Семь убийц и одна девушка
Шрифт:
Затем я потянулась за чемоданом. Поезд уже шел на полной скорости, и вагон, как и положено при движении, немного трясло. Так необходимый нам предмет тоже испытывал тряску, от которой съезжал все ближе и ближе к краю.
Вытягивая руку вперед, я осторожно кралась за чемоданом, словно кошка за мышью. Когда до него осталось совсем чуть-чуть, примерно с полметра, поезд сильно тряхнуло, чемодан подпрыгнул вверх и полетел вон из вагона.
Я бросилась на живот, вытягивая руку, и успела все-таки ухватить его за ручку.
Светлана поспешила ко мне на помощь, но я уже
— Убили-и-и! — причитала тетенька.
— Ничего страшного, — успокаивала ее я. — Ваши внутренние органы не повреждены, все в порядке. Их спас от повреждений ваш животик.
Проводница ощупала спасительный слой жира, опоясывавший ее талию, и облегченно вздохнула.
Тем временем Светлана одной рукой открыла чемодан. Сверху лежали железнодорожные билеты. Я протянула их проводнице.
— Места тринадцатое и четырнадцатое.
Глава 10
Тринадцатое место было снизу, четырнадцатое — как раз над ним. Светлану я поместила на нижней полке, потому что ей трудно было бы с одной рукой подниматься на верхнюю, а себе взяла место с цифрой, которую не очень-то любила.
Не знаю почему, но именно по четырнадцатым числам каждого месяца у меня случаются какие-нибудь неприятности. То важная встреча не состоится по непонятным причинам, то финансовый вопрос будет решен не в мою пользу. Зато по не любимым всеми тринадцатым дням месяца у меня прилив сил и нормальное стандартное везение.
С нами вместе в купе ехали молодой человек и девушка. Неженатые, это было видно по всему, но в близких отношениях. В самых близких.
У Светланы разболелась рука. Закончилось действие промедола, и я ничем не могла помочь ей. Но, как могла, оберегала клиентку — стелила ей постель, помогала раздеться. Наши соседи по купе бросали любопытные взгляды, но ничего не говорили вслух.
Девушку звали Оксана. Русые кудряшки волос, доходивших до самых плеч, карие глаза, тонкие губы, нос с едва заметной горбинкой. Небольшая грудь под бесформенной футболкой с надписью «I LOVE YOU», черные шорты из джинсовой ткани, заметная кривизна голеней.
— Едем в Ангарск, — сообщила она.
— Где это находится? — спросила я.
— В Сибири.
— Понятно, что в Сибири, раз он называется Ангарск. Река Ангара находится именно в Сибири. Странно было бы, если бы так назвали город на Украине. Конкретней нельзя?
Большего Оксана нам сообщить не смогла. Или не захотела. Она замолчала и стала смотреть в окно.
Ее спутника звали Иван. Он был похож на жителя Севера. Вернее, северных районов центральной части России: Чувашия, Коми. Чуть узкие карие глаза, кругловатое лицо, простая челка. Лицо невыразительное. Он часто бегал курить. На голове его красовалась легкая розовая кепка, которую он так и не снял в нашем присутствии.
Когда я училась в «Ворошиловке», знала одного старшего лейтенанта,
Мы со Светланой вышли в туалет. Пока шли по коридору, я сказала:
— Старайся не показывать, что у тебя больная рука.
— Стараюсь, — скривившись от боли, кивнула она.
— Сильно болит?
— Ноет. Очень неприятно.
— При первом же удобном случае постараюсь сделать тебе перевязку.
День прошел. Светлана беспокойно спала под мерный стук колес, а я бодрствовала, потому что надо было следить за обстановкой. Попытка запереть входную дверь ни к чему не привела бы, потому что Иван постоянно бегал на перекуры. И вообще соседи нам попались беспокойные — то выйдут, то обратно зайдут. Попробуй тут запереться. Оставалось дождаться ночи, чтобы можно было хоть немного поспать.
Вечером мы со Светланой сходили в вагон-ресторан. Съестных запасов у нас не было, поэтому и пришлось воспользоваться услугами «предприятия железнодорожного питания». Если бы нас в дорогу собирала женщина, то она обязательно побеспокоилась бы о том, чтобы положить все необходимое. Но так как нас провожали мужчины, то они поступили чисто по-мужски: кое-как покидали вещи Светланы в чемодан, захлопнули его и привезли на вокзал. Хорошо еще, что успели передать его нам. Уже потом, когда все эти истории закончились, они рассказали, что долго и безнадежно ждали нас у вагона. Потом парни пришли к выводу, что мы отказались от поездки, и потащились к выходу. Но отошли недалеко и постоянно озирались, разыскивая нас. И вот, когда поезд тронулся, увидели, как я тащу Светлану к вагону номер тринадцать, а за нами следом семенит милиционер в форме. И тогда они припустили вслед. Хорошо, что успели передать нам чемодан.
Поужинали мы супом из курицы и спагетти с отбивными котлетами.
— Хочешь, куплю тебе пива? — спросила я Светлану.
— Почему — мне?
— Я боюсь, что меня тут же в сон потянет, а мне спать сейчас нельзя. Но тебе надо бы расслабиться. Что мне нравится в этом напитке, так это то, что от него не болит голова и выветривается быстро.
— Ну если только расслабиться… — согласилась Светлана.
Цены на пиво в вагоне-ресторане были в полтора раза выше, чем в обычном магазине. Я купила Светлане бутылку, и девушка постепенно справилась с ней, подливая понемногу себе в стаканчик.
Мы вернулись обратно в купе. Я обратила внимание, что постель на нашей нижней полке, то есть на тринадцатом месте, лежит немного не так, как в момент нашего ухода на ужин. Кто-то трогал ее? Случайно или намеренно? Поднимал полку? Или мне показалось?
Наверное, показалось.
Соседи не спали до двенадцати ночи. Сидели, шушукались, пока я не взмолилась…
— Ребята, у нас был трудный день. Может быть, вы угомонитесь наконец?
С недовольными взглядами парочка решила угомониться. Свет был выключен.