Семь дней страсти
Шрифт:
– Синтия… – мягкий голос пробился сквозь ее сон, но она никак не хотела вылезать из мягкой и теплой постели.
Синтия зарылась в одеяло и крепко зажмурилась.
– Синтия, – позвала миссис Пелл. – Пора вставать, дорогая. У нас сегодня знаменательный день.
Значит, они будут печь сладкие пирожки с изюмом, миндалем и цукатами? Синтия зарылась в подушку, в очередной раз отметив про себя, что белье хранит запах Николаса.
Стоп… У нее замерло сердце. Белье действительно хранило
– Доброе утро, принцесса, – проворковал Ник.
Сердце Синтии было готово выпрыгнуть из груди.
– Боже мой! – воскликнула она, подскочив так быстро, что рукой попала Ланкастеру по носу.
– Черт возьми, женщина! Тебе не надоело бить меня по лицу?
– Следите за выражениями, милорд, – проворчала миссис Пелл, как будто они снова были теми детьми на кухне.
Ланкастер, как ребенок, извинился и потер нос.
Они оба сошли с ума, подумала Синтия, переводя взгляд с Николаса на миссис Пелл, и поспешно выпалила:
– Я же говорила, что он вас не уволит.
– Ночью ты не была так уверена в этом, – пробормотал Ник. – И готова была броситься к моим ногам, чтобы я проявил милосердие.
– Это не так!
– М-да, я надеялся, что хороший ночной сон улучшит твое настроение.
– Она уже много недель пребывает в плохом настроении, – проворчала экономка.
– Мне пришлось инсценировать собственную смерть! У кого хочешь настроение испортится.
– Теперь твоя ситуация значительно улучшилась, дорогая.
Миссис Пелл погладила руку Синтии, которой та уцепилась за одеяло.
– Вряд ли. Ведь я была жива и раньше, еще до того, как виконт наткнулся на меня.
– Наткнулся, – пробормотал Ланкастер.
– Но, Синтия, – заворчала экономка, – лорд Ланкастер хочет помочь тебе. Тебе теперь не нужно беспокоиться.
– Не нужно беспокоиться? Я уверена, вы шутите. – Синтия бросила взгляд в сторону Ника, чувствуя приступ вины, но другого выхода не было. – Мне нужны деньги. А у него их еще меньше, чем у меня. Ты спасаешься здесь от кредиторов? Поэтому ты оказался здесь?
– Синтия, – возмутилась экономка, видя, как поползли вверх брови виконта, но при этом было понятно, что его это не обидело.
– Осталась все таким же непослушным ребенком. Может, сладости поднимут тебе настроение.
Ланкастер плюхнулся на кровать рядом с ней и жестом указал на поднос.
Синтия, пораженная его оценкой, посмотрела в указанную сторону. Несколько мгновений стояла полная тишина. Чувство вины теснило ей грудь.
Она пребывала в напуганном и расстроенном состоянии, поэтому вела себя грубо. Это был один из ее недостатков, дававший о себе знать в ситуациях, когда на нее оказывали давление. Но Ник наверняка помнит об этом. Если он вообще хоть что-то помнит.
Миссис Пелл
– И все-таки он может помочь тебе с планом, – сказала она.
– С каким планом? – с набитым ртом поинтересовался Ланкастер.
Синтия подождала, пока он проглотит, потом тоже откусила кусочек и стала жевать, одновременно размышляя, что ей ответить. Она съежилась, услышав слова миссис Пелл, но скрывать план не было смысла. Ей придется все рассказать Нику, хотя внутри зрело сопротивление. Ей хотелось обхватить себя руками и держать, чтобы не выдавать секрет.
– Так какой там план? – повторил свой вопрос Ланкастер.
Синтия попыталась проглотить торт, но не смогла. В горле пересохло, но экономка тут же подала ей чашку чая. Таким образом, у нее появилось несколько драгоценных секунд, чтобы еще немного подумать. Но экономка не стала ждать, пока Синтия промочит горло.
– Она собирается найти захороненный клад, милорд, – пояснила миссис Пелл.
О Боже! Синтия проглотила торт, но теперь поперхнулась чаем и закашлялась.
Ланкастер несколько раз осторожно постучал ее по спине.
– Захороненный клад? Ну, это действительно… план.
Девушка покачала головой и отодвинула его руку. Отлично. А несколько минут назад он считал ее ребенком.
– Речь не о захороненном кладе, – хриплым голосом пояснила Синтия. Задумчивое хмыканье Ланкастера означало, что он понимает и сожалеет одновременно. – А о спрятанном в скалах.
– В моих скалах? – уточнил Ник.
Черт, по правде говоря, если она найдет что-то, то оно должно принадлежать ему на законных основаниях.
– Я не уверена, – осторожно заметила Синтия.
– А почему ты решила, что там захоронен клад?
– Не захоронен, – повторила Синтия. – Это не сказка.
Она взяла второй кусок торта.
– Несколько лет назад я нашла старый дневник. Его писал мой двоюродный дядя. Он писал, что наткнулся на тайник контрабандистов, нашел там большое количество золотых монет и спрятал в морской пещере.
– Награбленное добро пиратов? – усмехнулся Ланкастер. – Еще лучше.
– Это не шутка, ты, несносная деревенщина. – Синтия видела, что он изо всех сил старается сохранять серьезный вид, но у него это не получается. – Это правда, Ланкастер, и я хочу найти эти сокровища.
– Ну, хорошо. Но почему ты думаешь, что золото до сих пор находится там?
– Мой двоюродный дядя умер очень молодым, – уверенно начала Синтия. – Спустя всего два года после того, как была сделана эта запись в дневнике.
– И что ты собираешься сделать с этим золотом, когда найдешь его? Заплатить, чтобы Ричмонда тихо убили?
Странно, но в его голосе прозвучала слабая надежда именно на это.
– Ну конечно, нет! Я выплачу семейный долг и куплю билет в Америку.
– А зачем выплачивать семейные долги?