень на землю, где с важным видом ходили голуби. — Мои маленькие ножки устали ходить.
— Идем, Даша, — кивнул Вадим. — Вечный ребенок.
— Кто? Я?
— Ты, — подтвердил Май, по-доброму мне улыбаясь.
Я уселась на лавочку, внимателтно следя за тем, как наглый индюк Май, ложится на лавочку, и кладет свою башку мне на колени.
— Ты совсем обнаглел? — сверху вниз посмотрела я на парня, чуть наклонившись. — Кто это ребенок? Ребенок — это ты.
Сине — зеленые глаза смеялись, как и всегда.
— Есть немного, — ответил Вадим, устраиваясь по удобнее. — А ты любишь детей?