Семь демонов
Шрифт:
— Экзорцизм.
Марк поднял голову:
— Что ты сказал?
— Помнишь ту статью, которую я не так давно написал для «Национальных исследований»? Та, в которой говорилось о древнеегипетском экзорцизме? — быстро проговорил Рон.
Марк кивнул.
— Если я найду подходящие слова…
— Ты шутишь!
— Почему же? Если мы не можем покинуть это дьявольское место, то нам нужно попытаться как-нибудь по-другому избавиться от этой чертовщины!
— Рон, нам нужно подумать о том, как мы можем вырваться отсюда! Двое из нас тяжело больны! Кто-то
— Дэвисон… — попросил Холстид слабым голосом. — Мы должны сделать то, что говорит Фэрмер. Это наша единственная надежда…
— Это пустая трата времени!
— Марк, демоны не дадут нам уйти.
Марк вскочил:
— Я все равно попытаюсь это сделать, будь уверен!
— Что ты собираешься предпринять? — спросила Жасмина.
— Сяду в машину и попытаюсь прорваться к реке южнее Эль-Хавата. А там уж я найду способ переправиться на другой берег, или они согласятся перевезти меня за деньги, или мне придется пустить в ход оружие. На худой конец, я просто возьму и переплыву реку.
Марка, однако, никто не слушал.
— Что нам нужно делать, Фэрмер? — спросил Холстид.
— Во-первых, нам нужен песочный алтарь, потом еще систрум, древнеегипетская трещотка. Сейчас посмотрим, — он огляделся в палатке, — из чего мы сможем ее сделать?
Марк хотел было что-то сказать, но потом передумал и направился к выходу. Расстегивая молнию на двери, он услышал, как Рон сказал:
— Мы должны призвать на помощь богов света. Для этого нам нужно найти созвездие Орион…
Марк распахнул дверь и вышел из освещенной палатки в кромешную ночную мглу. Жасмина выбежала вслед за ним.
Когда Марк пришел в свою палатку, он достал из ящика один из револьверов и зарядил его.
— Пожалуйста, не уходи, — умоляла его Жасмина. — Ты не можешь сейчас нас оставить!
— Тогда иди со мной, — машинально ответил он, не поднимая головы.
— Я не могу их бросить, Марк!
Он заткнул револьвер за пояс и, посмотрев ей прямо в лицо, спросил:
— А как же я?
— Я… — помедлив, начала она.
Марк так сильно схватил ее за плечи, что она вздрогнула.
— А теперь послушай меня! Единственное, чего нам следует бояться, так это собственного безумия. А избавиться от него мы сможем только тогда, когда наведем здесь порядок! Сначала мне пришлось бороться с предрассудками феллахов, а теперь дошло уже до того, что мои люди совсем свихнулись! Спрашиваю в последний раз, ты идешь со мной?
— Нет, — прошептала она.
Он оттолкнул ее в сторону, и, взяв пачку патронов и ветровку, выскочил из палатки.
На улице он резко остановился, так что Жасмина, вышедшая вслед за ним, налетела на него сзади.
В центре лагеря сидели Рон и Холстид, они накопали кучу песка и теперь, как дети, строящие замок на пляже, старательно прихлопывали ее со всех сторон. Позади них, у дверей общей палатки, неподвижно глядя в пустоту своими огромными глазами, стояла Алексис. Холстид держал в руке вилку, на которую был нанизан мешочек с сухим горохом. Когда он тряс ее, то у него получался звук, похожий на детскую
Марк и Жасмина изумленно посмотрели на Рона, который, закончив алтарь, простер руки к небу и воскликнул:
— Гор, освободи нас от злых духов, Сет, придай нам силы, Сет, освободи нас от злых духов, Гор, придай нам силы!
— Боже всемогущий! — прошептал Марк.
Рон, как пророк, продолжал говорить, его слова долетали до плато и возносились к ночному небу.
— Мы призываем вас, о дети Гора! Мы призываем четверых, живущих в преисподней! — выкрикивал одетый в джинсы и футболку с надписью «Greenpeace» Рон Фэрмер длинные, светлые волосы которого развевались на ветру. — Услышь нас, Амсет! Услышь нас, Хапи! Услышь нас, Дуамутеф! Услышь нас, Кебексенуф! Слуги света приносят вам жертву!
Марк в ужасе наблюдал за Роном, а тот с торжественным видом взял в руки лежавший рядом с ним сверток, развязал его и, достав оттуда часть замороженной тушки ягненка, бережно водрузил ее на вершину песочной кучи.
Потом он снова простер к небу руки:
— Вы будете расчленены, и каждый ваш член будет разрублен на части, и вы уничтожите друг друга!
По лагерю со свистом пронесся налетевший с плато ветер. Он разметал светлые волосы Рона, когда тот прокричал:
— Так празднует Ра победу над врагами, так празднует Хепри, великий бог, властелин неба, победу над врагами!
Ветер задул еще сильнее и странно засвистел над Вади. Его вой был похож на стоны и плач сотни голосов. Песок кружился в воздухе, стены палаток развевались. Пропитанная кровью рубашка Холстида облепила его тело. На его обнаженных руках и ногах образовались красные пузырьки, которые лопались и кровоточили. Кровь текла у него из носа, рта и ушей и собиралась в большую лужу на песке у его ног.
— Услышьте нас, о боги света!
Стоны превратились в рычание, земля затряслась. Жасмина схватила Марка за руку, и он прижал ее к себе.
Рон и Холстид, стоя в нелепых позах, пели с торжественной серьезностью, но их нестройное пение скорее вызывало жалость:
— Мы призываем Хора, укротителя Сета! Мы призываем…
— Марк! — закричала Жасмина, показывая на землю.
Под рев ветра песок вздулся, на нем образовалось что-то похожее на длинную черную вену, и эта извивающаяся линия, словно трещина в земной коре, медленно ползла от края лагеря к стоящим на коленях Рону и Холстиду.
Тут Марк заметил, что это была огромная блестящая змея, появившаяся из темноты и теперь приближавшаяся к алтарю.
Взгляд Рона был прикован к созвездию Ориона, его голоса из-за сильного ветра было почти не слышно.
— Мы молим вас, Гор, Исида и Осирис! Вы — боги света и обновления!
— Рон! — прокричал Марк, но его голос не долетел до него.
Ветер был теперь настолько сильным, что было трудно удержаться на ногах. Огромная змея с высунутым языком ползла мимо кучи песка к ничего не подозревающим мужчинам.
Послышался новый звук, заглушивший даже ветер, и Марк в ужасе увидел, как одна из стен рабочей палатки начала разрываться.