Семь дней страсти
Шрифт:
Он не поехал, он просто ждал. Похоже, у них будет сопровождение, подумал Ник. Ну и пусть.
На потолке был вылеплен сад.
Синтия вытянула шею, рассматривая лепнину. Плющ. Розы. Каждый лепесток был виден даже с расстояния пятнадцати футов.
– Ник, – прошептала она. – Мы не должны здесь быть.
Ланкастер, меряя шагами гостиную, похоже, не слышал ее. Насколько она понимала, он вообще не обратил никакого внимания на потолок. Вероятно, слоняться по таким домам было для
– Наверняка он вышвырнет нас отсюда, обнаружив среди ночи без приглашения!
– Восемь часов вечера, – пробормотал Ник.
– А как насчет герцогини?
– А что герцогиня?
– Как я должна разговаривать с ней?
Синтия нервно сцепила руки. Ник наконец бросил взгляд в ее сторону:
– Мне кажется, она хорошо понимает английский.
– Что? Что это значит? Она француженка? Боже, она, наверное, такая элегантная.
– Нет, она не француженка. Синтия, я дразню тебя.
– Перестань. Разве ты не видишь, как я напугана. Возможно, ее нет дома.
Ланкастер подошел к ней, расцепил руки и коснулся ее запястья большим пальцем.
– Насколько я знаю, Сомерхарт никогда не расстается с ней, поэтому, думаю, она дома. Но здесь нечего бояться. Эмма… ну, она довольно необычная, но очень добрая.
– Эмма? – переспросила Синтия. – Необычная?
– Конечно. Ее светлость.
– Ее светлость, – повторила Синтия. – Ваша светлость.
А если она забудет? А если назовет ее «миледи» или, о, ужас, Эммой?
– Ой, зачем ты сказал мне ее имя?
– Прости, – засмеялся Ник. – Я знал ее до того, как она стала такой величественной и представительной дамой.
– Она представительная?
Синтия еще раньше, чем начал смеяться Ник, поняла, что он опять ее разыгрывает. Рассердившись, она подошла к камину и стала рассматривать резную решетку с виноградной лозой.
По крайней мере, они больше не молчали друг с другом. По крайней мере, Ник смеялся. Когда он вернулся в экипаж после своего внезапного исчезновения, он сказал Синтии, что Брэм сопровождает их до имения Сомерхарта. Но беспокоиться было не о чем, потому что ехать за ними без разрешения он мог только до границы имения.
Но Синтия уже забыла о прежних тревогах. Сейчас ее волновало совсем другое. Герцог. Величайший из всех великих джентльменов. Они не были знакомы прежде, и вряд ли он захочет предложить ей свою помощь. Она еще девять дней будет принадлежать своему отчиму, и герцог Сомерхарт будет обязан отправить ее назад или, по крайней мере, написать записку отчиму с вопросом, не хочет ли он получить обратно свою дочь.
– Ник, пожалуйста, – снова начала Синтия. – Мне кажется, нам надо ехать дальше и остановиться на постоялом дворе. Вернешься к его светлости утром, посмотришь, какое у него настроение. Я…
Когда открылась дверь, Синтия уже пожалела о том раздражении, которое заставило ее пройти в глубь комнаты. Теперь Ника не было
– Эмма!
Ник направился прямо к ней и склонился к ее руке. Женщина улыбнулась и обняла его. Мужчина, стоявший рядом с ней, нахмурился.
Синтия подумала, что женщина достаточно миловидна, но мужчина был прекрасен, как сам Люцифер. Синтия решила, что это черные волосы делают его похожим на дьявола, но когда она встретилась с взглядом его голубых глаз, то поняла, что именно глаза придают ему дьявольский вид. Такие холодные и оценивающие. Синтия почувствовала плечом каминную полку и поняла, что сделала шаг назад.
В этот момент она была готова отдать все, только бы оказаться где-то в другом месте. Даже сталкиваясь с Ричмондом, ей все было понятно. Он был ее врагом. Он был дьяволом. Но герцог Сомерхарт… Здесь почва под ногами была довольно зыбкой. Этот человек был в лучшем случае опасным союзником.
Несмотря на то что биение сердца отдавалось у нее в ушах, Синтия разобрала слово «представить» и увидела, что все трое повернулись в ее сторону. Напрасно она ждала, что сможет провалиться сквозь землю и спрятаться там на некоторое время, пол у нее под ногами был прочным.
Николас подмигнул ей в знак поддержки, и девушка заставила себя выйти на середину комнаты.
– Ваша светлость, позвольте представить вам мисс Синтию Мерриторп из Оук-Холла. Мисс Мерриторп, ее светлость герцогиня Сомерхарт и его светлость герцог Сомерхарт.
Тщетно пытаясь вспомнить, насколько глубоким должен быть поклон, Синтия поклонилась так низко, как только могла. Так, словно ее представили королеве. Из-под юбок показались ее уродливые ботинки.
– Не упадите, – сказала герцогиня. – Хотя это будет хороший повод посмеяться во время будущих встреч. И все равно не надо. – Она взяла Синтию за локоть и потянула вверх. – Я рада с вами познакомиться.
Держа Синтию под руку, она повернулась вместе с ней к герцогу.
– Улыбнись девушке, Харт. А потом можешь продолжать хмуриться на Ланкастера.
– Очень рад, – сказал герцог, сверкнув улыбкой и продемонстрировав обаятельную сторону дьявола.
– Очень приятно, ваша светлость, – с трудом произнесла Синтия.
Улыбка с лица герцога пропала, когда он посмотрел на Ника.
– Ну что ж, Ланкастер, оставим твою очаровательную спутницу. Что так неожиданно привело тебя в Сомерхарт?
– Мне думается, что леди могла бы что-нибудь выпить, пока мы не углубились в разговоры, – ухмыльнулся Ланкастер.
– Ник! – воскликнула Синтия, ужаснувшись его невежливости.