Семь я
Шрифт:
And made it fouler; Let their flames retire.
And burne me o Lord, with a fiery zeale
Of thee and thy house, which doth in eating heale.
6
This is my playes last scene, here heavens appoint
My pilgrimages last mile; and my race
Idly, yet quickly runne, hath this last pace,
My spars last inch, my minutes latest point.
And gluttonous death, will instantly unjoynt
My body, and soule, and I shall sleepe a space.
But my'ever-waking part shall see that face,
Whose feare already shakes my every joynt:
Then, as my soule, to'heaven her first seate, takes flight,
And earth-borne body, in the earth shall dwell.
So, fall my sinnes, that all may have their right,
To,where they'are bred, and would presse me, to hell.
Impute me righteous, thus purg'd of evill,
For thus I leave the world, the flesh, the devill.
10
Бедняжка
Не принимай всерьез людского страха:
Ты - не тиран. Не гибнут те, кто к праху
Тобой приравнен, как ты не трудись.
Приют ты даришь тем, кто бросил жизнь, -
Приют на время, сон, отдохновенье;
От плоти отдохнуть, как от служенья,
К тебе приходят люди; не гордись.
Раба царей, случайности, судьбы,
Ты долг свершаешь ядом и кинжалом,
Но опий помогает людям малым
Забыться так же, как и ты; борьбы
Не выиграешь. Смерть, твой краток век.
Умрешь, бедняжка, ты, как человек.
19
Я весь - борьба. Утратив благодать,
Я постоянен лишь в непостоянстве,
Безверье превзошел я в окаянстве,
И клятвы я даю, лишь чтоб предать.
Мои измены - следствие любви,
Моим грехам - раскаянье причина,
душа моя то Бога молит чинно,
то слов лишится. У меня в крови
то жар, то хлад; то все, то ничего.
Вчера на небо и взирать не смея,
Сегодня Богу службу я содеял,
А завтра - страх сожжет меня всего.
Как лихорадка, набожность жестока...
Но лучший день - день страха перед Богом..
10
Death be not proud, though some have called thee
Mighty and dreadfull, for, thou art not soe,
For, those, whom thou think'st, thou dost overthrow,
Die not, poore death, nor yet canst thou kill mee.
From rest and sleepe, which but thy pictures bee,
Much pleasure, then from thee, much more must flow,
And soonest our best men with thee doe goe,
Rest of their bones, and soules deliverie.
Thou art slave to Fate, Chance, kings, and desperate men,
And dost with poyson, warre, and sicknesse dwell,
And poppie, or charmes can make us sleepe as well.
And better then thy stroake; why swell'st thou then?
One short sleepe past, wee wake eternally,
And death shall be no more; death, thou shalt die.
19
Oh, to vex me, contraryes meet in one:
Inconstancy unnaturally hath begot
A constant habit; that when I would not
I change in vowes, and in devotione.
As humorous is my contritione
As my prophane Love, and as soone forgott:
As ridlingly distemper'd, cold and hott.
As praying, as mute; as infinite, as none.
I durst not view heaven yesterday; and to day
In prayers, and flattering speaches I court God:
Tomorrow I quake with true feare of his rod.
So my devout fitts come and go away
Like a fantastique Ague: save that here
Those are my best dayes, when I shake with feare.
ВСЕЛЕНСКАЯ
Мари Жозеф Пьер Тейяр де Шарден
Перевод с французского А.Козырева
Жертва предложения
Господи, сегодня, уже не в лесах Эона, а в степях Азии, я не имею возможности причаститься хлебом и вином на алтаре Твоем. Поэтому я взойду над ограниченностью земных знаков к величию Сущего и, как раб и помощник Твой, преподнесу Тебе вместо Жертвы предложения труды и боль всего мира моего, а алтарем моим да станет Земля!